Ты знаешь, мама, он какой...
Шрифт:
Заинтриговано ухмыльнулась.
– А вот это интересно. И что же напрямую касается тебя?
Дьявольский, провокационный огонёк запылал в глубине его глаз, он слегка наклонился вперёд, чтобы лучше видеть выражением моего лица.
– Ты почему с матерью поругалась? Что такого между вами произошло, что ты на ночь глядя из дома сбежала? Неужели, ты так отчаянно защищала меня, что в результате в качестве протеста ушла из дома.
Невольно закатила глаза. Вот же самодовольный мужлан.
– Иногда в семье происходят ссоры. Даже между любящими друг друга людьми случаются недоразумения. Ясно? – Гневно сузила глаза, сосредоточенно всматриваясь в лицо мужчины, который явно наслаждался ситуацией.
Как же хотелось стереть с его физиономии улыбку, которая так и источала силу, власть, он ощущал себя победителем, вершителем чужих судеб. Чёртовым спасителем.
– Но тебе этого не понять. Ты вряд ли способен, кого-то полюбить, кроме себя.
– Ты не права. Я довольно самокритичен.
С откровенным недоверием шире распахнула глаза. Как же! Самокритичен он.
– Каждый день беспощадно критикую себя за недостаточную любовь к себе, – обворожительная, притягательная улыбка озарила его лицо. – Лиза, надо научиться жить здесь и сейчас.
– Спасибо. Обязательно воспользуюсь советом, который я у тебя не просила.
Морозов угрюмо свёл брови.
– Ты никогда не просила у меня помощи. Но постоянно в ней нуждаешься. И заметь, я всегда тебе помогаю. Может, я твой ангел-хранитель.
Пренебрежительно хныкнула.
– За какие такие грехи мне такой ангел-хранитель достался?
Морозов улыбнулся.
– Смею заметить, что и ты далеко не подарок.
– Не подарок, – насадила кусок мяса на остриё вилки, – но уж какая есть. Одного не могу понять. Ты зачем со мной возишься? – Медленно приподняла вилку и кокетливо ухмыляясь, закинула кусок в рот.
Глаза мужчины наполнились опасным, ярко-полыхающим страстным светом.
– Я хочу тебя. Именно тебя. И только тебя. Ты ведьма. Никак иначе не могу объяснить тот факт, что ты никак не покидаешь мои эротические фантазии.
Понимала, что Морозов деликатным, джентльменскими манерами не отличается, он не раз демонстрировал варварские методы решения проблем, но это уже переходило все границы…
– Твои фантазии так и останутся фантазиями. Ты мне неинтересен.
Морозов соблазнительно приоткрыл рот, продолжая прожигать меня морозящим душу, взглядом.
Блин. Говорила твёрдо и уверенно, но при этом сама себе не верила, а уж этот опытный сердцеед и подавно чувствовал, какие безумные, неконтролируемые эмоции вызывает в юном девичьем сердце.
Платон неспешно взял яблоко и, разрезав его на четыре части, с наслаждением преподнёс частичку «греховного» фрукта к губам.
– Значит, наши отношения невозможны?
– Невозможны.
Морозов широко улыбнулся.
– Слово «невозможно» ещё больше разжигает во мне азарт.
Нервно сглотнула.
– Ладно. Уже поздно. Пойду спать. Если ты, конечно, не против, – фыркнула я и поднялась на ноги.
– Против, – Морозов отложил половинку яблока и уверенным шагом направился ко мне. – Нам следует обсудить ещё один важный вопрос.
Интуитивно отступила и, прижавшись к стене, уточнила, – какой ещё вопрос?
– Нашей дальнейшей жизни.
Стыдливая краска против моей воли окрасила лицо, нервно задышала, ощущая болезненное, жгучее желание…Стыдилась и параллельно хотела. Желала вновь ощутить мужские губы на своих устах.
Боже! Нельзя подаваться запретному искушению. Он соблазняет меня. Специально провоцирует, его томный взгляд пробуждал низменные чувства. На мгновение захотела, послать всё к чертям собачьим и яростно прижаться к его губам. Становилась зависимой от него.
– С тобой всё хорошо?
– Да, – выдавила краткое согласие.
Его уста соблазнительно дрогнули.
– Что, да?
Отягощено сглотнула.
– Со мной всё хорошо, – инстинктивно сильнее прижалась филейной частью к стене, безуспешно пытаясь отстраниться от мужчины. – Почему спрашиваешь?
Морозов непринуждённо пожал плечами.
– Ты просто похожа на Сеньора Помидора.
Обескураженно ахнула.
– Душно.
– Душно, – с откровенной иронией, сладко повторил он. – Тебе жарко. Можешь раздеться. Я не против.
Придурок.
– Нет. Спасибо.
Самодовольный нахал ещё шире растянул свои пленительные губы.
– Платон, говори уже, – требовательно провозгласила.
– Что, говорить? – Словно в бреду переспросил он, не отрывая пожирающего взора от моих губ. – Малышка, у меня реально рядом с тобой башку сносит. Я даже забыл, о чём мы говорили.
С раздражением посмотрела на него.
– Хватит дурака валять.
Мужчина продолжал испытывать моё терпение, упрямо молчал, пронзительно впиваясь своими проникновенными очами, которые напоминали два сияющих алмаза.
Почему он на меня так действует?
Зачем так смотрит? Действительно гипнотизирует. Раскрепощает.
Безжалостно приникает в душу. Бессовестно, неискушённое тело порабощает…
Глава 6. Лиза
– Говори, – сильнее прижалась к стене, безуспешно стремясь сократить расстояние между мной и Морозовым.
Мужская брутальность давила на меня. Этот Морозов сущий дьявол, одним лишь взглядом, коротким словом водил меня в ступор, лишал дара речи, завладевал мыслями. Тело дрожало, никак не могла справится с эмоциями, подавить свой страх.
И что же в нём такого? Обычный человек. А действовал на меня как удав на кролика. Даже слова поперёк сказать не могла, губы словно немели.
– Спасибо за разрешение, – с присущей ему неуместной иронией, провозгласил Морозов. – Лиза, моё предложение остаётся в силе. Нельзя постоянно держаться за материнскую юбку.
Морозов надменно, с откровенной издёвкой покривил пленительные губы.
– Да что тебе известно про мои отношения с матерью?
Мужчина снисходительно кивнул, будто бы был истинным знатоком, отлично разбирался в конфликтных ситуациях.