Турнир четырёх стихий
Шрифт:
Мне кажется, словно это сон. Словно все, что происходило в последние месяцы — ни что иное, как кошмар. Просто очень и очень ужасный кошмар. Хотя надо признать — для кошмара в нем было слишком много прекрасных моментов.
Поворот. Тоннель. Поворот. Тоннель. Снова Поворот…
Все смешалось в одно пятно, смахивающее на чёрную дыру.
В какой-то момент мне кажется, что я вот-вот упаду. Но, когда замечаю едва заметные солнечные лучи, пробирающиеся внутрь, — сознание вновь пробуждается, желая выбраться из этой чертовой темноты.
Не верится. Но в конце концов я вижу ослепляющий свет, а затем чувствую обжигающий холод, за которым следуют порывы ветра, заставляющие поежиться. В голове спешно проясняется, словно туман, поселившийся там, испаряется. Недаром холод иногда лучше любой энергетической настойки. Действует моментально, а главное — помогает.
Я наконец прихожу в себя, окончательно принимая тот факт, что у нас получилось. Ведь сейчас я могу наблюдать бесконечные хребты гор, заснеженные ели и сверкающий сотнями алмазов — нежно-голубой небосвод. Правда подобное умиротворение сменяется более низменными чувствами. Такими, как потребности организма. Ведь с каждой секундой мои зубы стучат друг о друга все больше, а ноги начинают едва подрагивать. Что неудивительно. Наша одежда — совершенно иной сезон!
— Кажется, нам пора убираться, — передернув плечами и, взглянув на остальных, спешно произношу я, выпуская при этом ледяное колечко дыма.
Уф-ф-ф…
Лукас тут же проходится по мне внимательным взглядом и, убедившись в том, что со мной все в порядке, не считая онемевших конечностей, утвердительно кивает. Однако прежде чем успевает что-либо предпринять, мы слышим:
— Как грубо с вашей стороны уйти и не попрощаться.
Я с силой сжимаю руки в кулаки. Но успеваю лишь обернуться и впериться в Хинора ненавидящим взглядом, прежде чем Рэй закрывает мне весь обзор, загородив собой.
Глубокое недовольство тут же проносится на моем лице. При этом я подмечаю странную деталь — Киита среди нас уже нет. Хотя ещё несколькими секундами назад мне казалось, что он был здесь. Но…что, если мне показалось и в одно мгновение он незаметно отстал от нас?.. А потому в мыслях вертится совершенно иной вопрос: «Что он задумал?» Поскольку предположить, что он банально не успел выбежать и стал жертвой языков пламени, которые вспыхнули так, что в глазах потемнело, даже не могла. Уж слишком этот малыш талантлив и прозорлив…
— Мистер Мейлоу, в ваших же интересах вернуть все, как было, уговорив вашу племянницу перестать упрямиться. Так или иначе. Ритуал будет исполнен. Вы всего лишь оттягиваете неизбежное.
— Неужели?..
Рэй остаётся совершенно невозмутимым. Однако это всего лишь картинка, за которой скрывается его истинная гамма чувств и эмоций. И, зная этого мужчину, сейчас они совершенно далеки от спокойствия.
— У тебя нет шансов! — злостно произносит Лукас, сделав решительный шаг вперёд. — Оставьте нас в покое и я подарю вам фору, прежде чем настигну и уничтожу.
Мужчина задумчиво щурится.
Они находятся всего в нескольких шагах от нас. Ветер то и дело треплет их плащи, что на белоснежном фоне кажутся мрачными пятнами. Позы напряжённые, словно при первой же возможности они готовы напасть.
Хинор, в отличие от остальных, спокоен. Его морщинистое, едва осунувшееся лицо практически не выражает каких-либо эмоций. Словно маска, навечно застывшая на лице ледяной статуи.
Я осторожно делаю шаг назад, а затем в сторону.
Рэй слишком сосредоточен на наших врагах, чтобы заметить это. Однако мистер Вольтинэр, кажется, подмечает каждое мое движение. Поскольку его взгляд тут же впивается в меня, грозясь разорвать на куски, сделай я лишнее движение.
Злость с новой силой поднимается во мне, всколыхнувшись подобием разъярённой волны. Я сглатываю и снова делаю решительный шаг вперёд, глядя на мужчину, полностью поравнявшись с дядей. Правда стоит это сделать и, даже не глядя, я чувствую его недовольный взгляд. Однако у нас проблемы куда значительнее, чем очередные проявления моего несносного характера, как он частенько любит утверждать.
Мистер Вольтинэр поджимает губы. Но не перестаёт прожигать меня своим взглядом насквозь. Однако все меняется в ту же секунду, стоит лишь Хинору сказать:
— А впрочем…кто сказал, что для провидения ритуала вы должны быть живыми?..
Его губы растягиваются в ухмылке. Серые глаза опасно вспыхивают. Сердце в моей груди пропускает удар. Короткий взмах руки, и они пускаются на шаг, стремительно приближаясь к нам.
— Кейла, сторонись! — слышу окрик Рэймонда. Однако так и не успеваю обернуться, потому что уже в следующее мгновение меня отталкивают в сторону, из-за чего я едва не валюсь в сугроб. Правда отчётливо улавливаю выброшенный файер, опасно просвистевший у меня над головой. Дерево, что находилось прямо по траектории — тут же загорается, чтобы после осыпаться пеплом.
Непроизвольно сглатываю, чувствуя беспокойство собственных стихий, но уже в следующее мгновение спешно поднимаюсь, совершенно позабыв о холоде и о том, как трясутся мои посиневшие губы.
«Черта с два мы сдадимся вам!» — проносится в мыслях, когда взгляд цепляется за Дэльера, вовсю сражающегося с главной фигурой ордена. А затем за Рэймонда, отбивающегося от Итана Шолта. А я…
Я снова замечаю на себе взгляд мистера Вольтинэра и невольно делаю шаг назад. Лицо мужчины озаряет самодовольная улыбка. И с грацией хищника он целенаправленно движется на меня.
— Ты даже не представляешь, как долго я ждал нашей встречи, маленькая дрянь.
— О, уверена, вы по мне не скучали. Ведь напоминание обо мне всегда с вами, — не остаюсь в долгу, язвительно отбиваю, оскалившись в улыбке, прозрачно намекая на шрам, оставленный мной несколько лет назад. И по тому, как дёргаются его желваки, понимаю, что попала прямо в точку.
— Ничего. Думаю заклинание на твоей крови это быстро исправит! — с рычащими нотками произносит он, а затем достаёт клинок из голенища своего сапога.
Хмыкаю, но не остаюсь в долгу. Достаю собственный клинок и встаю в боевую стойку.
Что ж.
Кажется, мне все-таки предстанет возможность узнать правду.
Я усмехаюсь и тут же отвечаю:
— Будьте уверены — это не так просто сделать.
— Вот сейчас и узнаём насколько ты хороша, ведьма! — С этими словами он кидается на меня, но я спешно уворачиваюсь от мелькнувшего в опасной близости от моего лица клинка.
Подобный жест придаёт мне сил. Поэтому уже в следующую секунду я делаю разворот на несколько градусов, а затем уверенно парирую, после чего наношу удар в область лёгких. Все же, если задену сердце — смерть ему обеспечена. С задетыми же легкими есть шанс остаться в живых.