Чтение онлайн

– Так значит это ты - пленница?
– спросила она.

Я судорожно пыталась найти ответ достойный, с юмором и в то же время не лишенный естественного обаяния и легкости.

– Ага.
– ответила я.

Она не сказала больше ни слова. Видимо, мой исчерпывающий ответ ее вполне удовлетворил. Она лишь окинула меня снисходительным взглядом, словно откатила ведром ледяной воды и, повернувшись, скрылась во мраке.

Ее взгляд, ее злость, ее неземная красота и грация окончательно сбили меня с толку. Чего ждать от этой встречи мне, если ТАКАЯ женщина выходит из кабинета, ругаясь последними словами, злая, как тысяча чертей. На какую-то долю секунды я была уверена, что со словами «Да к едреней матери все это!», я сейчас же развернусь и пойду из этого замка куда глаза глядят. Лишенная звания красивейшей девушки сегодняшнего вечера, свергнутая с трона и морально раздавленная, я хотела только одного - быть как можно дальше отсюда.

Я в самых ярких красках представила себе этого Графа - преклонного возраста, взрослый, во всех смыслах этого слова, мужчина, для которого нет границ собственного величия и для которого красивая (да что уж там, головокружительная!) женщина, вроде той, что пулей вылетела отсюда, не имеет поблажек и снисхождения. На что же рассчитывать мне? Только на твою милость, Господи. Я повернулась, и со словами "десять рублей в спортлото, Ваш выход", зажмурилась и шагнула в квадрат света.

Первое, что бросалось в глаза - это огромный камин, в котором шептались поленья. Прямо напротив камина, в нескольких шагах, стояла очень красивая, длинная софа с высокой, резной спинкой и боковыми ручками. Справа был огромный шкаф, доверху набитый книгами. Некоторые стояли ровно, некоторые небрежно брошены на полке, одни раскрыты, другие заставлены кружками и прочим бытовым хламом. Слева стоял огромный, тяжелый письменный стол из дерева, за ним - огромное окно, в которое задумчиво смотрел высокий, стройный, широкоплечий мужчина. Он стоял в пол-оборота ко мне и задумчиво потирал подбородок. Все, что я видела - это гладко выбритую щеку и волны крупных локонов темных волос, длинной до плеч, убранных назад. А еще совершенно очевидно, что до преклонного возраста ему еще очень далеко.

Не знаю, сколько мы стояли в полной тишине, может, минуты две, а может, и целую вечность. Он полностью погрузился в свои раздумья, поэтому моего присутствия не замечал. Я позволила себе рассмотреть, более чем скромный наряд Графа - простая белая рубашка и темно-синие брюки, великолепно сшитые, но покрой настолько прост и непритязателен, что я усомнилась, Граф ли это. Он был в одних носках, и почему-то мне это показалось забавным. Наверное, сказались нервы, но я не смогла сдержать короткий смешок, чем и выдала свое присутствие.

Он повернулся и посмотрел на меня, а в следующую секунду, я забыла, как дышать. И если женщина, которая встретилась мне в коридоре, вызывала желание во всеуслышание кричать от восторга, то он вызывал благоговейный трепет и полный ступор. Господи, как же он был красив! Удивительно правильные черты лица - прямой, классической формы, нос, слегка полноватые губы, чей четко очерченный контур и чувственная форма приковывали взгляд. А глаза... Смотрящие из под черных, густых ресниц и бровей, они были завораживающими. Не просто синий, а удивительно глубокий, словно море, цвет, насыщенный и кристально чистый, пронзительный и пленительный. Глаза цвета сапфира были настолько синими, насколько это вообще было возможно. Яркий, темный и чистый цвет и такой спокойный, полный власти взгляд. Желудок мой ухнул вниз, когда его холодный, острый взор вонзился в меня. Лед пробежал по позвоночнику, внутри меня зазвенела, завибрировала звонко натянутая струна, и ее звон отозвался мурашками по коже. Выдохнула. Вдохнула. Вот это да... Словно завороженная я смотрела на сапфировые глаза, в которых было столько силы, что она казалась осязаемой. И вдруг в его взгляде мелькнуло секундное замешательство. Словно бы, он вспомнил что-то, и красивое, сосредоточенное лицо смягчилось, разгладились морщинки на лбу, сжатые губы раскрылись, словно собираясь сказать что-то, обнажив идеально ровные, белые зубы. Все это длилось считанные доли секунды. Одно мгновенье - пламя вспыхнуло, осветив его изнутри, и снова погасло. Губы сомкнулись, окончательно заперев несказанное, в глазах острыми копьями сверкнул лед, а лицо стало непроницаемым.

Он повернулся и медленно прошел к своему столу. Движения его напоминали льва - природная грациозность и непринужденность, легкость, но собранность. Четкость, плавность каждого движения была отточенной, но в то же время совершенно естественной. Никакой наигранности, неловкости и скованности. Ни одного лишнего движения. В одно мгновение я почувствовала себя неуклюжей, некрасивой и какой-то ничтожной.

– Садись.
– сказал он, и голос его, тихий, ледяной и спокойный, прошелся вибрацией по моей коже. Низкий, бархатный, он словно резонировал, заставляя воздух дрожать в такт каждому слову. Эта вибрация была похожа на прикосновение, от которого я окончательно потеряла всякую ориентацию в том, что происходит.

Он рукой указал мне на стул слева от меня, Деревянный, с красивой резной спинкой. Я с удовольствием опустилась в него. Само собой, я попыталась сделать это максимально грациозно, насколько это вообще позволяла ситуация, но выглядело это так, словно меня уже давно мучает радикулит.

– Как ты оказалась в лесу?

И снова волна мурашек, а руки стали холодными и мокрыми, как лягушачьи лапки. Нужно сказать хоть что-нибудь. Хоть словечко. Ну же! Не молчи. Говори. Говори же...

– Чего ты молчишь?
– внезапно взорвался он.
– Оглохла?

И вот тут мое оцепенение, как рукой сняло. Что-то внутри перевернулось, и Граф, еще секунду назад казавшийся мне небожителем, самым прекрасным существом на земле, превратился в самого обычного хама, который только что прикрикнул на меня, словно я дворняга, прибившаяся к его ногам. Это отрезвило меня и сразу же пришли нужные слова.

– Это мне хотелось бы спросить, почему я здесь и с какой стати вы не выпускаете меня из замка?

– Значит, не глухая.
– сказал он и голос его вновь стал тихим и отстраненно холодным.
– Так как ты оказалась в лесу?

– Я не собираюсь отвечать на Ваши вопросы, пока Вы не ответите - на мои.

– Я могу наслать на тебя заклятье, и ты будешь болтать, пока не сотрешь язык.

– Значит, насылайте.
– сказала я, с напускной гордостью, делая вид, что мне ничуточки не страшно, хотя внутри все сжалось в холодный комочек. Уж больно не хотелось испытывать на себе заклинание, слишком свежо было впечатление от ягод. Я видела, что он злится, но никак не могла взять в толк, чем именно я его разозлила. Я же еще ничего не успела сделать? Или успела? Что же такого я... Ах, точно! Собака! Ну конечно. Я же каким-то образом растворила в воздухе его пса. Он злится, потому что я убила его любимца.

– Послушайте, я не хотела этого делать. Я до сих пор сомневаюсь, что это сделала я, но раз уж все сложилось, таким образом, то, видимо, я действительно виновата. Я сама до сих пор не понимаю, как это вышло, но поверьте, я не нарочно. Это вышло случайно.

Лицо Графа волшебным образом преображалось прямо на моих глазах. Вместо откровенной и с трудом сдерживаемой злобы, на лице проступало искреннее недоумение.

– О чем ты?

– Ну как же? Ваш пес. Он подбежал ко мне, и, сначала все было хорошо, но потом ему стало плохо. Он начал чахнуть прямо на глазах, пока, наконец, не...

– Господи, да перестань ты тарахтеть!

Я замолчала, глядя на него глазами величиной с обеденную тарелку. Он смотрел на меня. Недоумение сменилось спокойной, усталой физиономией. Видимо, Граф понял, о чем я болтаю. Он потер переносицу, и я краем глаза обратила внимание на красивые руки, глядя на которые, я ни за что не сказала бы, что передо мной сколько-нибудь важная персона. Руки его были грубыми, в мозолях и мелких порезах. Это были руки рабочего. Это были руки, не понаслышке знавшие, что такое ручной труд. Это было удивительно и довольно странно.

– Это была не собака.

– Не поняла?

– Это была не собака.
– повторил он громче, вероятно думая, что у меня проблемы со слухом. Но проблема была не во мне, а в этом странном месте, где у одного волк - не волк, у другого собака - не собака.

– Ладно... А кто же это?

– Не кто, а что.

Я окончательно запуталась, и видимо по моему лицу это было очень хорошо видно. Он вздохнул.

– Это вообще было не животное. Это заклинание. Просто для удобства я сделал его похожим на собаку.