Где нет воды, прохлады, сырости,Где камень только да песок,Там ничего не может вырасти —Тяжелый свет, смертельный ток.О, совершенство окаянное!Ни пробужденья в нем, ни сна.Как будто в озеро стеклянноеМоя душа погружена.Победное оцепенение.Тысячеградусный мороз.И я твержу: «В слезах спасение».Но ни раскаянья, ни слез.
Закон («Есть закон — о нем никто не знает…») [663]
Есть закон — о нем никто не знает,Тайна есть — ее не объяснить.Бедная душа не понимает,Все не верит, что нельзя любить.Все еще ей слышится: любите.Полюби, попробуй — навсегда.Оборвутся все живые нити,Вспыхнут и сгорят, как провода.И во тьме, внезапно наступившей,Ты один останешься навек.Берегись, земное полюбивший,Счастья пожелавший человек!
663
Закон. Встречи. 1934. № 5.
Маятник («Если хочешь душу спасти…»)
Если хочешь душу спасти,Не задерживайся в пути.Только знаешь ли, как спасти?А не знаешь — не унывай.И разбойники входят в рай.В путь же, друг мой. Не унывай.Время тянется, но не ждет.И не вечен времени лёт.Никого, никого не ждет.Бог увидит — спит человек,И тогда пропадай навек.Все равно, какой человек.
Чудовище («Чудовище сидело и рыдало…»)
Чудовище сидело и рыдалоНа каменной вершине под сосной.Над ним звезда вечерняя мерцала,Звезда любви — звездою ледяной.Огней закатных вспыхивали пятна.Кружились птицы — некуда лететь.И было все, как сон, невероятно.Чудовище хотело умереть.И удивленные глаза смотрелиТо на звезду, то на лицо земли.Но ангелы сойти к нему не смели,А демоны утешить не могли.
Соседка («Всё, как в печке, сгорает…»)
Всё, как в печке, сгораетУ соседки в саду.А соседка не знает,Что уж век, как в аду.Ей не страшно, не больно,Не похоже на ад.И погодой довольна.Ожидает наград.«Я — смиренный свидетель,Объявил кардинал, —Что ее добродетельВыше всяких похвал».«Приведите старушку, —Приказал сатана, —Да налейте ей кружку,Не воды, а вина.Пусть расскажет, как было.Факты — прежде всего.Неужель не любилаНикогда никого?»Но старушка — ни звука.Не призналась ни в чем,Словно адская мукаЕй давно нипочем.
«Почти не касаясь земли…»
Почти не касаясь земли,Ко гробу пустому спешили.«…Зачем вы Его унесли,Куда вы Его положили?»Неясный колеблется свет,И страшно от этого света.И в мир не доходит ответ.Но сердце не хочет ответа.Доверчиво бьется оно,Полно ожиданья, как прежде.Узнает Его все равноИ в светлой, и в темной одежде.
Зной («Небо молочно-кирпичное…»)
Небо молочно-кирпичное,Горы в меду и в крови.Средство я знаю отличноеОт невозможной любви.Даже святым неизвестное.Правда, одна лишь беда:Всех исцеляет чудесное,Только меня — никогда.Пусть же сирокко из АфрикиДует двенадцатый день.Ты пригласи ее завтракать,Перстень заветный надень.Как бы кольцо обручальное,С огненным камнем кольцо, —Да прояснится печальноеАнгельски-птичье лицо.Бедная, бедная пленница,Если б раба твоего…Но все равно не изменитсяВ нашей судьбе ничего.
Глубина («Глубина — ее не скроешь…»)
Глубина — ее не скроешь,Если есть она в тебе.Псом голодным ли завоешьИли ведьмою в трубе, —Тотчас голос твой узнают,Ненавистный голос твой,Что, как призрак, нарушаетГордой праздности покой.В тишине ночей бессонных,При луне и без луны,Он пугает плоскодонныхЗвуком вечной глубины.Все же часто с ними в пряткиНе играй, не зли врага.Лучше прочь и — без оглядки,Если воля дорога.
Люблю («Люблю, и всё. Кому какое дело…»)
Люблю, и всё. Кому какое дело,Кого, давно ль, за что и почему.И что сильнее — душу или тело,Добро иль зло, сиянье или тьму?Но пусть от всех родное имя скрою,От Бога и людей не утаю:Предпочитаю быть в аду с тобою, —О, навсегда! — чем без тебя в раю.
Огонь и вода. Ф. М. — вероятно, в посвящении скрыты имена Д.В. Философова и Д.С. Мережковского.
Ф.М.
Она течет, течет, течет,А ветер раскаленный дует.И пусть, свободный, он бушует.Она свой тайный счет ведет.Ее холодная струя —Не мертвая струя забвенья.Она выносит смех и пеньеИз глубины небытия.Он — как пожар. Но без огняНавеки все б остановилось,Слилось, сплелось, разъединилось,Ни ночи не было б, ни дня.О, дух пустыни, над тобойНичто не властно, кроме влаги,Что вьется в каменном оврагеЕдва заметною струей.Вот так и мы: огонь — вода.Неутолимых два желанья,Неразрушимостью страданьяСоединенных навсегда.
Spontanement («Не ты ль ко мне “на крыльях тишины”…»)
Не ты ль ко мне «на крыльях тишины»Сегодня ночью прилетала?Зачем? Друг в друга мы не влюблены,А что до денег — денег мало.По-братски ими я с тобой делюсь,И ни при чем тут благородство.Живи одна. Я лжи не покорюсь,Не выношу ее уродства.По-братски, да. Не знаю, почемуНаверно, жду с надеждой тайной,Что наконец свершится то, к чемуВсё движется как бы случайно,Что вдруг в душе твоей забрезжит свет,Ты неожиданно прозреешь.Но в дверь мою не постучишься, нет, —Не оттого, что не посмеешь.Без стука радостно ко мне войдешь,И радостно в глаза заглянешь.И я пойму, что ссора наша — ложь,Что ты любить не перестанешь.