Чтение онлайн

Что такое день вместе с драконом в качестве его Проводника?

От рассвета до рассвета твоя воля скована заклинанием, привязана к дракону. Да мне когда только стали вакансию в магистрате описывать, я почувствовала, как волосы на затылке зашевелились! У меня хорошее воображение, я живо представила.

Если дракон скажет мне идти, я пойду. Если велит остановиться, я сделаю это, не рассуждая.

Захочет, чтобы я бросилась со скалы головой вниз – так и будет. И никто слова не скажет, потому что король до смерти боится рассердить кого-то из этих чешуйчатых тварей. Один плевок огнём – и не станет ни короля, ни трона, ни дворца. От драконьего пламени нет спасения.

А если дракону придёт в голову развлечься, и он велит мне раздеться… мои руки сделают это, если даже разум будет рычать и сопротивляться внутри моей черепной коробки.

Я снова внутренне содрогнулась.

Нет. Ни за что. Никакие деньги такого не стоят.

И спокойно выслушав восторженные рассказы пробегавших мимо мальчишек, я продолжила вминать ступни в липкую и жирную грязь.

***

Неделю спустя

Удача всё же улыбнулась мне – кирпичнику дали такой большой заказ на дом для только-только женившейся молодой пары, да ещё и задаток выплатили, что он был рад лишним рукам для работы. Вернее, ногам. И меня оставили на работе.

Конечно, за эту неделю я спала часа по три и несколько раз падала прямиком в грязь, когда тело уже не хотело нормально держать равновесие, засыпая на ходу. Но впахивала за троих, помогла хозяину выполнить заказ досрочно и получила хорошую оплату.

Вот только это по-прежнему не компенсировало предыдущие, почти «голые» недели.

У меня по-прежнему была всего половина суммы, которую надо было заплатить пятнадцатого числа. А наступило уже седьмое.

И конечно, стервятница прилетела на запах крови.

В то утро я как раз позволила себе впервые отоспаться. Мы закрыли заказ на кирпичи, и хозяин разрешил прийти к обеду. Это был добрый, в сущности, толстячок, и кормил работников неплохо, понимая, что сила наших ног напрямую влияет на его заработок. Помню, как он не хотел меня брать, такую тощую, но я поспорила с ним, что справлюсь с тем же самым объемом работы быстрее любого его работника-мужика. И выиграла! Ох, он и смеялся. И как же зло смотрели на меня «коллеги».

Но мне было плевать. Моя задача – заработать. И я не собиралась ни у кого отбирать хлеб. Чем лучше мы выполним заказ, тем больше получим все. Это быстро поняли, и в конце концов, ко мне даже прониклись уважением. Я ни разу не позволила себе ныть и жаловаться как девчонка. Потом как-то узнала, что на меня даже делали ставки, как быстро я уволюсь. Ха! Надо было мне тоже поставить на саму себя, хоть заработала бы лишнюю монетку. А то все, кроме хозяина, поставили на то, что на следующий же день сбегу, размазывая сопли.

Но с каждым днем выигрыш нашего азартного кирпичника всё увеличивался. И, возможно, в этом тоже была причина того, что он не поскупился, выплачивая мне заслуженный заработок.

В общем, настроение было умеренно-оптимистичное. Может, если на этой неделе ещё кто-нибудь в Чёрном конце женится, или хотя бы разведётся, я успею к пятнадцатому… и тут вот это.

– Доброе утро, дорогая! – приторно-сладкий голос впился в уши, и к горлу немедленно подкатила тошнота.

Мы с Эми гуляли возле дома, она подставляла бледное лицо утреннему солнцу, как пугливый зверёк, которого вытащили из берлоги. Завидев дородную фигуру мадам Леруш, которая вплыла в наш грязный проулок, благоухая духами, вся закутанная в цветастые шелка и под белоснежным зонтиком от солнца, сестра тут же спряталась мне за спину.

– Что вы здесь забыли? – грубо бросила я.

Мерзкая тварь переменилась в лице. Наверное, я одна осмеливалась разговаривать с этой напудренной жирной крысой в подобном тоне.

Ярко подведённые губы растянулись в улыбке, от которой по моему позвоночнику пробежал холод.

Мне слишком долго везло. Фантастически долго, если так подумать. Наверное, когда-то моё везение должно было закончиться. Но боги, почему же именно таким образом…

– А ты всё дерзишь, малышка! Со своей внешностью ты могла бы озолотиться. Столько мужчин любят маленьких хрупких девочек с трогательными невинными глазками, рядом с которыми можно себя почувствовать могучим львом. Но ты решила загубить свой потенциал. Что ж! Это я ещё могу принять. Но твой гадкий язык и наглый взгляд… о, я с огромным наслаждением тебя обломаю, моя строптивая козочка! Не терплю таких. Вы всегда почему-то считаете себя выше людей, как я. Хотя мы ничем не отличаемся. Каждый выживает так, как может.

– Эми, закрой уши… - прошептала я. Сестра послушно сделала это. Её глаза уже наливались слезами. Ей было страшно. А я ничем не могла защитить.

Когда Леруш сунулась ко мне в первый раз, много лет назад, я думала, кинусь на неё и выцарапаю глаза. Меня удержало только понимание того, что если меня заберут в тюрьмы для бедняков, Эми будет одна дорога – в сиротский дом.

Леруш победно улыбнулась, глядя на нас.

– Пришла сообщить тебе новость, милая! Я выкупила твой долг. И если пятнадцатого числа ты не заплатишь – и ты, и твоя сестра станете моей собственностью. Мэтр Гарди содрал с меня очень дорого, увидев личную заинтересованность! Так что тебе придётся очень потрудиться, чтобы отработать долг. Я позабочусь, чтоб тебе доставалось больше всего клиентов в моём борделе.

Глава 10

Глава 10

Насладившись эффектом от своих слов, Леруш развернулась и пошла прочь. Неторопливым шагом человека, который полностью доволен своей жизнью, и которого не мучают никакие дурные мысли и страхи перед будущим.

Я медленно сползла по пыльной стене вниз.

– Милли, что она хотела? – прошептала Эми.

– Иди в дом, котёнок! Всё хорошо. Я в очередной раз её прогнала. Она никогда не получит то, за чем приходила. Запрись только хорошенько, договорились? Я на работу. Сегодня буду поздно. Как обычно. Прости.

Сестра неуверенно кивнула, а я так и осталась сидеть в пыли, бездумно глядя на раскалённо-белые небеса, по которым не плыло ни единого облачка.

Можно взять Эми, Пирата и попытаться сбежать.

Но без дома и без кучи денег на длительную аренду хотя бы – это всё та же ловушка, которая рано или поздно захлопнется. А долговые приставы непременно объявят меня в розыск, если я смоюсь, не закрыв долг за нашу хибару.

Что же делать? Мамочка, что мне делать?

Паника захлёстывала, но я понимала, что в таком состоянии мои мысли просто парализует. И я совершу какую-нибудь ошибку. Поэтому приказала себе прекратить.

***

…С того утра моя жизнь превратилась в кошмар без конца, из которого я никак не могла найти выхода. Просьбы дать в долг, с которыми я, наступив на собственную гордость, прошла по всем соседям, по всем знакомым и хоть чуть-чуть знакомым, конечно же, остались без ответа. Ну а друзей у нас давно уже не было. Все чураются тех, кто обнищал, как будто опасаются заразиться от них бедностью.

День за днём я билась, как птица в силках.

И понимала, что нет – я не справлюсь. Не в этот раз.

Никаких шансов собрать всю сумму в срок.

А ещё, что у меня, кажется, остаётся лишь один, самый последний вариант.

Тот, который я гнала… но который искушал меня снова и снова, каждую ночь, когда, упав на тощую постель, не раздеваясь и не чувствуя собственного тела от усталости, я попадала в какое-то странное состояние между реальностью и тяжёлым полу-обмороком без сновидений.

В промежуточное состояние между явью и сном, где очень сложно контролировать собственные мысли.