Чтение онлайн

— Я понимаю, но… просто пока сам не знаю, чего хочу. Я думал, что… если вернусь, то всё наладится, понимаешь? Само собой. Я так надеялся на это.

— Наладиться-то может, но понравится ли тебе это? Вы, вроде как, тоже наладили свои отношения, а вот к чему всё привело. Но, давай обдумаем это позднее. Как насчёт хорошего фильма? — предлагаю я.

— Я буду только рад. Все носятся со мной, как будто я разваливаюсь. Я буду рад посмотреть фильм, — широко улыбается Дрон.

— Вот и отлично. Ты голоден? Я привёз продукты и остальное.

— Нет, я наелся. Роко поставил мне здесь телевизор, так что я готов к просмотру любого фильма.

Киваю ему, и Дрон показывает, где лежит пульт. Мы включаем «Нетфликс» и смотрим первый попавшийся фильм ужасов. Не проходит и половины фильма, как Дрон засыпает. Я опускаю его матрас, выключаю телевизор, проверяю, всё ли у него есть поблизости, и ухожу.

На следующий день я уже прихожу на работу в качестве главы отделения, и это куча бумажной работы, утренняя встреча со всеми главами больницы, затем встреча с моими хирургами, составление плана на неделю. Но у меня тоже сегодня есть операция, поэтому я с радостью убегаю в операционную, чтобы отдохнуть. Было проще работать просто травматологом, а теперь все чего-то хотят от меня, высказывают мне претензии по поводу даже туалетной бумаги. И это такая глупость, если честно.

— Доктор Новак! У вас пациент в приёмной, остальные заняты.

Замираю и делаю глубокий вдох. Я хочу в туалет. Просто в туалет. Я только что провёл операцию и хотел сходить в уборную.

Мне вкладывают в руку анамнез больного, и я просматриваю анкету.

О господи. Снова проблемный ребёнок со сложными отношениями в семье.

Открываю дверь приёмной, в которой меня ждёт мальчик десяти лет. Его сопровождает учитель из школы.

— Добрый день. Меня зовут Мигель, я твой врач, Энзо. Давай, посмотрим, что с тобой случилось? — улыбаюсь я, передав папку медсестре.

— Он совсем с ума сошёл, вы ещё его и к психологу отправьте. Он устроил такой скандал в столовой, бросил в мальчишек металлическими подносами и воткнул вилку себе в руку, чтобы к нему никто не приближался! Просто уму непостижимо! — возмущается на высоких тонах стоящая рядом женщина.

— Простите, а вы? — обращаюсь я, натягивая перчатки и сохраняя дружелюбие.

— Я Аманда Селиван, его наставник. Энзо перевёлся в нашу школу только месяц назад, а я вожу его сюда едва ли не каждые два дня!

— Мисс Селиван, прошу, пройдите с медсестрой, чтобы рассказать ей всё о случившемся.

— Я всё расскажу. Ты получишь, Энзо! Я уже устала от твоего мерзкого поведения! — продолжая громко возмущаться и ткнув на молчаливого и хмурого мальчишку пальцем, учитель уходит.

— Наконец-то, да? — усмехаюсь я, когда наступает тишина. — Позволишь мне посмотреть?

— Нет, — Энзо отрицательно качает головой. — Нельзя это трогать, пока не приедет Ида.

— Почему?

— Потому что она должна увидеть, как я ненавижу этот город, эту школу и тебя, — фыркает Энзо.

Но его рука кровоточит, в ней торчит вилка, и может начаться заражение. А также я пока не знаю, как глубоко он воткнул её в себя.

— Ох, я не знал, что для тебя это так важно. Хорошо, давай подождём, только тебе придётся объяснить Иде, почему тебе будут ампутировать руку, — произношу я и сажусь на стул рядом с койкой.

— А мне всё равно, — пожимает он плечами.

— Ладно. Я не против, как раз отдохну немного. Я только что провёл операцию по ампутации двух пальцев на правой ноге, потому что родители ребёнка не уследили за степенью загноения раны. Казалось бы, какая-то царапина от камней, но, увы, это привело к очень плохим последствиям. Ты не против, если я сначала схожу в уборную, а потом пойду поем? Я голодный.

Лицо ребёнка удивлённо вытягивается.

— Ты не будешь меня трогать? Ты уйдёшь? Ты же врач! Тебе разрешено уходить?

— Да, я врач, но не буду трогать тебя, если ты мне не разрешаешь. Я уважаю твои желания и не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Думаю, ты уже наслушался криков своей учительницы. Тебе нужен небольшой отдых от них, — подмигиваю ему и поднимаюсь со стула, делая вид, что собираюсь уйти.

— А ампутация — это уколы? — осторожно спрашивает он.

— Нет, Энзо, ампутация — это когда удаляют некоторые части тела, то есть отрезают хирургически опасную зону поражения, чтобы защитить весь организм от инфекции, которая может даже убить. В данном случае это может быть рука по локоть или по плечо.

— Мне нужна рука, — хмурится он. — Я должен помогать Иде. Она будет очень недовольна мной. Она в последнее время постоянно устаёт, а я не люблю, когда она устаёт и выглядит некрасивой.

— Ида это…

— Моя сестра. Лучшая сестра в мире.

— Мда, ей будет сложно принять всё это. Но мы можем быстро удалить вилку, я осмотрю твои раны, и Ида не будет волноваться. Она, вероятно, много работает.

— Очень много, — закатывает глаза Энзо. — А если мы это сделаем, меня отпустят домой?

— Отпустят. Я даже дам тебе справку о том, что тебе нельзя посещать школу целую неделю.

— Правда? — Глаза мальчика загораются.

— Да, но нам с тобой придётся снова встретиться, чтобы я проконтролировал, как проходит заживление твоей раны.

— Хм… ладно, я потерплю, — кивает Энзо.

— То есть я могу помочь тебе?

— Ты тупой? Да, — рявкнув, мальчик отворачивается и перестаёт закрывать свою руку и рану.

Добившись успеха, я быстро набираю обезболивающее в шприц и зову медсестру, чтобы она помогла мне. Мы вдвоём удаляем вилку, и это хорошо, что она не вошла глубже, как и Энзо просто капризничал и не хотел, чтобы все думали, что он не заслужил прогулов в школе. Когда всё заканчивается, в палату врывается девушка.

— Энзо! О господи! Мой хороший! Ты меня до смерти напугал! — всхлипывает она, прижимая паренька к себе.

Я как раз делаю шаг назад. Темноволосая девушка поднимает голову и смотрит на меня покрасневшими карими глазами.

— Боже мой, простите, пожалуйста, что я без разрешения ворвалась сюда. Я Ида Лукас, его старшая сестра и опекун, — отпустив Энзо, мисс Лукас виновато улыбается мне.

— Очень приятно, мисс Лукас, я Мигель Новак. И мы завершили нашу процедуру. Прошу вас задержаться, чтобы я оформил все документы и открыл больничный, а Энзо может пойти вместе с медсестрой и выбрать для себя что-нибудь в кафетерии. За мой счёт, хорошо?

— Да, док. Пойдём, Энзо.

— Я могу взять батончик?

— Конечно. Только один. Ты помнишь, что тебе нельзя много сладкого.

— Помню, — Энзо закатывает глаза. — А я могу взять что-нибудь Иде? Она всегда плохо ест.

Бедная девушка от стыда покрывается алыми пятнами и шикает на брата.

— Можешь. Возьми ей всё, что ты захочешь, Энзо.

— Круто! — мальчишка радостно улыбается и уходит.

Я сажусь за стол и открываю дело Энзо.

— Простите, мистер Новак, мой брат слишком наглый. Вам не стоило ему потакать, — шепчет мисс Лукас.