Чтение онлайн

Внутри ангара было невыносимо. Музыка не просто играла, она вбивалась в виски тяжелыми молотами вызывая резкую боль. Плотная завеса дыма висела под потолком, а кислый запах пролитого пива и перегара буквально душил. Люди терлись друг о друга потными телами в диком танце, байкеры, расслабившись, громко хохотали, обнимая своих спутниц.Понимая, что Жанна окончательно растворилась во флирте с высоким мужчиной, Катя незаметно выскальзывает из душного помещения.Прохладный ночной воздух кажется спасением.

В одиночестве она бредёт вдоль рядов припаркованных байков, разглядывая глянцевых утихомирившихся зверей. Она жадно вглядывается в каждую тень, пытаясь отыскать матово-черный. Но он и его хозяин словно испарился вместе с его пассией, оставив после себя лишь щемящее чувство в груди юной воздыхательницы.

Задумчиво прогуливаясь, подпинывая белыми кедами мелкие камни, свернув за один пустующий ангар, до её слуха доносится стон, переходящий на крик девушки и звуки хлёстких шлепков, разносящихся эхом.

Опасный интерес взял верх и Катя идёт на издаваемые за углом звуки, так неосмотрительно попав в самый эпицентр сцены, напоминающую самую жаркую и откровенную из порно фильма, где в главной роли предстает Штейн. Она должна развернуться и бежать обратно, но ноги словно вросли в холодный бетон, а широко распахнутые глаза остановились на парочке, в двадцати метрах от неё.

В слабом отблеске далёкого фонаря, он берет ее жестко, по-хозяйски, как хищник терзающий свою добычу. Блондинка руками опирается на его байк, её ноги дрожат от напористых ударов об ягодицы, на лице гримаса порочного наслаждения. Он по прежнему в шлеме, и эта безликость делает его движения еще более пугающими и механическими.

Черная футболка обтягивает его перекатывающиеся напряженные мышцы, татуированные руки лишенные перчаток, с силой впиваются в ягодицы девицы, оставляя темные пятна на светлой коже. При каждом его глубоком, методичном вхождении девушка вздрагивает, обнаженные груди покачиваются в его такте, сосками задевая кожаную сидушку байка, голова запрокинута в экстазе, а по округе разносятся шлепки плоти, её прерывистые стоны. В какой-то момент Штейн резко и грубо наматывает её волосы на кулак, склонив голову к её уху, что-то рычит. Его слов не разобрать, но эффект мгновенный. Девчонка вспыхивает в надрывном крике, выпрашивая еще больше от него боли и грубости, в то время, как он приподнимает ее задницу, на весу насаживая на свой орган, запрокинув голову.

Катя чувствует, как внутри неё развёртывается бездна. Её щеки полыхают, ресницы вздрагивают в такт их животному танцу, а сердце колотится так же надрывно, как звуки стонов девушки. Она впервые в жизни ощущает это — дикое, лихорадочное возбуждение, которое скручивается внизу живота, завязываясь в тугой узел. Она не может отвести глаз от его влажной блестящей плоти, мерцающей в темноте при каждом выходе из женского тела, от того, как он уверенно и бесстыдно скользит, проникая до самого основания с неприличным звуком влажного шлепка.

В голове отличницы всё перемешалось — стыд, стыд за собственное подглядывание и это новое, обжигающее чувство, которое заставляет её коленки подкашиваться, а спину покрываться липкими испаринами пота. Сейчас она видит не просто гонщика, а тёмную порочную силу, которой ей, чистой и неопытной, хотелось подчиниться так же самозабвенно, как и этой девчонке, чувствовать его в себе, принять его так же глубоко и страдать от дикого экстаза, сгорая в его властных руках.

Каждый ритмичный удар его бедер отдается в её собственном теле глухой, тягучей пульсацией. Она наблюдает раскрыв рот, как он вколачивается в девчонку, не зная жалости, его ладонь раз за разом опускается на покрасневшую кожу, выбивая шлепки и мучительные стоны.

В этот момент в голове Кати что-то окончательно ломается. Она заливается краской, но уже не от стыда, а от обжигающего лихорадочного жара, от разливающейся тяжести в низу живота, от колючих мурашек на сосках.

— Ты так и будешь пялиться или присоединишься? — голос, раздавшийся из-под шлема, был низким, вибрирующим и пугающе чувственным. Кажется он даже не запыхался от скоростного ритма.

Эта короткая фраза прошивает Катю насквозь, как электрический разряд, обжигающая волна прокатилась от самых пальцев до корней волос. Её язык буквально прирос к небу, а сердце на мгновение перестает биться.

Девчонка под ним вздрагивает, стоны прерываются на полу вздохе. Она начинает испуганно оборачиваться в сторону миниатюрной тени. Но сама Катя не может пошевелить и пальцем, её ноги словно приросли к земле, намертво пригвожденные его голосом.

Штейн медленно, с ленивой грацией сытого хищника оборачивается. Он не отстраняется от своей партнерши, продолжая удерживать ее за бедра, прибывая в ней, но теперь его внимание устремлено на ту точку, где в полумраке тяжело дыша, стоит «серая мышка».

— Хочешь, малышка? — толкнувшись еще раз в партнёршу, зазывает оцепеневшую тень, смотря точно на новую молчаливую цель.

Не дождавшись ответа, он останавливается. На недовольном выдохе отстраняется от блондинки с той же пугающей небрежностью, с какой хищник оставляет недоеденную добычу. Одним отточенным жестом, он откидывает использованный презерватив, заправляет все еще напряженный член в денимную ткань джинс, издав раздраженное шипение.

— Свободна, — хлестко, через плечо бросает вспотевшей девчонке.

Блондинка, судорожно поправив одежду скрывается за противоположным углом. Штейн, не глядя ей вслед, цепляет с земли свою куртку, небрежно кидает на бак своего притихщего зверя. Вскинув головой он захлопывает визор, закрывая обзор на свои глаза, медленно сокращает расстояние, направляясь к остолбеневшей Кате.

Она не видит его глаз, но чувствует их каждой порой своей кожи. Этот взгляд не просто смотрит, он сканирует, проникает сквозь тонкую ткань корсета, прощупывает её страх и это новое, постыдное возбуждение. Он давит на неё своей массой, своей тишиной, своей запредельной самоуверенностью. Для него она диковинная штучка, хрупкий фарфор, случайно оказавшимся на свалке металлолома.

Он останавливается на расстоянии вытянутой руки, его шлем опускается на дрожащие ножки Кати, медленно скользит вверх опаляя невидимым взглядом, пока девушка прибывает в лихорадочном шоке.

Наступила минута звенящего оглушающего молчания. Он медленно, с расстановкой обводит её фигуру, от небрежного хвоста светлых натуральных волос, до острых коленок. С лёгкостью улавливает её вибрации страха смешанные с острым возбуждением и потаённым восторгом. Расширенные зрачки лазурного цвета сейчас утопают в океанской синеве, смотрят точно ему в глаза, густые ресницы трепещут, как крылья бабочки. Забавная, очаровательная, милая и такая правильная девочка, с вырывающимися желаниями. Ангельское личико с утонченными чертами лица — отмечает он.