Чтение онлайн

– Куда? Не дури, Леночка.

– Сперли, – равнодушно констатировал Максимов.

– Это все транки твои! – раздраженно произнесла Элен. – Сами себя не помним! – Она выгребла из кармана горсть подушечек и швырнула их в Тиля. – На! Жуй! Тупей!

– Я уже перестал, – холодно ответил он. – А ты – еще раньше меня.

– Жалко-то как… Машина почти новая была. Ну… ну и ч-черт с ней!

Сергей, тяжело кряхтя, стянул с себя старые вещи, пахучие и какие-то сырые. Надеть новые у него получилось гораздо быстрее.

– О! – Он привстал и посмотрелся в зеркало. – Эстрадный деятель!

– Звезда, – фыркнула Элен.

Максимов зашуршал бумажным пакетом и трижды глотнул из горлышка.

– Может, и не звезда, конечно, – изрек он. – Во, забыл сказать…

– Что еще?

– Спасибо, сестрица.

– Ага. Это тебе за Сибирь.

– За Сибирь я уже расплатился, – сообщил Тиль.

– Тогда за Аляску.

– Ха-ха… – проронил Максимов и, снова хлебнув из бутылки, уставился в окно. – А куда едем-то?

– В надежное место, – ответил Альберт.

– Нельзя ли подробней?

– Нормально, Серж, – сказал Тиль, – я уже чую.

Он действительно чувствовал – весь маршрут до самого конца. Советник Президента вез их в одну из пустующих резиденций, хотя, как подумалось Тилю, «резиденция» должна быть у резидента, а у Президента – «президенция», что ли…

Последняя доза дипэкзедрина, толком не включившись, начала отпускать, и Тиль с каждой секундой видел все дальше.

Этот особняк Президент отдал Альберту навсегда, то есть до следующих выборов. Охрана, как и положено на режимном объекте, бдела круглые сутки, но – не перетруждаясь. Поскольку было ясно, что сам Хрыч здесь уже не появится, телохранители в резиденции «Битца» жили на правах не то сторожей, не то дворецких. Сюда отправляли тех, кому на пенсию было рано, на службу – поздно, а на повышение – не за что. Так они и жили, расслабленные и бесправные. Если у Альберта заканчивалось пиво, секьюрити ездили «в город», к ближайшему гипермаркету. Если Альберт вдруг срывался в Кремль, охранники выпивали пиво сами. Ни вреда, ни пользы: дядьки с хорошей выучкой и с хорошим оружием, бессильным против Демона…

«Соскучился?»

– Что?.. – Тиль рывком обернулся к Максимову, но тот продолжал пялиться на прохожих.

«Ты часто обо мне думаешь, – раздалось в мозгу. – Не скрою, это приятно».

«Что тебе надо?» – мысленно отозвался Тиль.

«Ничего».

«Что тебе от нас надо?!»

«Не нервничай, я вас не трогаю. Я просто существую, и все».

«А как же Крафт?.. А Патрик?! Патрик Штальманн…»

«Стечение обстоятельств. С кем не бывает?»

Тилю почудилось, что голос усмехнулся, – или это сам Тиль усмехнулся за него, наделяя бесплотное живыми чертами и пытаясь в них что-то угадать…

Демон умолк. Иеремия Люгер, щенок из захолустного Торонто, взбаламутил его – так, ради забавы, – и пропал. Теперь, когда Тиль узнал, сколько Демону лет, он начал кое-что понимать. Многое в поведении Люгера объяснялось возрастом – обычным позерством, пошлой тягой к самоутверждению… Кроме того, Тиль был уверен, что Демон не отступился, а лишь изменил тактику. Люгер продолжал их всех к чему-то вести, но – тоньше, незаметнее. Сопротивляться стало невозможно, поскольку никто не представлял, чему именно следует сопротивляться.

Господи, откуда у него такой дар?! За что ему?.. Девятнадцать лет!.. Как ты допустил это, Господи? А если он будет развиваться? Если через год он станет еще сильнее? А через десять – еще?.. Человек не имеет права обладать такой властью. Это слишком много – для одного человека. Это жутко. Это просто неправильно.

Я убью его, решил Тиль.

Он вытащил из кармана трескучую упаковку и, повертев ее в руках, спрятал обратно: без транквилизаторов было плохо, но и с ними – нехорошо.

– Тили… – Элен тревожно посмотрела ему в лицо. – Что-то случилось?

– Нет. Я просто представил, как к нам относятся обычные люди. Не те, кто в нас верят или не верят, а те, кто знают, что мы существуем. Они должны нас бояться. Должны ненавидеть.

– И еще завидовать, – сказала она.

– И поэтому Компании никто не остановит, – поддержал Альберт. – Никто не хочет их останавливать, никто и не будет. Это же мечта! Таблетка счастья… Съел и увидел: через полчаса сломаешь ногу. И никуда не пошел, и ничего не сломал. Нельзя убедить людей, что это вредно, что в итоге они больше проиграют, чем выиграют, ведь они же… Секунду!

Он нацепил на ухо изогнутый усик и проворковал в микрофон:

– Здравствуйте, Клаус Герхардович. Ну да, ну да, вы ведь сами… Да, Клаус Герхардович, непременно!

Максимов затаил дыхание: Альберт беседовал с самим Президентом – слегка угодливо, слегка развязно. Открытого панибратства он себе не позволял, но имя-отчество выговаривал не старательно, проглатывая столько, что «Клаус Герхардович» превращался в какого-то «Клас-Герыча».

– Хрыч, – пренебрежительно пояснил Альберт. – Психует из-за вчерашнего сообщения. Я не рассказывал, как он меня про форвертс допытывал?..

– Это очень интересно, – оборвал его Тиль. – Свяжись-ка со своими барбосами. Кто у тебя за Люгером следит?

Альберт набрал номер и через минуту отключился – не проронив ни слова.

– Жопа, – сказал он. – Леночка, прости, но это… Жопа. Полная.

– Потеряли, – догадался Тиль. – Что ж ты юродивых каких-то нанял?

– Это президентская СБ. – Альберт мученически вздохнул. – Люгер пропал совсем недавно. Ребята сразу не доложили, надеялись найти…

– Что значит «надеялись»?! Кто у вас там служит – фройлен пятнадцатилетние?

– Они в курсе, что я о них думаю, – угрюмо отозвался Альберт.

– Какая разница, что ты думаешь! – взревел Тиль. – Думает он!..

– Остынь, братец, – сказала Элен. – Если б не Альберт, мы бы и этого не имели.

– Альбертик, Альбертик!.. Облагодетельствовал, как же! – Тиль схватил его за плечо, так резко, что «Хаммер» вильнул в сторону. – Жить-то тебе сколько осталось?

– Сутки, – коротко ответил он. – Даже меньше. Сегодня ночью или завтра утром… Я снова это вижу. С химией, без химии – вижу… Очень близко.