Чтение онлайн

— Ее нет уже пятнадцать минут, — констатировал Умник.

— Заблудилась? — тут же отозвался Маск.

Какой-то он разговорчивый сегодня.

— Туман спускается, — опять Умник. — И температура падает.

— Подождем еще десять минут, — ответил Джойс, но в глубине души он уже чувствовал, что появилась новая «дополнительная сложность».

Когда и через десять минут девушка не появилась, он сказал в микрофон:

— Все, кроме Умника, свободны. Всем спасибо и спокойной ночи. Умник, а ты вызывай поисковиков.

Сам же выпрыгнул из такси и побежал к тому месту, где девушка зашла в чащу.

— Соль! — он крикнул и прислушался. Эхо разнесло его голос по темному лесу, многократно отразило от стволов деревьев, но ответного возгласа не последовало. — Соль! Есения!

Тишина.

— Умник, я пока тут порыскаю. Как поисковики будут на подходе, дай знать, я исчезну.

— Сделаю, — лаконично отозвался друг, не выказывая удивления тем фактом, что командир оказался возле дома проверяемой.

Джойс бросил последний взгляд на дом Соли, который прекратил вращаться, выровнялся и начал медленно опускаться, понял, что Умник запустил программу отката, и углубился в лес.

Туман сгущался.

Было сложно отслеживать следы в темноте и тумане, к тому же оставленные легким босым человеком. Их Джойс потерял практически сразу же, и дальше шел, ориентируясь лишь на свое чутье, периодически останавливаясь, выкрикивая имя девушки и прислушиваясь. За полчаса она могла уйти настолько далеко, что кричать смысла не было, но он на всякий случай продолжал это делать — если она все же находится где-нибудь неподалеку. Например, ждет, когда они решат прекратить проверку. В этом случае она, конечно же, тоже не отзовется, но оставался еще один вариант, о котором думать было неприятно, но сбрасывать со счетов было нельзя — она заблудилась, куда-нибудь провалилась, что-нибудь себе повредила или попала в какую-нибудь иную переделку, и тогда ей срочно нужна его помощь.

Что ни говори, а этой ее реакции он не предусмотрел. Ему не пришло в голову, что она решит покинуть относительно безопасный (даже при условии вращения и наклона) дом и просто сбежит. Бежать ей было некуда и не к кому. Друзей у нее здесь не было, а к ректору, несмотря на явную близость их отношений, она не пойдет. По ее разговору с Петром Игоревичем было понятно, что она хочет скрыть от него свое плачевное положение. Это добавляло ей очков в глазах Джойса, но исключало ректора из круга лиц, к которым она могла бы обратиться за помощью. Таких лиц не было вовсе.

Куда бы он сам мог пойти на ее месте? Без средств связи, мокрый, полураздетый и босой, в темноте через незнакомый лес? Никуда. Он бы никуда не пошел. Он остался бы в доме и просто перехватил бы управление у Умника, отключил бы автоматику и перешел на ручное. Заэкранировал дом от вмешательств извне и спокойно наслаждался бы вечером.

Понять ход мыслей и действий Соли у Джойса не получалось.

Он знал, что женщины мыслят иначе, чем мужчины, и раньше считал, что способен понимать женский способ мышления. Не сказать, чтобы ему это слишком было нужно или что он часто практиковался, но таких проколов, как сегодня, не возникало. А ему, как командиру, нужно уметь понимать и женскую реакцию. Кто знает? Может, Соль — первая ласточка, и вскоре экипажи в дальний космос станут смешанными.

Почему она не осталась в доме и не перехватила управление? Не умела? Вряд ли. Судя по тому, как она лихо расправилась сегодня с задачками по космонавигации, предложив альтернативные и более эффективные способы решения, такой проблемы, как неумение осуществить перехват, для нее не могло существовать.

Хотя, конечно, нельзя сбрасывать со счетов психологическое состояние. Одно дело — решать задачи теоретически, в спокойной обстановке, и совсем другое, когда вокруг все сыплется, горит, льется на голову и путает мысли. Джойс хорошо помнил, каково это, когда ты в панике и страхе мечешься, не в состоянии сосредоточиться и принять правильное решение. Или хоть какое-нибудь.

То состояние ему дорого стоило, и впоследствии он понял, что нужно полностью исключить эмоции при принятии решений. Осуществить это было сложно, но он много работал над собой. Теперь многие его считали бездушной машиной, но, по его мнению, такой подход окупался и был наиболее эффективным.

Хорошо. Тогда что? Она просто испугалась и в панике сбежала, не думая о последствиях?

Нет. Что бы там ни говорил Фрейд, как ни потрясал ее показателями давления, частотой сердечных сокращений и уровнем адреналина в крови, вещая о страхе, истерике и нервном срыве, Джойс не чувствовал этого. Да, конечно, она была испугана, разозлена, раздражена, она была уставшая, не выспавшаяся и растерянная, и испытывала еще массу самых разнообразных чувств и эмоций, но он не чувствовал в ней отключения рационального мышления и ослабления волевого контроля, как бывает, когда страх затмевает разум. А значит, ее уход из дома был продуманным. Она пыталась добиться какой-то своей цели, но какой?

— Джек, Кук, Беринг и Сталкер выдвинулись на поиски, — раздался голос Умника в наушнике. — Будут на месте минут через семь.

— Спасибо. Ухожу, — ответил Джойс и повернул в сторону своего такси. Внезапно пришедшая ему в голову мысль заставила его спросить: — Мэттью, если Соль придет к тебе, ты мне скажешь?

После секундной паузы Умник ответил, и голос его звучал как обычно бесстрастно, хотя и прорезались едва заметные хриплые ноты:

— Не доверяешь?

«Я никому не доверяю», — вспомнились Джойсу слова Соли. Почему-то тогда они его зацепили, но анализировать было некогда.

— Это не вопрос доверия. Я признаю за тобой право на самостоятельность принятия решений. Ты можешь посчитать, что будет правильным спрятать ее от меня и дать возможность отдохнуть от проверок. Я просто уточняю, скажешь или нет?

После паузы Умник откашлялся и ответил:

— Скажу.

— Спасибо.

Джойс запрыгнул в свое такси и бесшумно взмыл в воздух, включая режим невидимости, потому что к лесу уже приближались четыре других летательных аппарата.

Едва увидев свой дом, Джойс сразу понял, что с ним что-то не так. Вроде бы все на первый взгляд было обычным, но Энджел привык доверять своей интуиции. Может быть, трава рядом с входом была примята не так, как всегда? Может быть, какая-то ветка зависла под другим углом, отведенная чужой рукой? Может быть, незнакомый запах, не проанализированный мозгом, но отмеченный подсознанием?

Как бы там ни было, но Джойс миновал входную дверь, обогнул дом и, цепляясь за архитектурные элементы здания в стиле фьюмизм, которые он сам старательно создавал в свое время, забрался на второй уровень.

В отсеке, который он облюбовал под свою спальню, было открыто окно.

Джойс задержал дыхание и, стремясь двигаться как можно медленнее, чтобы не создавать воздушные потоки, бесшумно скользнул в комнату.

Она спала в его кровати. Спала прямо в одежде поверх покрывала. Ей было холодно, и она свернулась в клубок, как кошка. В лунном свете ее лицо, сейчас утратившее упрямое выражение, выглядело немного печальным и бесконечно доверчивым.

Джойс понял, что даже не удивился, увидев ее. Кажется, уже там, возле входа, почувствовав изменения, он знал, что или, точнее, кого, увидит, попав внутрь.