Твоя половина мира
Шрифт:
– Повидаться, – спокойно ответил Альберт. – Особенно с тобой, родственничек.
– Ну а серьезно?
– Серьезное тоже есть. Я распорядился присматривать за форвардами. За теми, кого мы смогли найти.
– «Мы»?.. – Тиль прищурился. – Ах, да… Если для тебя дом с людьми взорвать не проблема…
– Проблема. Но мне сейчас не хотелось бы вспоминать… Этот урод в Москве, – неожиданно объявил Альберт.
– Что за урод?
– Тот самый. Да поняли вы меня, поняли.
– Демон… – выдохнул Сергей. – Точно. В Москве.
– Сегодня прилетел из Торонто… – Альберт обнаружил, что на улице уже рассвело, и поправился: – Вчера прилетел. Его взяли в аэропорту…
– Взяли?! – вскрикнул Максимов.
– Под наблюдение. И вы… – Поднявшись, он растер колени. – Вы будете сильно удивлены, – добавил он не спеша. – Наш Демон – сопляк. Личность установлена, да он и не скрывался. Документы подлинные. С местными связывались, там все чинно и благородно: студиозус, второй курс химфака. Наш с вами брат. Похоже, последний – его отцу сейчас под семьдесят. – Альберт помолчал. – Поздние дети редко бывают талантливы. Но уж если да, то по-крупному.
– Вот радость, – проронила Элен. – И ведь умрет не скоро…
– В любом случае, после нас, – сказал Максимов.
– Торонто… Никогда там не бывала. Занесла же нелегкая!
– Он из тех, кого Полушин не смог найти. – Тиль подошел к автомату и заказал три чашки кофе. – Как его зовут?
– Иеремия Люгер.
– Люгер?! – ужаснулась Элен.
– Ерема, значит… – выдавил Максимов. – Младшенький…
– Тили, мне еще сигарет, пожалуйста.
Он кинул ей пачку, и Элен, не глядя, поймала.
– Кофе тебе не надо, пожалуй, – сказал Тиль. – Вот прими-ка, сестра.
Элен посмотрела на упаковку дипэкзедрина и мотнула головой.
– Нет, брат. Не могу я с этой химией. Как в мешке сижу…
– Но Демон уже близко!
– При чем тут расстояние?
– Дело твое. – Тиль кинул в рот подушечку. – Но я тебя предупреждаю… – Он поймал ее взгляд и не выпускал до тех пор, пока Элен не отвернулась сама. – Предупреждаю: не заходи мне в спину… Сестра.
– Пора и мне зарядиться, – сказал Альберт.
– А ты уже заряжен, Серж, – опередил Максимова Тиль. – Ну?.. – обратился он сразу ко всем. – Пошли, или кофе допьем?
– Куда?
– Альберт… – выразительную произнес Тиль.
– Я не поняла… Ты что-то увидел, Тили? Ты жуешь свою дрянь, или нет?
Тот высунул язык и показал голубой комочек:
– Быстро отпускает.
– Сейчас накроет, – заверил Альберт. – А здесь вам не место, конечно. «Глобал» доберется до этой гостиницы не позже вечера, но еще раньше сюда заявится полиция. – Он выплеснул из чашки кофейную бурду и скороговоркой прочитал: – «Вы счастливый человек, у вас все есть, зачем вам что-то еще»… Собирайтесь, друзья мои.
– А чего собираться-то? – Сергей дошел до двери и сунул ноги в сандалии. – Мы готовы.
Элен цыкнула и, покидав вещи в дорожную сумку, повесила ее на плечо.
– Оставь, – посоветовал Тиль. – Если выберемся, я тебе новые куплю.
– Сама куплю. Если выберемся.
– На твою серьгу можно год жить! – Максимов ткнул пальцем ей в ухо. – Вчетвером жить можно.
– Не трожь, осёл, это подарок! – прошипела она.
– А вот мне что-то бриллиантов не дарят, – признался он.
Элен хотела ответить, но Тиль вытолкнул их в коридор. Альберта он остановил у двери.
– Продолжай, советник.
Тот мгновенно сбросил ухмылку.
– Штальманн. Сегодня.
– Патрик?..
– Да. И еще Мартин Крафт. Ты их знал?
– Крафта не видел, а с Патриком…
– Оба прилетели в воскресенье, один из Сиднея, второй из Стокгольма. Сразу же встретились. Сели в такси и куда-то поехали. На перекрестке их протаранил грузовик… Тащил метров двадцать, пока об эстакаду не сплющил. Там эстакада строится… Это был последний перекресток на улице, остальные уже заменили развязками. И вдруг фургон с овощного рынка… Несчастный случай, – подытожил Альберт.
– Чего?! С форвардами – случай?!
– Водитель грузовика выжил. Оказалось – невменяемый. Угнал машину, потому и летел на «красный»… Вообще-то, он профи. Инспектор не мог поверить, как этот сумасшедший умудрился в такси врезаться… А он взял и умудрился. Такая вот редька…
– Петрушка…
– Не все ли равно? Я тут повлиял слегка… чтобы это в новости не попало. И еще кое-что. На полицию тоже надавить можно. Чуть-чуть.
– Пока преступник Хаген с тобой, ему не нужно бояться фараонов, – расшифровал Тиль.
– Но дело это не только полицейское. Тут и прокуратура завязана. Местная, московская. На федеральную им плевать, у них свои боги. Дело Хагена повесили на следователя Ефимова.
– Старшего, – уточнил Тиль.
– А?..
– Ефимов – старший следователь.
– А, ну да. Говорят, он безупречен.
– Кто это говорит?
– У него кличка на службе – Землеройка. Он и самого Хрыча к стенке припрет – дай только повод. И никаких подходов: честен, жёсток, самолюбив.
– Н-да?.. Мне так не показалось.
– Эй, вы заснули? – позвала Элен.
– Идем, идем! – откликнулся Тиль, все еще удерживая Альберта за локоть. – Мартина с Патриком во сколько?.. Когда это было?
– Без пятнадцати десять.
– Братец наш, как его?.. Люгер. Ты выяснил, чем он в этот момент занимался?
– Обижаешь. В первую очередь!
– Ну?..
– Сидел в кафе, ел мороженое. Девушку очаровывал.
– Сидел себе паренек, любезничал… Не концентрировался, не напрягался?
– Абсолютно. И это в девятнадцать лет. Такая сила. А девчонку он уболтал, и довольно быстро.
– Кто бы сомневался! Если он свистел ей ровно то, что она желала услышать… И одновременно – давил на двух форвардов, не последних, между прочим, форвардов, но давил так, что они оба свою смерть проморгали, да еще третьего прихватил, вынудил его сесть за руль и влететь в такси…
Задохнувшись, Тиль умолк.
– И все это – походя, не отвлекаясь от смазливой мордочки, – добавил он после паузы.
Альберт поиграл во рту жвачкой и тихо сказал:
– Да.
– Потому ты и обгадился, советник. Почуял, что не спасет тебя ни президент, ни Содружество.