Чтение онлайн

Но я начала понимать, что он был гораздо упрямее. Ещё своенравнее. Решительнее, чем я когда-либо могла быть.

И это очень тревожило.

ГЛАВА 17

Вечером следующей субботы я довела до совершенства свои тако с шишито и стейком. Они стали хитом.

Я была ими очень горда. И собой тоже. Киллиан ни разу не вмешался, чтобы дать свой совет. Ну, за исключением предложения с лимоном, но так как это произошло до того, как я попробовала рецепт, я позволила себе считать, что могла бы дойти до этого сама, если бы мне дали шанс.

Враньё самой себе заключалось в том, что я занималась этим уже так долго, что теперь почти не замечала этого.

На этой неделе я так много себе врала, что сейчас было почти невозможно отделить ложь от правды.

Я не видела Киллиана с утреннего рынка после того, как отклонила его просьбу о свидании. Я написала ему около трёхсот сообщений, но удалила их все, прежде чем случайно нажать кнопку "Отправить". Кроме того, я приходила на работу намного раньше, чем это было необходимо, на случай, если увижу его мельком, но он всегда уже был на своей кухне. И в отличие от предыдущих недель, он не покидал её.

Прошлой ночью я услышала, как его мотоцикл отъехал от "Лилу", но я занималась заказами "с собой" в безопасности своего фудтрака. Он даже не заглянул. И он никого не посылал шпионить за мной, насколько я могла судить.

Не было никаких записочек или сообщений с указаниями, что мне надо изменить.

Или добавить.

Или ругающих меня за использование соли.

И насколько же я была жалкой? Всё лето я только и делала, что жаловалась на этого мужчину, а теперь он не разговаривал со мной уже три дня, и я серьёзно пересматривала свои жизненные решения.

Даже те, которые я приняла после Дерека.

— Ты уверена, что не возражаешь, если я уйду? — вопрос Ванна вырвал меня из стремительного потока мыслей.

Я посмотрела на бифштекс, который только что изуродовала. Ой.

— Нет, всё в порядке. Люди подождут. А если нет, то много потеряют.

Он легонько толкнул меня в плечо.

— Так держать.

Ванн подождал затишья в толпе, прежде чем поднял этот вопрос. Сегодня вечером мы были очень заняты. Всплески были большими, но затем затишья стали долгими и медленными. Эта ночь была странной.

— Значит, это уже второе свидание? — я прислонилась бедром к стойке и полностью сосредоточилась на брате.

— Второе, — подтвердил он. — Она очень милая. Она бы тебе понравилась.

— Какая разница, понравится она мне или нет? Тебе-то она нравится?

Он кивнул, но его взгляд так и остался скучающими.

— Да, она очень милая.

— Ты это уже говорил.

Мой брат. Ну и ну.

Он почти ничего не заметил.

— Говорил?

— Я не понимаю, зачем ты так с собой поступаешь.

Он позвякивал ключами в кармане своих тёмно-синих шорт. Таков был Ванн, принарядившийся для свидания — шорты, накрахмаленная белая рубашка на пуговицах с короткими рукавами, кожаные сандалии. Он был похож на опрятного скейтера. Если такие вообще существуют.

— Как поступаю?

— Встречаешься с миленькими девушками. Они же тебе не нравятся.

Он пристально посмотрел на меня.

— Конечно, мне нравятся хорошенькие девушки.

— Нет, это не так.

Он засмеялся, как будто я была сумасшедшей.

— Ты считаешь, что я должен встречаться с дурнушками?

— Я думаю, ты должен встречаться с девушкой, которая заставит тебя почувствовать что-то ещё, кроме того, что она милая.

Он вскинул бровь, не принимая всерьёз ничего из того, что я сказала.

— Теперь ты у нас гуру свиданий?

— Что? Так и не скажешь по моим супер успешным отношениям и счастливой жизни после них?

Он смотрел на меня с минуту, наблюдая за мной, читая меня.

— Я не знаю, сестрёнка. Я думаю, что вся твоя мудрость исходит из разнообразия плохого опыта.

Я пожала плечами, моя счастливая маска тотчас же соскользнула.

— Ты когда-нибудь расскажешь что случилось?

Я выдохнула через нос, чтобы он не заметил панику, шипящую под моей кожей. Он знал эту историю. По крайней мере, я рассказала ему свою версию того, что произошло, сразу же по возвращению домой. Но это был первый и последний раз, когда я обсуждала своё прошлое. Не стоило снова поднимать эту тему.

— Тут не о чем говорить. У нас ничего не вышло. Отношения часто заканчиваются.

— Обычно не тем, что один из пары сбегает на год в Европу. Он даже не пытался пойти за тобой? Или протянуть руку и извиниться за всё?

Я содрогнулась от слов Ванна. Дерек понятия не имел, куда я исчезла. Я специально позаботилась об этом, потому что в противном случае он бы явился за мной. Но он долго беспокоил моего отца. И если бы я не удалила свою электронную почту, аккаунты в социальных сетях и не уничтожила свой телефон, он, вероятно, нашёл бы меня и выследил.

Европа была недостаточно далеко, чтобы остановить его.

Чёрт возьми, даже Юпитер был недостаточно далеко.

А может, и нет. Может быть, он наконец понял, что со мной кончено. Европа была не первым нашим расставанием. Это был просто первый раз, когда он не смог ничего сделать.

И лишь потому, что я не посоветовалась с ним по этому поводу. Я просто ушла. Трудно убедить кого-то остаться, если его нет рядом, чтобы манипулировать.

Мой телефон горел в кармане. Все его непрочитанные сообщения на "Фейсбуке" сегодня ощущались особенно тяжёлыми.

— Я полетела прямо в Амстердам, Ванн. Что же ему было делать? Запрыгнуть в самолёт и рыскать по городу в поисках меня?

Впервые в жизни Ванн выглядел так, словно его что-то сильно увлекло. И не просто сильно. Не только вовлечён, но и ревностен.

— Да. Или он должен был обойти всю чёртову страну. Если ты любишь девушку, если она единственная, ты не позволишь океану остановить тебя. Ты пойдёшь за ней. Ты не дашь ей уйти.

Мой брат был захвачен похитителями тел. Это было единственное объяснение. Ванн не давал никаких обещаний. Я никогда не видела, чтобы он встречался с кем-то дольше пары месяцев. Он даже не воспринимал любовь всерьёз. Он всегда говорил, что у него на это аллергия. Так что же это было?