Чтение онлайн

— Надеюсь без коньяка?

— Без, — ухмыляясь качает головой, — он с мятой

Его руки, как тёплый плюшевый плед в холодную погоду, легко ложатся на мои плечи, согревают и прижимают меня ближе к спортивной груди. Я спиной чувствую как часто бьется его сердце, как напрягаются мышцы и все события и люди вокруг уходят куда-то на периферию. Мне хочется затеряться в этих объятиях, раствориться на маленькие атомы и проникнуть под смуглую кожу, чтобы остаться там навсегда. Я даже на миг закрываю глаза, когда его пальцы путаются в моих волосах, касаются щеки и осторожно спускаются на шею.

Сегодня я — его новая игрушка, которую ему нравится познавать, изучать и медленно лишать чувств, отбирая дыхание. На меня странно влияет эта близость, я больше не могу сопротивляться собственным ощущениям, рядом с ним я готова растратить себя полностью, открыться и покараться его воле.

Должна признать, парень очень убедительно отыгрывает роль, раз ему удалось убедить даже меня, но я обязательно приду в себя и спасу свой холодный рассудок, в какой бы жаркой хватке он не был. Ведь рано или поздно это все закончится.

Ведь закончится же?

Когда до меня доносится разливистый ядовитый смешок, я распахиваю глаза и замечаю в другом конце зала двух сестёр. Обе девушки уже успели смерить меня острым взглядом, лукаво переглянуться и снова громко расхохотаться.

Что говорить, не приятно, но сегодня я выше их и должна держаться достойно.

Заметив мой безразличный взгляд улыбка на лице блондинки растаяла. Юля стояла вместе со Светой Новожиловой возле окна, в маленьком чёрном платье, в стиле Коко Шанель, и по охотничьи буравила меня взглядом, словно самка ягуара, которая увидела врага на своей территории. Судя по всему, Рафальский тоже заметил ее недружелюбный взгляд, потому что девушка вдруг посмотрела на него и нервно поправила волосы, а потом отвернулась, надменно вскинув подбородок.

— Валя, — отозвался рядом звонкий девичий голос Ангелины, — рада тебя видеть, — и хитрыми глазками в сторону брата — хлоп, — ты просто нереально круто выглядишь

— Лин, спасибо, это все благодаря тебе

— Да ну перестань, — отмахивается девчонка

— Прошу прощения, — за спиной у девушки появляется Наталья, та самая рыжеволосая красотка и обращается к Рафальскому, — Максим, ты не мог бы мне помочь?

— Чем именно? — холодно, почти равнодушно спрашивает, и крепче сжимает мои плечи

— Там привезли торт, а Виктор ушёл встречать Дмитрия с супругой

Максим почему-то вопросительно смотрит на меня, будто ждёт разрешения и я одобрительно киваю:

— Никто не украдет твою спутницу, — смеётся рыжеволосая женщина, но тут же замолкает, под серьёзным, даже хмурым, черным взглядом, и от неловкости поправляет волосы.

— Конечно, Максим, иди, я пока буду с Линой, — отвечаю, немного разрядив обстановку

— Я быстро

Он с большой неохотой отрывается от меня и уходит, а Лина тут же закусывает губы и расползается в довольной улыбке:

— Смотри как у куколки подбородок трясётся, того гляди заревет, — а потом будто в саму девушку в дальнем углу бросает, — поделом тебе, акула, поделом!

Вряд ли Юля слышит речи девчонки, но не упускает возможности застать меня без Рафальского и уже быстренько перебирает каблучками по мраморной плитке, глазами наметив курс на нас.

— Кого я вижу? Неужели Лопушок? — небрежно скользит по мне взглядом, морща свой припудренный носик, — приукрасили, нарядили, чтобы в свет вывести, а хорошим манерам не научили

— Чего ты несёшь? — спрашивает Лина, реагируя на речь блондинки быстрее меня

— Я не несу, а предупреждаю. Девочка ошиблась парнем, видимо в детстве не научили, что брать чужое нельзя. Я закрываю глаза на тех, с кем он спит, но то, что притащил в дом тебя… — снова оглядывает с ног до головы презирающим взглядом, — сама не замечаешь, что никак не вписываешься в обстановку?

— Единственное, что я замечаю, это одну неугомонную девицу, которая как голая ветка стучит в окно, а ей не открывают, — парировала я, обмирая от собственной смелости.

— Не торопись радоваться, Валенок, он никогда тебя не полюбит. Однажды он вернётся ко мне и я ему прощу это недоразумение, — намекает на меня, — а пока, не буду мешать тебе точить нож, который вскоре глубоко ранит твое сердце

— Слушай, — порывается заступиться за меня кучерявая девчонка, но я ее останавливаю,

— Не нужно, Лин

Юля не отвечает и не задерживается рядом, даже кажется, что она торопится удалиться, пока ее кто-то не застал. И мы все знаем «кто». Капризно хмыкает, поджимает губки и гордо покидает наше общество.

— Почему ты промолчала? — изумляется сестра Рафальского

— Потому что по-женски я ее понимаю, — вздыхаю с сожалением, — уступить такого парня как твой брат очень сложно и больно принять, что он предпочёл тебе другую

— Вообще-то она сама виновата, нечего было к его лучшему другу в постель прыгать, — делает паузу и исправляется, — бывшему лучшему другу

— Юля изменила Максу с его другом? — осторожно уточняю, провожая взглядом бывшую девушку Рафальского

— Я думала ты знаешь, — растеряно бормочет девушка, — да простит меня Макс.

— А друг теперь…

— А Архипов теперь не друг, а враг, — перебивает меня Лина, — Валь, прости, кажется я итак уже много лишнего наговорила. Пусть лучше тебе Макс сам все расскажет, если захочет.

Конечно я не требую от девушки раскрыть чужую тайну, мне более чем достаточно того, что она уже сказала.

Так вот откуда эта ненависть между парнями. И поведение Рафальского теперь тоже находит свои оправдания. Зря я считала его бесчувственным кирпичом. Слишком опасно обнажить раненую душу и впустить в неё кого-то ещё, кто может воспользоваться ей как мишенью, поэтому и предпочитает держать всех на расстоянии. Всех, кроме меня. Почему?

После того, как Лина поведала мне чужие секреты, наш разговор как-то сник. Я чувствовала как она молча укоряла себя в том, что сболтнула лишнего, но виду не подала. Конечно, ничего страшного не произошло, но молчание затянулось. Мне хотелось как-то сгладить неловкость момента, но пока я перебирала в голове темы для разговора, Лину отозвала одна из гостей.

Большой стол, красивый зал, фоновая музыка, люди в праздничных нарядах, мне было любопытно наблюдать за торжественной обстановкой, хоть и чувствовала себя не в своей тарелке. От части Юля была права, дорогое платье и макияж изменили только мою оболочку, а внутри все осталось прежним.