Не спишь, и так близко, так ясно,Так тихо, нежданно, без слов:«О, вспомни, пойми — все напрасно:Ты проклят на веки веков».Молчанье. Глаза закрываю.Бежать? — Но куда убегу?И плачу, и что-то считаю,И все сосчитать не могу.Пустот неподвижных громады,Бессмысленных цифр торжество.И нет ни конца, ни пощады.Ни зла, ни добра — ничего.
660
Ночью. Числа. 1933. № 9. Современные записки. 1934. № 56.
«Она прошла и скрылась не спеша…»
Она прошла и скрылась не спеша,Крылом своим почти меня задела.С тех пор забыла всё моя душа,И ничему не радуется тело.И всё слабее между ними связь.О, эта чуждость! Словно в адском круге,Они — две тени — странствуют, томясь,И ничего не знают друг о друге.Нерадостен бесплодный их союз.И вот любви немеркнущая славаДля тела бедного как тяжкий груз,А для души как смертная отрава.
У двери («Путем случайным он пришел…»)
Путем случайным он пришел.Он постучался.Дверь отворилась. Он вошелИ не остался.Но он придет, придет опятьУж не случайно.И снова будет он стучатьУ двери тайной.Вот всё исполнится сейчас,Вздохни глубоко…Но если он и в этот разПридет до срока,И в этот раз душа твояСо дна колодцаНад ложью призрачного «я»Не вознесется, —Ты вновь останешься одинВ неволе тесной.Тебя крылатый андрогин —Двойник небесный —Введет улыбкою своейВо искушенье.И будет хуже всех смертейТвое паденье.
«Душа моя, иль ты забыла…»
К.А. Виноградской
Душа моя, иль ты забыла,В свой райский сон погружена,Какая радостная силаТебе, сияющей, дана?Но обескрыленное телоНапрасно ждет твоих чудес.Ты улыбаешься несмелоСчастливой пленницей небес.Ты совлекаешь все, что тленно.И вот свободна от оков,Одна, покоишься блаженноСреди несозданных миров.И легче жертвенного дымаТы в небе таешь голубом…Но смерть присутствует незримоВ чертоге солнечном твоем.Она таит, она лелеетСвою тяжелую стрелу.Она, как плод, что втайне зреет,Как угль, что рдеет сквозь золу.Ни совершенством, ни страданьем,Ни чистотой, ни красотой —Ты победишь ее слияньемЛюбви небесной и земной.
С тех пор… («Мы встретимся на будущей неделе…»)
«Мы встретимся на будущей неделе…»Ты веришь? Что ж! Но я-то знаю, да,Что и обнявшись, и в одной постели,Не встретимся мы никогда.Не ложь, о нет, не мог преодолеть я.С тех пор… Но я молчу, не надо слов,Прошли не дни — века, тысячелетья,Мильоны световых годов.Ты далеко в созвездьи Ориона,Я на земле иль где-то на луне.И что мне в том, что трубку телефонаСниму и ты ответишь мне.
Зеркала («О, ты, кого неутомимо…»)
О, ты, кого неутомимоВ пустыне мира я искал,Явись, мелькни полунезримоВ хрустальной ясности зеркал.Бесстрастно уст моих холодныхУстами тихими коснись.Из глубины озер безводныхУлыбкой вещей улыбнись.Прости обманчивые речиИ праздные мои делаЗа чистоту грядущей встречи,Которой дышат зеркала.Моей неволи сон печальныйНе вспоминай — он позади,И душу тайною зеркальнойОт смерти вечной огради.
«Тиха святая ЖеневьеваЗа аркой белою ворот…Но от любви моей и гневаТебя разлука не спасет.Нет, за тобой слежу я зоркоИз грозной вечности моей.Воды кувшин и хлеба коркаТебе за верность — ешь и пей!И веселись. Я здесь — свободна.Покорен ты своей судьбе.Живи ж не так, как мне угодно,А как изводится тебе.Желаю счастья и успехаВо всем: люби и будь любим.Отныне больше не помехаЯ скромным радостям твоим.Но если, сыт от пищи преснойЛюбовью проклятых пиров,Услышишь голос неизвестный,Что всех нежнее голосов, —То это я зову оттуда,Предвозвещая близкий час.Зову с надеждою на чудо,Зову опять — в последний раз!»
661
Ее голос. Женевьева (ок. 420 — ок. 500) — католическая святая, заступница Парижа.
Ответ («Еще не слышен голос Мой…»)
Зачем так горько прекословилНадеждам юности моей?
Лермонтов
«Еще не слышен голос Мой,Не долетает зов далекий,Но будь готов — наступят сроки,Мы снова встретимся с тобой.Не удивляйся ничемуИ ничему не ужасайся.Любви и гневу Моему,Как мертвый, не сопротивляйся.Молчи и втайне разумей,Какой венец тебе готовил,Зачем так горько прекословилНадеждам юности твоей».
«Мы всё забыли, и растрачен…»
Мы всё забыли, и растраченБессмысленно остаток сил,И час, который был назначен, —Победы час — не наступил.И вот скучаем и любовьюТомленье сонное зовем.И словно соловьи над кровью,О гибели своей поем.
«Утешительница всех скорбей…»
Утешительница всех скорбей,Утолительница всех печалей,Наши дни последние настали.Сократи число последних дней.Прочь бежали недруги и други…Разреши болезни и недуги.Без Тебя мы на земле одни.Заступи, помилуй, сохрани.
«Не жди. Забудь. Не скрипнет дверь…»
Не жди. Забудь. Не скрипнет дверьИ не войдет Жених к невесте.А если Он войдет — не верь.Обман. Ты на проклятом месте.И если ты услышишь зов,На соловьиный свист похожий, —Не отвечай. Нет больше слов.Ты умер. Ты на смертном ложе.
Свиданье. Русский сборник. 1946. № 1. ДМ и З.Г. — Д.С. Мережковский и З.Н. Гиппиус.
Памяти Д М. и З. Г.
Они ничего не имели,Понять ничего не могли.На звездное небо гляделиИ медленно под руку шли.Они ничего не просили,Но всё соглашались отдать,Чтоб вместе и в тесной могиле,Не зная разлуки, лежать.Чтоб вместе… Но жизнь не простила,Как смерть им простить не могла.Завистливо их разлучилаИ снегом следы замела.Меж ними не горы, не стены —Пространств мировых пустота.Но сердце не знает измены,Душа первозданно чиста.Смиренна, к свиданью готова,Как белый, нетленный цветокПрекрасна. И встретились сноваОни в предуказанный срок.Развеялись тихо туманы,И вновь они вместе — навек.Над ними все те же каштаныРоняют свой розовый снег.И те же им звезды являютСвою неземную красу.И так же они отдыхают,Но в райском Булонском лесу.