Тяжёлый рассвет
Шрифт:
– Есть еще сало?
– спросил Дубовой.
– Меру знать надо, - ответил один из бандитов.
– Ты че?
– возмутился Дубовой.
– Дай, а то ноги таскать не будет, - приказал Гук.
– На-а!
– Бандит отрезал кусок сала.
– Ну, теперь порядок, - сказал Дубовой, работая челюстями.
Тур и Мирон подошли к месту явки. Они оставили пакет в дупле дерева и удалились. Таков порядок, установленный оуновцами.
Тур снял на ходу с плеча автомат, проверил. Видимо, обнаружив неисправность, долгим взглядом посмотрел на Мирона.
К месту явки подошел связник из группы Гука. Он изъял пакет, положил на его место другой.
Деревенское кладбище освещено лунным светом. Могильная тишина. Тур и Мирон подходят к кладбищу, на небольшом расстоянии за ними идут Дуда и Брыль.
Тур и Мирон замерли. Свет луны выхвалил из темноты бродячую собаку.
Где-то высоко в небе прогудел самолет... Мирон поднял голову. В небе мерцали звезды... По сигналу Тура Бры.ль и Дуда залегли. Тур и Мирон медленно подошли к часовне.
– Фу-гу-гу!
– подал сигнал Тур, спрятавшись за дерево.
– Фу-гу-гу! Фу-гу-гу!
Тишина...
– Может, не появятся?
– тихо спросил Мирон.
– Появятся, - сказал Тур.
– Если с ними ничего не стучилось... Фу-гу-гу! Фу-гу-гу!
– повторил он.
– Фу-гу-гу! Фу-гу-гу!
Ответа не последовало. Отошли, уселись на скамейке возле памятника..
– Фу-гу-гу!
– вдруг послышались звуки над кладбищем.
– Фу-гу-гу!
Мирон и Тур встали и пошли осторожно австречу. Из-за деревьев вынырнули две человеческие фигуры.
– Кто вы?
– спросили из темноты.
– Тур.
– Кто с вами?
– Свои!
– А вы кто?
– Гук!
– Пароль?
– спросил. Тур.
– Буря над Бутом!
– Еще не время, - ответил Тур.
– Слава героям!
– сказал Пук.
– Героям слава!
Тур и Гук подошли вплотную, поздоровались.
– А это кто?
– спросил Гук.
– Мирон!
– А где Жар? Ворон?
– Потом доложу!
Группа Тура и Гука подошла к запасному схрону. Он был расположен в высоких зарослях.
– Где-то должен быть здесь.
– Гук опустился на колени, нащупывая потайной люк. Не без усилия люк открылся.
– Как добрались?
– спросил Гук, зажигая настольную лампу.
– С приключениями, - ответил Тур.
– А ты "дошел" что-то?
– На наших харчах жиру не накопишь.
В свете лампы были видны нары в два этажа. В углу стояли две бочки.
Роились комары, под потолком зашевелились пауки
– Что скажете?
– Гук глянул на Мирона.
– Как обиталище?
– Раз нет другого, холера ясна, - улыбнулся Мирон, - сойдет и это!
– Вот здесь, - Гук показал на бочки, - сало и капуста, сухари под нарами.
– Ничего, залезайте сюда, - сказал забравшийся на нары Брылъ.
– Устал как черт.
– Мы пошли, - сказал Гук, вылезая наверх.
В сопровождении Тура бандиты вышли. В свете луны, жестикулируя, Тур что-то объясняет Гуку. Последний то соглашался, то возражал.
В бункере Клима Рогозного находилась Гук и Дубовой.
– Я думаю, со встречей надо повременить, - говорил Гук.
– Мало ли что...
– А что предлагаешь?
– задал вопрос Рогозный.
– Вот ты на моем месте как бы поступил?
– Прежде всего - не торопился бы, - ответил Гук.
– В нашем деле слову верить нельзя.
– Да, так, - пробормотал Рогозный.
– Референтура пропаганды рядом, - оказал Гук.
– Это хлопцы Тура. Надо организовать с ними встречу... Если что не так, может проясниться.
– А ты?
– спросил Клим у Дубового.
– Что ты скажешь?
– Че, можно и так, - сказал тот.
– Мы не щенята слепые, увидим.
– Действуйте как энаете, но не затягивайте, - подвел итог Клим Рогозный.
Тур и Мирон опять пришли к месту явки, изъяли пакет.
– Встреча в четыре часа дня у Гусиного озера, - сказал Тур, читая записку.
– С кем?
– Неизвестно.
– Кто пойдет?
– Идем вдвоем.
Граница. Контрольно-следовая полоса. Пограничный знак № 205. По одну сторону пограничного столба несет службу пограничный наряд поляков, по другую - замаскировались советские пограничники.
Недалеко от них находились лейтенант Захарин и начальник польской стражницы поручник Гжегож Анджеевский.
– В случае прорыва нарушителей на вашем участке, - Захарин указал точку на карте.
– Вот здесь!
– Вем! Вем! Ясно, - кивал Анджеевский.
– Я перекрываю участок, - продолжал Захарин, - от двести пятого до двести десятого пограничного знака. Резерв заставы будет действовать в зависимости от обстоятельств.
– В выпадку зъявленя пшетивника, - сказал Анджеевский, - тутай.
– Он показал карандашом на карте.
– Я вам можливость стражницей замыкать тутай.
– Добже, добже, - согласился Захарин.
– Пши мэбле, - сказал поручник.
– Мувить пшес телефон.
– То есть при возникновении обстановки, - уточнил Захарин, - связь по телефону? Я правильно понял?
– Так ест!
– На эту неделю сигнал "Я свой" - красная ракета, - объявил Захарин.
– Чэрвона ракэта, - повторил Анджеевский и сделал запись в блокноте. Бардзо добже.
– Вот и все на сегодня, пан Гжегож.
– До видзения, пан Владимеж.
– До свидания!
– Офицеры подали друг другу руки.
У озера Гусиного четыре бандита допивали бутылку самогона, заедали салом. Рядом лежало оружие. К ним подошли Тур и Мирон.
Бандиты насторожились, но, узнав Тура, пожали ему руку.
– Знакомьтесь: Мирон, - представил Леваду Данилюк.
– Мирон, - протянул руку Левада.
– Тут рискуешь жизнью, - набросился вдруг на бандитов Тур, - а вы сало жрете!
Бандиты продолжали бражничать, не обращая внимания на гнев бывшего начальника.
– Ты что, не хочешь меня уважать?
– спросил Тур, обращаясь к одному из бандитов.
– У тебя спрашивают!