Чтение онлайн

– А вот так. Не хочу – так понятно?

– Так – вполне понятно, – кивнул я, скрывая разочарование. – Но, может, объяснишь?

– А зачем объяснять то, что и так понятно? Не выйдет у нас ничего.

Она произнесла это так буднично, словно я у нее дорогу спросил, а не предложил провести вместе ночь.

– Маш… – я чуть сильнее прижал ее к себе. – Я ведь серьезно… я… я с тобой встречаться хочу, понимаешь?

– Понимаю, – кивнула она. – Но это ты хочешь. А я, может быть, не хочу.

И у меня ни на секунду в тот момент не возникло ощущения, что Мари ломается или набивает себе цену, нет – я почувствовал, что она действительно этого не хочет.

Не будь это Мари, я бы больше не подошел на пушечный выстрел – ну, на фиг увиваться за девкой, которая ясно сказала – отвали? Но… Да, черт ее побери, это была Мари, а потому я совершенно не собирался отступать. «Ты, может быть, не хочешь, а я вот хочу – так сильно хочу, что все сделаю, но ты со мной будешь», – подумал я, словно бросая ей вызов.

Я продолжал провожать ее домой, ходить в театр и в кино, иной раз просто гулять где-то в центре. И, похоже, Машка привыкла к моему присутствию и уже не воспринимала его как попытки ухаживания, хотя цветы я ей дарил и даже иной раз умудрялся перехватить редкий поцелуй.

В постели мы с ней оказались как-то случайно, после какой-то вечеринки. Самое удивительное, Мари была абсолютно трезва, и я вообще ни на что особо и не рассчитывал, когда понял, что открываю дверь собственной квартиры, а рядом со мной стоит она и, похоже, понимает, что сейчас произойдет. Но еще сильнее я удивился, когда понял, что стал для нее первым. Мне почему-то казалось, что у Машки был неудачный опыт, потому она так ведет себя со мной – не хочет повторения.

Меня вдруг затопило изнутри каким-то непонятным чувством – как будто я получил совершенно бесценную вещь, которую не заслуживал, хоть и очень хотел. Машка еще спала, а я, приподнявшись на локте, смотрел на нее и едва не плакал от новых ощущений. Мне очень хотелось, чтобы ей было хорошо со мной, чтобы она не думала больше ни о ком, чтобы осталась моей. Я готов был жениться хоть сию секунду, если только она захочет.

Мари открыла глаза, еще не очень соображая, что происходит. Я осторожно опустил голову ей на грудь, и ее рука легла мне на затылок:

– Доброе утро…

– Выспалась? – пробормотал я, целуя ее прохладную кожу.

– Да как с тобой выспишься…

– Маш… все в порядке?

– Конечно, – чуть удивленно ответила она.

– Но ты… ты не жалеешь?

– О чем? Что пришла сюда с тобой? Как думаешь, если бы не хотела – лежала бы здесь сейчас?

Вот уж чего я точно не думал, так этого. Заставить Мари делать то, чего она сама не хотела, я не мог ни тогда, ни позже, ни вообще всю жизнь, как оказалось.

«Бесконечный внутренний монолог. Бесконечный – до такой степени, что потом долго болит голова, в которой монотонно продолжает бубнить собственный голос. Я ищу выход и никак не могу найти его. А он должен быть, должен – выход всегда есть, пока ты жива. Может, не совсем такой, как мне нравится, но он непременно есть. И я его найду.

В квартире на всю катушку орет музыкальный центр, еще одна отчаянная попытка заглушить собственный голос. Старая импортная попса – ну, кто такое слушает в наше время… Самое отвратительное, что музыка вызывает еще и картинки – в придачу к голосу. Похоже, я схожу с ума…

У него не хватило духа даже сказать мне об этом открыто. О том, что он встречается с женщиной, и что она ждет ребенка. Какой ты после этого Верхний? Ты – трус. А я не хочу ничего общего иметь с трусливым мужиком, который, к тому же, еще и не хозяин своему причинному месту.

Я увидела их случайно – ехала из центра в автобусе, и вдруг на пороге женской консультации мой взгляд зацепил что-то знакомое в мужской фигуре. Приглядевшись, я словно к сиденью прирастаю – это Денис с какой-то беременной блондинкой, высокой, костистой, с коротким вздернутым носом и большими круглыми глазами. Мне в грудь словно воткнули что-то острое и раскаленное, казалось, что даже дышать я не могу… и выйти из автобуса не могу тоже, потому что ноги ватные совсем…

Собрав в кулак всю волю, я роюсь в сумке, нахожу ключ от Серегиной квартиры и выхожу через три остановки. Быстро собираю в какую-то сумку все свои вещи из шкафа, бросаю ключ на стол и выхожу, просто захлопнув дверь комнаты.

Почти бегом несусь к стоянке такси, сажусь в первую же машину, называю адрес и всю дорогу стараюсь не заплакать.

Удивительно – даже залить это алкоголем не хочу, нет сил, и в горле как будто ком стоит, невозможно глотать и дышать. Даже плакать не могу… Моя первая в жизни паническая атака…

К вечеру вроде отпускает немного, я набираю полную ванну воды, ложусь в нее, бухнув предварительно целую пачку соли с пеной и погружаясь теперь в аромат лимона и базилика. Плакать опять не могу, а ведь наверняка стало бы легче…

Очень внезапный конец отношений, надо признать… Но, с другой стороны, я чего ждала? После отказа выйти за него замуж? Что он всю жизнь будет бегать возле меня ручным пуделем? Ну, нет ведь – я отлично понимала, что рано или поздно так и произойдет, мы расстанемся. Хуже-то другое… И называется это «другое» Тема. Тема – и Голод, который неизбежно наступит. И вот что тогда делать, не представляю.

Верхние в нашей тусовке… эээ… даже думать не хочу. А как тогда жить дальше – с этим? Я знаю, что многие мазохисты от безвыходности начинают сэлфить – причинять себе боль самостоятельно. Но резать руки – это точно не мое. Ладно, доживу – узнаю, как говорится…

Музыка забивает немного мысли и голоса, даже картинки перестают мелькать перед глазами. Вода в ванне уже совершенно холодная, пена растворилась, надо выбираться – кожа сморщилась. Обматываюсь полотенцем, иду в комнату, вытаскиваю из шкафа туфли на шпильке, обуваюсь и, сбросив полотенце, цокаю в кухню, наливаю в фужер кефир и в таком виде долго танцую в темной комнате под «Blue System» – да, my bed is too big without you, baby, черт тебя дери…

Но я это переживу.

Некоторые вещи учат нас не бояться поменять все в один миг. Вот и я так сделала – написала заявление, уволилась из больницы, пару месяцев послонялась без дела, а потом решила, что пора осваивать доставшийся мне случайно участок земли рядом с авторынком. Пришлось учиться всему – строительству, бухгалтерии, обращению с желающими надуть меня мужиками-арендаторами, но я со всем справилась. У меня не было выбора – мне нужно было выжить во всех смыслах. И я это сделала, потратив на все целых пять лет».