Чтение онлайн

– Извиняй, сегодня я бухенькая, но… – ухватившись за плечи в качестве мощной поддержки, подняла указательный палец. – Спешу Вас уведомить, что обожаю щедрых мужчин. Щедрость – натуральный афродизиак 22 .

– Теперь я Ваш любимец, не так ли?

Он аккуратно снял с себя женские кисти, обошел по широкой дуге, опустился рядом со мной и, прежде чем откинуться назад, одернул полы темно-синей вельветовой куртки, расправляя складки на спине. На губах играла ироничная усмешка.

– Амир, дорогой, – Катька плюхнулась в массивное кресло напротив, перегнулась через стол, взгромоздив на него пышную грудь, и пояснила доверительным тоном. – Любимец – это домашний питомец, но льва, боюсь, мне не прокормить. Так что быть Вам моим любимчиком. Бессрочно и практически безвозмездно… в пределах разумного.

– Катарина, у Вас изысканное чувство юмора. Избраннику невероятно повезло, – Амир, подвинув к ней наполненную до краев рюмку, поджег смесь ликеров длинной лучиной.

– А он об этом пока не знает, – хохотнула женщина, залпом выпила горящее пойло и на удивление грациозно вспорхнула со своего места. – Кимчи, дорогой! Танцевать хочу, моченьки нет. Сопроводил бы ты даму, – когда тот замешкался, добавила. – Давай-давай, оторви заносчивую мелкую задницу.

– Нуна! Почему сразу мелкую … и заносчивую?.. – раздалось расстроенное бурчание.

Она угрожающе потрясла кулаком, ухватила Кима за шкирку и, толкая перед собой, выпроводила в коридор. Фыркнув им вслед, я мотнула подбородком, тонкая прядь прилипла к помаде. Комната завертелась волчком. Отплевавшись, облокотилась на стол и уперлась лбом в предплечья.

Помяни демона, он и появится.

Жгучая обида и злость, до поры до времени мирно дремавшие, воспрянули духом, и ничего не подозревающий мистер Надер стал козлом отпущения. Причиной и объектом моей откровенной неприязни. Почему? Все до смешного просто. Я ненавидела мужчин всем существом, при этом отчаянно нуждалась в их внимании – это раз. В подпитии меня так и подмывало хоть кому-то из них отомстить, а кандидатов, кроме него, в тот момент рядом не было – это два. На мой взгляд, Амир уже успел серьезно накосячить – это три. Мысли одна мрачнее другой роились в чугунной голове, перед глазами мельтешило множество лиц, которые мало-помалу сливались в одно: постылое, мерзкое, беспощадное.

Мне 23. Привлекательный неженатый Михаил Завьялов вот уже два месяца добивается расположения. По утрам приносит лавандовый латте из дорогущей кофейни, угощает обедом, приглашает на свидание. Я скрепя сердце отказываю, пытаюсь казаться недоступной: набиваю цену. Мужчина напорист, в глазах азарт. Комплименты и прикосновения становятся все более откровенными. Сдаюсь, наконец, иду на свидание в дорогой ресторан. Ехать к нему не хочу, потому что «я не такая», продолжаю играть в недотрогу. На третьем свидании очутились в постели. Секс как секс, кончил и вызвал такси. Спасибо, что оплатил.

В понедельник: ни кофе, ни обеда, ни звонка. Ничего. Жду, что одумается, навязываться не хочу. Неприлично. Завьялов объявляется спустя две недели заверить копию трудовой.

– Почему?

– Дин, ты смешная. Вроде большая уже, а в сказки веришь. На таких, как ты, не женятся, вас просто *бут и выставляют за дверь.

– Миш, но ты же ухаживал… – заискивающе вглядываюсь в насмешливое лицо. Вдруг передумает.

– Я? Ухаживал? Ой, не смеши! Ты очень хотела замуж, а я – потрахаться… Жаль, сдалась быстро, и все, интерес пропал. Да и в постели ты так себе, страсть фонтаном не била.

Заливаясь краской стыда, ругаю себя за фригидность. В туалете тихонько оплакиваю наивные иллюзии, столкнувшиеся с реальностью. Ночью заснуть не могу. Мысленно возвращаясь к недавним событиям, выискиваю малейшие ошибки, но не улавливаю причины. Что во мне не так? Ах да, я же недостаточно хороша. Во всем. Даже для того, чтобы трахнуть еще раз. Без отношений. Без обязательств.

Под утро на ум приходят мамины слова: «Все мужики – козлы, им только «это» и нужно. Они используют нас, причиняют боль и выбрасывают, как старую рухлядь». Если мужчины действительно хотят одного, что мешает сделать секс разменной монетой? И я принимаю решение получать долгожданное внимание хотя бы таким способом, в глубине души все же надеясь на «долго и счастливо».

– Дина, тебе плохо?

Бархатный голос вернул в настоящее, теплая рука поглаживала предплечье. От нечаянной ласки я дернулась, как от удара током, из-за комка в горле сглотнуть не получалось, из-за духоты захотелось на воздух. Трезвая, я обошла бы с другой стороны, но в хмельном угаре стала ломиться к свободе, переступая через мужские ноги. Когда запуталась в подоле длинного платья и пошатнулась, Амир поставил между колен, придерживая за бедра.

– Ты разочарована? – прямолинейно спросил он, глядя на меня снизу-вверх.

– Нет, бл*дь! Я счастлива!

– Если я прав, мне жаль.

– А мне пох*р на твои сожаления! – внутри прокатилась мощная взрывная волна. – Зачем тебе этот фарс? То звонишь, то пропадаешь, то целуешь, то…

– Дина, – твердо прервал, жестко фиксируя неустойчивое тело, – я был занят.

– И все? Никаких объяснений? Где? С кем? Никаких предложений? А как же стандартное «Детка, поедем ко мне, послушаем музыку», или что там у тебя с языком?..

– Во-первых, я не имею привычки перед кем-то отчитываться. Во-вторых, запросто мог отыметь тебя в день знакомства, – ладони поползли вверх по гладкой ткани и, остановившись на ягодицах, на мгновение стиснули, – если бы меня интересовал только секс.

– Я что, по-твоему, настолько отчаялась, что готова переспать с первым встречным?

«Запросто», бл*дь! Шлюху нашел.

Я дико разозлилась, буквально озверела. А самым гнусным во всем этом были потеря контроля и возбуждение от его близости, прикосновений, аромата и голоса. От вынужденного целибата сносило крышу, и Надер не мог этого не заметить.

– Нет. Я так не считаю.

– Тогда что тебе интересно? – спросила с явной враждебностью, полностью теряя самообладание. – Играть со мной? Манипулировать? Ставить эксперименты, как с крысой?

Он промолчал, одарив долгим взглядом, который сбивал дыхание и подкашивал ноги, но ладоней с задницы не убрал. Затянувшейся паузы хватило, чтобы убийственная ярость переполнила чашу терпения: ярость на себя, на него, на убогую жизнь, на козлов, которых всегда выбирала. Извернувшись, я нескладно взмахнула руками, скособочилась и всей своей тушкой завалилась на Амира, и нос уткнулся в свободную футболку. Не знаю, что на меня нашло. Я уселась верхом, оттянула в сторону V-образную горловину и маняще прикусила кожу в основании шеи (по-моему, самая сексуальная часть мужского тела). Резко втянув воздух сквозь зубы, он отодвинул меня на расстояние вытянутой руки, словно капризную девочку с бантиками.