Чтение онлайн

А вот я — настоящий писатель. Я с двенадцати лет писала новеллы, специализировалась, черт побери, в искусстве творческого письма и набила руку на поприще профессиональной журналистики в двух различных журналах. «Я покажу всем этим псевдописателям, как это делается», — думаю я, представляя себя в качестве талантливого сценариста Холли Мин. Я буду составлять ее расписание — когда она, Рон Ховард[30] и Брайан Грейзер[31] должны будут встретиться с Расселом Кроу, Томом Хэнксом или кем-нибудь еще. Буду прочитывать ей ее сценарии, и со временем она поймет, что те комментарии, которые я вставляю по поводу различных создаваемых ею творений, гораздо более блестящие, чем сами сценарии. «А девочка-то — находка, — скажет однажды Холли, схватит меня за руку и потащит на встречу с Роном Ховардом. — Вот какие мозги нам нужны». А Рон настолько ценит мнение Холли — ему достаточно одного ее слова! — что будет умолять меня написать ему что-нибудь такое, что бы его очень сильно зацепило. Я буду колебаться не более секунды и потом, вспыхнув, скажу, что вообще-то я все это время писала сценарий. Холли подмигнет мне из другого угла комнаты, потому что, разумеется, она его уже прочитала, сказала, что он блестящий, и спланировала это разоблачение. Я вытащу из своего шикарного портфеля «Коуч» (который Холли подарит мне уже через месяц, осознав, что еще никогда в жизни у нее не шло все так гладко) копию сценария и оставлю ему. Потом мы с Холли отправимся в «Старбакс», где будем курить и строить планы по поводу открытия собственной компании, исходя из ее продюсерской проницательности и моих писательских дарований, и, когда мы вернемся в офис, Рон уже прочтет сценарий, назовет его шедевром и предложит мне миллион долларов, ну в крайнем случае, семьсот пятьдесят тысяч уж точно.

Я набираю номер Холли и разговариваю с ее ассистенткой Кэрен.

— Вообще-то, вместо Холли собеседования провожу я, — говорит она, — потому что она слишком занята.

«Ясное дело», — думаю я, пытаясь вычислить, сможем мы ли мы с Кэрен подружиться или же она будет яростно защищать очевидное превосходство Холли надо мной.

— Отлично, — говорю. — Я могу выслать вам по факсу свое резюме?

— О, в этом нет необходимости, — говорит она. — Я все равно сегодня встречаюсь с людьми. Вы не могли бы подойти часам к трем?

Назначив встречу, я открываю свой шкаф и пытаюсь определить, какой из моих нарядов произвел бы на Холли наилучшее впечатление. Стремительно переводя взгляд с маек на джинсы, я понимаю, что буквально выдохлась и что лучше бы мне освежиться кокой перед собеседованием. Вряд ли я смогу посетить личную ванную Холли — я почему-то уверена, что она у нее есть — чтобы подрочить, если во время собеседования у меня начнется отходняк. Я выбираю консервативное коричневое платье, но никак не могу оторваться от созерцания своего шкафа, когда замечаю, какого он ужасного цвета. Того же грязно-белого, что и комната, да и вся квартира вообще. Однако если перекрасить квартиру представляется недостижимым, то перекрасить шкаф в какой-нибудь темный цвет вполне возможно. «Если получу работу, — решаю я, — то отпраздную ее сегодня покраской шкафа». И ощутив такой заряд бодрости, какой не посещал меня уже тысячу лет, я решаю отправиться перед интервью сначала в спортзал, чтоб как следует там потренироваться, а потом в сауну, чтобы вышибить из организма остатки наркотиков. «Меня следует почаще увольнять, — думаю я, выдвигая ящик со спортивной одеждой. — Во всяком случае, у меня появился стимул».

* * *

— Да вы что! Журнал «Эбсолютли фэбьюлос»! Вы серьезно? — восклицает Кэрен, широко раскрыв глаза. — Круто! Как же вы решились бросить такую работу?

Я сразу поняла, что Кэрен, полноватая представительница Долины, мне не пара. Не успела я вручить ей свое резюме и объяснить, как жажду устроиться на неполный рабочий день, чтобы посвятить все остальное время написанию сценариев, как она заявила, что я прекрасно подхожу на это место. Когда же я упомянула, что недавно бросила репортерскую деятельность в «Эбсолютли фэбьюлос», с ней буквально случилась истерика.

— Я хочу быть одной из тех, кто что-то делает, а не описывает, — отвечаю я. Когда же она сочувственно кивает, я мысленно отмечаю про себя, что надо запомнить эти слова для последующего нелегкого разговора с мамой и папой.

— Я целиком на вашей стороне, — говорит Кэрен. — Просто работать в «Эбсолютли фэбьюлос» — это так круто, о такой работе можно только мечтать. Поэтому то, что вы решились уйти оттуда, меня искренне восхищает.

Я улыбаюсь, чувствуя, что у меня вот-вот потечет из носа, и говорю, что это место как раз то, что нужно.

— Но прежде чем вы согласитесь, позвольте мне вам немного о нем рассказать, — продолжает она. — Вы должны будете помогать Холли еще и по хозяйству: делать покупки, забирать одежду из химчистки, выгуливать ее собаку. Главное, конечно — это выгуливать собаку. Ее бойфренд подарил ей добермана-пинчера, и она была в полнейшем восторге, но Холли работает двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, и у нее совершенно нет на него времени! Я была вынуждена сказать ей: «Господи, Холли, тебе нужен еще один помощник».

Я киваю и улыбаюсь Кэрен, зная, что Холли больше не потребуются ее идиотские советы, потому что с этого дня она будет слушать мои. Жизнь Холли, судя по всему, настолько же увлекательна, насколько и сложна, а поскольку в мои планы входит стать частью ее жизни, я решаю про себя, что с удовольствием выслушаю все, что бы ни сказала Кэрен. Я все киваю, слушая, как Кэрен обещает платить мне 10 долларов в час, как я должна буду раз в месяц выписывать Холли счет и выгуливать собаку хотя бы раз в день, и все это время не перестаю удивляться, почему Кэрен говорит так, будто я уже получила эту работу, когда я даже не знаю точно, началось ли собеседование. Я устала, поэтому на время теряю способность концентрироваться и перестаю слышать трескотню Кэрен. Я, просто не отрываясь, смотрю на ее мясистые щеки, пока она объясняет, как Холли любит порядок. В определенный момент движение щек прекращается, и я не сразу снова прихожу в себя.

— Так что, — говорит Кэрен, как-то странно на меня глядя, — вы можете начать с сегодняшнего дня?

— С сегодняшнего дня? — спрашиваю я, уверенная, что пропустила что-то значительное. — Вы хотите сказать, что берете меня на работу?

— Конечно, беру! — восклицает она, поднимаясь и протягивая мне руку. — Поздравляю!

Нельзя сказать, что немедленно приступить к новой работе, за которую я даже не боролась, а также вручение ключей от дома Холли, списка продуктов на неделю и названия ее химчистки было именно то, чего я ожидала, если учесть, что саму Холли я даже в глаза не видела. Но меня охватывает такая эйфория и самолюбию настолько льстит, что я получила работу, которая значилась в списке АПФ, на первом же собеседовании, что я решаю для себя не терзаться сомнениями.

Я выкуриваю одну сигарету за другой, пока еду к дому Холли в Картей-Сиркл, но, когда приезжаю по адресу, который записала на фирменном бланке «Имэджэн», у меня возникает ощущение, что я этим самым адресом ошиблась. Потому что вижу перед собой стандартный жилой дом тошнотворного цвета, то есть совершенно не такой, в каком, по моему мнению, должен был бы жить продюсер «Имэджэн». Когда же я зашла внутрь, где представшее моему взору ковровое покрытие и низкие потолки настолько напомнили мне о моем первом жилище, в котором я обитала, закончив колледж, у меня возникает мысль, что, в общем-то, я живу не так уж и плохо. «Но это, вероятно, ее собственный дом, она сделала хорошее вложение», — убеждаю я себя, стараясь войти в доверие к ее мерзкому рычащему псу.

Я выросла вместе с золотыми ретриверами и, вообще-то, собак люблю, но, выпуская Тигра из его клетки, я со страхом понимаю, что доберман-пинчеры — это довольно здоровые и грозные существа. Когда Кэрен поинтересовалась, умею ли я выгуливать собак и заботиться о них, я ответила энергичным кивком, потому что решила про себя, что только идиот может не знать, как обращаться с собаками. И потом, я же всю свою жизнь прожила рядом с этими животными. Но дело в том, что наши собаки спокойно носились по округе, где люди редко когда использовали такие понятия, как «поводок» и «совок для сбора собачьих экскрементов». Однако я слишком поздно поняла — только когда оказалась у нее дома — что эта цыпочка рассчитывает на то, что я еще, помимо прочего, и собачье дерьмо буду убирать. «Актеры не так придирчивы», — думаю я, надевая на Тигра поводок и выводя его на улицу. Вдруг я вспомнила, что, когда Брэд Питт только приехал в город, он переодевался в костюм цыпленка и раздавал на улицах флайеры.

Я сворачиваю с Тигром за угол, поражаясь тому факту, что, оказывается, выгуливать собак вовсе не так весело и забавно, как это кажется, когда смотришь на собачников в Раньон Каньон. Унылые и практически пустынные улочки Картей-Сиркл представляют собой пейзаж далеко не впечатляющий. А Тигр — совсем не пушистый мягкий симпатичный зверек. Это скорее похоже на выгул хмурого старого дедушки, а не собаки, и я абсолютно уверена, что у меня это плохо получается. Интересно, ему не будет больно, если натянуть поводок? И, подтягивая к себе Тигра, я воображаю, как нечаянно могу хлестнуть его по загривку и как мне потом придется объяснять заплаканной Холли, что я не знала, что с собаками так поступать не следует.