Чтение онлайн

– Но возможно, мне было бы легче дать ответ, которого вы ждёте, если бы я понял, о какой конкретно женщине вы меня спрашиваете.

Мне категорически не понравилась такая настойчивость.

– Меня интересует в целом проблема экспериментов над женской сутью. Насколько я слышал, эксперименты касались того, чтобы переливанием драконьей крови добиться усиления энергетического потенциала человеческих женщин.

– Кто вам такое сказал? – сощурил взгляд Фер.

– Не важно. Так были подобные эксперименты или нет?

Мне показалось, или драгоценный камни глаз дракона затянуло холодом?

– Лично я не участвовал в таком. И вам не советую. Но я, разумеется, о них слышал. Долгое время эта тема интересовала и меня тоже. Мне довелось изучать дневники ученых, которые пытались добиться эффекта, который вы описываете. Предполагалось, что вливание крови драконицы в тело человеческой женщины позволит ей получить те же магические свойства. А именно – служить резервуаром для драконьего пламени. То есть, способность накапливать в течение длительного периода в своём теле это пламя с тем, чтобы в дальнейшем передать его следующему поколению. Иными словами, дать человеческим женщинам способность рожать от драконов.

Он внимательно следил за моей реакцией, но я постарался ему её не дать. Острый инстинкт собственника велел защищать свою самку от любого интереса со стороны других драконов. Я бы не хотел, чтобы кто-то даже знал о её существовании – раньше того момента, как я смогу назвать Фери своей женой. Правда, для этого мне ещё столько препятствий надо преодолеть, что даже подумать страшно. Найти возможность перетащить её в свой мир – далеко не первое по списку. Для начала, мне хотя бы найти строптивицу и убедить от меня больше не убегать. И я не уверен, какое из всех препятствий между нами будет самым трудным, зная её характер. Пожалуй, что именно последнее.

Не добившись от меня реакции, фиолетовый Дракон продолжил.

– Это было не единственное направление экспериментов, но самое дикое и тёмное. Ни одна из подопытных женщин не выжила. Разумеется, опыты проводились без согласия.

– Кто их проводил? – сквозь зубы уточнил я.

– Тандрагор. Он был одержим идеей распространить своё семя и увеличить мощь своего Клана, и так почти безграничную, за счёт рождения как можно большего количества драконов-сыновей. Его собственная супруга родила ему лишь одного- единственного ребёнка.

Мог бы и догадаться.

Тёмный гнев невольно поднимается из глубин моего существа, когда слышу это имя. Но я сдерживаю его и усилием воли возвращаю себе способность холодно и трезво мыслить.

– Откуда вы знаете об этих экспериментах? И как вам в руки попали эти дневники? Фер хмыкнул и снова перевёл взгляд за окно.

– Ваше величество, вы ведь знаете, что у каждого драконьего Клана своя сила. Грубая и яростная физическая сила огня. Текучая и щедрая, но безжалостная в минуты гнева мощь воды. Завораживающая власть льда, убивающего все неуместные препятствия на своём пути, стремящаяся к тому, чтобы весь мир сковать оковами холода и подчинить власти порядка и симметрии… Сильной стороной Теневых драконов было использование разума для того, чтобы проникнуть в суть вещей.

Я напрягся. Всем своим существом почуял, что нахожусь на верном пути.

– Это были представители вашего Клана, ведь так? Подобные эксперименты Тандрагор не смог бы задумать и провести самостоятельно.

– О нет. Он лишь руководил. Если хотите знать – я лично никогда с ним не работал и не слушался его приказаний. Но мой покойный отец весьма много времени проводил в Грозовом ущелье. После его смерти дневники отца перешли по наследству мне.

– И вы продолжили его исследования? Как далеко проникли в «суть вещей»? Над чем сейчас работаете? Фер лишь улыбнулся в ответ на поток моих нетерпеливых вопросов.

– Меня не интересовала власть над другими живыми существами и попытки обмануть судьбу. Никто не знает, почему у того или иного дракона рождается один ребёнок, два… или пятеро, как у ваших родителей. Убеждён, что мы не имеем права вмешиваться в такие чувствительные процессы. В конце концов, драконы – это суперхищники! Нет в природе хищника крупнее и сильнее. Думаю, планета просто не выдержала бы огромного количества таких, как мы, если бы мы начали бесконтрольно размножаться и плодить потомков от человеческих женщин. И тем не менее, полагаю, есть немало тайн, которые мы можем и должны разгадать. Просто потому, что у нас есть разум – а значит, он для чего-то нам дан. Мои интересы всегда лежали в более сложной плоскости. Я много лет исследую структуру мироздания. Тонкие планы бытия. Свойства междумирья. Границы меж мирами и то, как на них можно влиять.

Я его сейчас придушу, если он не прекратит глумиться.

Прекрасно видит, в каком я состоянии, и нарочно дразнит – это как у подыхающего от голода перед носом трясти краюхой свежеиспечённого хлеба.

Не знаю, где взял терпения, чтоб не вскочить, схватить его за грудки, прижать к стене и вытрясти всё, что он знает. Как трудно жить на свете, когда у тебя есть принципы.

Вряд ли он смог бы разговаривать в подобном тоне с Тандрагором. Знает, что я не опущусь до подобного.

А впрочем, возможно, здесь и голый расчёт. Даже я не уверен, что захотел бы схлестнуться в неравном бою в одиночку против целого Клана, да ещё и в родовом Замке Фера, напичканном слугами и не исключено, что какими-то магическими сюрпризами. Я уверен, что здесь не только он один живёт – другие представители его рода тоже имеются. Даже если мне больше никто не показывался на глаза. Иначе зачем строить такие хоромы?

Отогнав заманчивую картину того, как я вытрясаю душу из этого заносчивого лорда, я расслабил плечи и усмехнулся.

– Может быть, вы сразу скажете мне, что я вам должен за то, чтобы вы прекратили меня пичкать абстракциями и поделились хоть толикой конкретной информации?

С ответной улыбкой Фер салютовал мне бокалом в знак уважения.

Думаю, самообладание – одна из добродетелей, которую Драконы Разума уважают сильнее всего.

– Возможно, чуть позже, - продолжая улыбаться, проговорил он. – Вы знакомы с моими супругой и дочерью? Высокая дверь из бледно-лилового дерева в противоположном конце трапезного зала медленно приоткрылась.

Я ждал этого момента. С самого прибытия в Аметистовый замок. Дракон внутри поднял морду и принюхался.

Реакция на каждую драконицу в поле зрения – а особенно обоняния – происходит инстинктивно, без участия разума.

Особенно у дракона, который пока что не обзавёлся самкой для продолжения рода.

А там было на что посмотреть.

Дамы клана Драконов тени были фантастически красивы. И, пожалуй, не знай я, кто они, решил бы, что сёстры.