Чтение онлайн

Петя выглядит сломленным, подавленным… А не хрен лезть туда, где тебя уже не раз доили. Любишь острые ощущения? Научись терпеть и боль.

Возвращаю свое внимание Ярославу Константиновичу. Тот указывает пальцем охраннику, куда усадить Петра. Охранник не очень любезно, судя по звуку и возне, усаживает его на стул за дверью.

– А от меня-то, что надо? Как я понял, бизнес уже не Петра, с кем теперь я работаю? – я не могу выступать в роли матери Терезы, если человек не учится на своих ошибках, то я не вправе ему указывать, как жить.

– Понимаешь, кроме бизнеса, там набежала кругленькая сумма.

– У него есть квартира, машина. Есть загородный дом.

– То есть ты не будешь помогать другу и вносить за него деньги? Недвижимость – это морока, - Князь кривит свое лицо, похожее на печеное яблоко, - с налом проще.

– Нет, не буду.

– Ник, ты чего? – пытается подняться со стула Петр, но охранник осаждает его. – Мы же друзья!

– Ты об этом помнил, когда ставил на кон свою долю? Может уже и моей долей расплатился? – не поворачиваясь в его сторону, интересуюсь.

– Ты мне всегда нравился, Ник… Ты напоминаешь меня в молодости. Дерзкий, со своими понятиями, внутри с титановым стержнем… мужик, одним словом. Не ровня этому хлюпику. Еще тогда, когда ты работал на меня… я оценил твое молчание. Не сдал ментам, даже под угрозой реального срока. Я бы хотел иметь такого сына, зятя…

Хм… На хрен мне сдался такой родственничек.

– Что было, то прошло. Вы наняли адвоката, оплатили мою услугу. Забудем. Это дела минувших дней. Вернемся в реальность. Так что дальше?

– Ничего. Я пришлю дельного спеца, он займет место Петра. Введешь его в курс дела. Будь добр, забери это говно, - указывает подбородком на Петю, - из моего дома. А ты, - тычет в него костлявым пальцем, - приведи себя в порядок, - завтра поедем к нотариусу. Оценим твоем имущество. И тебе повезет, если сочтемся.

Выходим их кабинета и следуем за охранником.

– Ник, блядь, ты совсем охуел? Он же оставит меня без копейки, с голым задом!

– Заткнись, - шиплю на него. Не хватало еще здесь выяснять отношения.

– Ты мне друг или кто? – не унимается Петушок. Дай только до машины дойти, я расскажу тебе все о дружбе, что думаю… Сука!

– Я сказал, заткнись или тебе всю башку отбили? – смотрю ему в глаза с посылом не обещающими ничего хорошего.

Это действует. По крайней мере, он перестает орать, а принимается что-то бубнить себе под нос.

Охранник пропускает нас на улицу, закрывает за нашими спинами дверь.

– И чего нам теперь делать? – снова принимается верещать Петр.

– Иди к машине молча, - ледяным тоном осаждаю его в очередной раз.

– Ты его боишься? Старика этого, - указывает пальцем в сторону дома.

До машины остается всего пару шагов. Резко поворачиваюсь в его сторону. Петр практически влетает в меня, но успевает затормозить в шаге.

Со всей возможной «любовью» бью кулаком под дых. Петр начинает крениться на меня. Обнимаю его «по-дружески», так как за нами следит охранник, стоящий у ворот, и похлопываю его по плечу.

– Еще раз откроешь пасть без разрешения, урою, - говорю со злобной улыбкой на лице. Открываю дверь машины и помогаю Петру залезть в нее.

Пока он пытается восстановить дыхание, выезжаем за ворота.

– Ну ты и сука, - рычит этот ушлепок. – А я тебя жалел, думал, что ты друг, а ты, как и твоя Тая… - он не успевает договорить, со всего размаху получает локтем в челюсть. Теряет сознание. Надеюсь, что очухается только возле своего дома. Он не Ася, тащить его я не намерен.

– Поспи, друг, - прислоняю его болтающуюся голову к стеклу.

Возле дома привожу его в чувства. Как только он выходит из машины, резко бью по газам. У меня теперь нет друга по имени Петр, а он знает, что на меня рассчитывать не стоит. Все предельно ясно.

Прошлое осталось в прошлом. У нас были общие дела, но на сегодняшний день, наши интересы разошлись.

Пока еду домой вспоминаю первый наш «бизнес». Мы были отличными хакерами… Студенты-экстремалы, которые хотели срубить бабла по-легкому. Да, искали мы информацию для Князева… Нашли, а потом, на нас вышли… И опять из-за дурости Петьки. Он успел смыться к бабке в село, а я сел в СИЗО на три месяца. Благо Князев не оставил подающего надежды студентишку, вытащил. Через время и Петр нарисовался, как миновала опасность. Мне б тогда задуматься…

Проехали.

Что теперь делать с бизнесом? Уверен, что Князь будет давить, он не любит довольствоваться малым…

НикТО.

– Ты уже сутки в городе и до сих пор не позвонил, - слышу в трубке монотонный недовольный голос мамы. Преподавательская работа сделала ее… сухой. Она, привыкшая доводить о совершенства каждый жест, поворот головы, мимику балерины… и на их фоне, стала выглядеть сухарем. Она растворяется в них, а меня просто терпит, а может и ненавидит.

– Были неотложные дела, - как можно спокойнее отвечаю ей.

– Дела… Дела… Всегда занят, матери время уделить некогда. О твоем отъезде я узнала от Моти, - это моя домработница. Дивная женщина лет пятидесяти. Я редко с ней сталкиваюсь, но в доме всегда чисто и холодильник забит свежими продуктами. – Пришла проконтролировать, как она работает. Тебе же нет дела… что происходит в твоем доме. – Мама всегда гонит на Мотю, но лично у меня претензий нет. Ничего из квартиры за полтора года не пропало. – Я дала ей четкие указания, что в квартире должен быть полный порядок, даже если тебя нет. Ты видел, как она вытирает пыль?

– Предположу, что тряпкой и полиролью, - это так жизненно важно…

– Она подоконник при мне вытирала мокрой тряпкой!

– И? В чем криминал? Наверное, он был грязным.

– Если бы она вытирала его каждый день, никакой грязи, - мама ставит ударение на последнее слово, - не было бы.

– Эм… ты только звонишь по этому поводу или есть более веский?

– Вообще-то, я хотела поговорить с тобой по поводу новой балетной постановки…

– Сколько? – это уже вторая постановка за этот год. Первая провалилась с треском, не оправдав вложений. Это не мой основной доход, поэтому я отдал эти деньги и забыл…