Чтение онлайн

Они сошли с тротуара, и перешли Уинноу-стрит. Остался всего один квартал. Она глубоко вздохнула.

– Майк?

Он посмотрел на нее.

– Ммм?

Дженис замялась, пытаясь найти, что сказать, что-то взрослое, не глупое.

– Брекеты Бриты, болят, когда вы целуетесь? – прошептала она.

И тут же пожалела об этом. Как можно задать такой ужасный вопрос?

Он посмотрел на Дженис так, словно она сошла с ума. Затем рассмеялся, и сказал:

– Ей больно от брекетов? Ну и ну, я не знаю. Но я обязательно спрошу у нее.

ГЛАВА 5

Майк продолжал смеяться, пока они не дошли до дома Дженис. Сьюзен, все еще находясь на полквартала впереди, ждала на углу и наблюдала. Майк подошел вместе с Дженис к входной двери.

– У тебя действительно отличное чувство юмора, – сказал он.

– У меня?

– С тобой гораздо веселее, когда Сьюзен нет рядом.

– Спасибо, с тобой тоже.

Майк стоял очень близко к Дженис.

– Брита вообще не имеет чувства юмора. Думаю, потому, что она тупая.

Дженис задрожала. Она положила руку на стену, чтобы не упасть.

– Если Брита такая тупая, зачем ты с ней встречаешься?

Усмехнувшись, Майк пожал плечами.

– Она очень красивая, – сказала Дженис.

– С ней все в порядке. Эй, если ты еще что-нибудь узнаешь от своего тайного поклонника, скажешь мне, хорошо?

– Конечно.

Дженис открыла сумочку, достала ключ от дома и уронила его. Она наклонилась, чтобы поднять его. Майк тоже.

Внезапная боль возникла в глазах Дженис, когда они столкнулись головами с Майком, от удара она упала и ударилась спиной о дверь, затем тяжело опустилась на крыльцо.

Майк, держась за голову, опустился на колени рядом с ней.

– Все в порядке?

– Наверное.

– Мне ужасно жаль, – сказал он.

– Все в порядке. Это не... твоя вина.

Он взял ее за руку и помог встать.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке?

Она пожала плечами. Не хотелось, чтобы он отпускал ее. Теперь голова болела меньше. Острая боль исчезла, а шишка стала теплой.

– У меня немного кружится голова, – сказала она.

Это не было ложью. Руки Майка были нежными и сильными. Ее горло сжалось, и пришлось сглотнуть, прежде чем заговорить.

– Думаю, завтра у нас будут одинаковые шишки.

– Конечно, – сказал он, его голос был таким тихим, что она едва расслышала его слова.

Дерево рядом с домом загораживало лунный свет, а папа, видимо, забыл включить передний фонарь, поэтому лицо Майка было бледной маской в темноте.

– Дженис, – прошептал он.

Она попыталась ответить:

– Да?

Но слова застряли в горле.

– Ты получила то письмо?

Она кивнула.

– Парень, который его написал, не такой уж и сумасшедший.

– Эй, вы! – закричала Сьюзен. – Разойдитесь, разойдитесь!

Ухмыльнувшись, она направилась к ним.

– Hельзя оставить вас вдвоем ни на минуту. Моя лучшая подруга с моим единственным братом – вот это да! Куда катится мир? Кому мы можем доверять? Разойдитесь! Руки прочь!

– Как знать, – пробормотал Майк, отпуская Дженис.

– От меня так просто не отделаешься, – объявила Сьюзен.
– Нет, сэр. Давай, Казанова, попробуем вернуться домой до рассвета.

Она потянула Майка за руку. Они попрощались, и Дженис осталась одна.

ГЛАВА 6

Дженис останься на минутку после урока. Она кивнула мистеру Чемберсу и убрала кларнет.

Утро понедельника, первый урок, и Дженис не видела Майка с вечера пятницы и скучала по нему. Снова и снова представляла себе, что могло бы произойти у двери, не появись Сьюзен, какая-то подруга, Сьюзен. В субботу она решила ей позвонить.

– Майк рассказал мне, что произошло, – сказала она.

– Да? Дженис нервно ожидала.

– О вашей прошлой встрече, - oна засмеялась.
– Боже, как я была рада это услышать. Я думала, что ты влюбилась в Майка.

– Влюбилась?

Дженис нервно рассмеялась.

– На самом деле, мне пришло в голову, что он – твой призрачный автор писем. Но это довольно глупо: Во-первых, не умеет писать. Во-вторых, не умеет ставить знаки препинания, и в - третьих, это не его стиль. Ему незачем писать письмо, он бы сразу пришел и разыграл для тебя этот спектакль – именно это, как мне показалось, он и делал прошлой ночью.

– У тебя буйное воображение, – сказала Дженис.

Неужели Майк разыгрывал для меня спектакль? Все выходные она размышляла об этом. Гадала и надеялась.

После звонка и окончания урока Дженис закрыла футляр для кларнета и подошла к столу мистера Чемберса.

– Дженис, – сказал он, – я полагаю, тебя неправильно поставили на место.

Она постаралась не выдать возникшее беспокойство.

– Ты слишком хороша для промежуточной группы. Я договорился с твоим преподавателем. Если согласишься на изменения, мы переведем тебя в старшую оркестровую группу шестым уроком.

– Это также означает, что ты будешь оставаться допоздна с понедельника по четверг во время футбольного сезона на маршевых тренировках.

– Как тебе это?

– Вау!

– Значит согласна?

– Конечно!

– Мы сделаем твой английский первым уроком, и твоей учительницей по-прежнему будет мисс О'Брайен.

– Отлично.

Он нацарапал на бланке "Направление" и протянул его ей.

– Иди к миссис Эверс, и она позаботится об изменении расписания. Увидимся на шестом уроке.

Во время обеда Майк остановился рядом с Дженис в очереди в кафетерий.

– Как твоя голова? – спросил он.

– Ссадина прошла, но у меня осталось что-то вроде струпьев.

– Да, у меня тоже.

– У тебя ужасно твердая голова.

– Не только у меня.

– Что–нибудь есть от тайного поклонника?

– Пока нет.

Майк выглядел разочарованно.

– Ну, если ты услышишь от него что-нибудь новое, дашь мне знать.

– Обязательно.

– Хочешь что-нибудь поесть? – спросила она, надеясь, что он пообедает с ней.

– Спасибо, но мне нужно идти на встречу. Увидимся позже, Дженис.

– Да, увидимся.

Разочарованно, она смотрела, как он уходит.