Чтение онлайн

Отсутствие городов тормозило развитие специализации среди ремесленников; здесь еще пока не применялись такие известные соседям достижения, как производство кирпича и возведение каменных построек, изготовление стекляной глазури».

Как видно из вышеприведенной цитаты, ни у жемайтов, ни у аукштайтов даже гончарного круга не было до образования ВКЛ.

И далее.

«К сожалению, находок пахотных орудий труда в памятниках второй половины I тыс. н. э. пока не обнаружено. Однако, известен железный лопатовидный наральник с селища Юдонис, датируемый первыми веками н.э. При раскопках Майшягальского городища найдены языковидный наральник и пара сошников, принадлежащих двузубой сохе. Наральник датируется XII – XIII вв., сошники – XIV – началом XV в».

Возможно, металлических пахотных орудий и не было. Ведь восточнолитовские курганы самые исследованные в регионе захоронения, и если бы населением этого арела что-то использовалось, то было без труда найдено учеными.

Не соответствует действительности и утверждение летувисских ученых, что «уже в самом начале XIII в. оружие литовцев (литовцами здесь называются аукштайты, захороненные в восточнолитовских курганах) представляло ценность и рассматривалось рыцарями как хорошая добыча».

Ведь на тевтонов-рыцарей работала вся Европа. Например, через три года после появления в Европе пушек, тевтоны уже использовали их в своих колониальных набегах. Поэтому оружие литовцев могло быть таким только в том случае, если считать литовцев не аукштайтами, у которых были «застойные явления в технологии кузнечного дела», а литвинами-ятвягами. Причем, это оружие было сделано не самими литвинами, а славянскими мастерами или под их руководством.

«В XI – XII вв. русские (славянские) ремесленники производили более 150 видов железных и стальных изделий, их продукция играла важную роль в развитии торговых связей. Почти во всех западнорусских городах обнаружены сложные домницы для варки железа, различные плавильные кузницы и т. д. В области обработки железа на Руси в XI в. было не менее 16 профессий».

В то же время в Новогрудке, например, «если в X – XI вв. жилища были в основном обычными наземными срубными домами (полуземлянки сооружались редко) с каменными или глинобитными печами, то в XII в. появились богатые, площадью до 75 кв. м дома со стеклянными окнами и фресковой росписью стен. ( В это же время площадь жилищ в Полоцке колебалась от 12 до 25 кв. м, в Минске – от 16 до 25 кв. м.) Изменился и ассортимент находок (много аморфной керамики, местной и привозной поливной посуды, стеклянных сосудов, как киевского производства, так и привезенных с Запада). Встречена фаянсовая керамика с люстровой росписью, изготовленная в Иране.

В богатых домах работали зависимые от владельцев ювелиры. Обработка цветных и благородных металлов стала в XII в. преобладающей отраслью ремесла. Совершенствовалось изготовление железных изделий. В отдельное ремесло выделились косторезное и камнерезное дело. Появились ремесленники по обработке дерева (в том числе на токарном станке), изготовлению стенного и фасонного кирпича».

«Многочисленные находки импортного происхождения указывают на интенсивные связи городов Понеманья с Киевщиной и Волынью, Причерноморьем, Византией, Прибалтикой, странами Западной Европы, Средней Азии, Ближнего и Среднего Востока. По количеству и разнообразию привозных изделий Новогрудок занимает одно из первых мест».

Но для такой торговли необходимы смелые, рискованные купцы. Такие люди возможны только среди молодых этносов.

«Клинки некоторых ножей из Новогрудка имеют сварный узор, имитирующий дамасскую сталь.

Встречены два типа наконечников пахотных орудий: симметричные (Волковыск) и ассиметричные (Гродно, Новогрудок, городище Лабазовка, Микольское селище).

Лопата употреблялась как цельнодеревянная, так и деревянная с железными оковками».

Аукштайты были очень старым по возрасту этносом. «Массивный широколицый антропологический тип балтских племен восточной и средней Литвы (территория восточнолитовских курганов и западной Аукштайтии), который, вероятнее всего, генетически связан с племенами, проживавшими во второй половине I тыс. до н.э. в юго-восточном регионе балтского массива, повторяет весь комплекс антропологических особенностей юхновцев без каких-либо следов трансформации или смешения. Такое длительное сохранение без изменений архаичного комплекса признаков в течение целого тысячелетия, несмотря на значительное передвижение племен, могло реализоваться только в случае существующего здесь крупного массива родственных по происхождению племен с единым антропологическим типом, в пределах которого меняющиеся во времени и пространстве брачные связи, нередко выходившие за пределы отдельных племен, не влекли за собой существенных изменений в их генофонде».

Территория юга современной Летувы еще до образования ВКЛ состояла из трех частей: Даволтва, Нальшаны и Упите. Нальшанам соответствовала юго-восточная часть современной Летувы и часть севера Беларуси; к Даволтве относились земли юго-запада современной Летувы; остальное – Упите. В первых двух землях в большей или меньшей мере жили литвины-ятвяги и устанавливали свои порядки.

В Упите (территория т.н. восточнолитовских курганов) жили одни аукштайты, и там управлял один из ставленников литовских князей. Летописные литвины управляли и Жемайтией. Так, при заключении литовскими князьями мирного договора с галицко-волынским княжеством в 1219 году (Ипатьевская летопись), жемайтским князем был Ердивил, родной брат Миндовга. Товтивил, Довмонт (Арвид), и Тройнята – родные сыновья Ердивила и племянники Миндовга. В 1256 году Миндовг дал Товтивилу удел в Полоцке, Довмонту – в Нальшанах, Тройняте – в Жемайтии.

Убийство Миндовга племянниками имело, наверное, более существенную мотивацию, чем месть за жену одного из племянников, как это принято в научной литературе, – борьбу за власть. Племянникам не очень-то нравилась централизованная власть Миндовга. Они ведь привыкли к иным методам управления – самостоятельности. Не на последнем месте, возможно был и вопрос веры в Бога. Ведь Миндовг к тому времени отошел от веры предков – язычества.

При такой ситуации, когда соприкасаются два разных по возрасту, а значит и по пассионарности этноса, и когда их комплементарность отрицательная, возникает субэтническое образование – химера, когда более сильный этнос подчиняет более слабый или внутри сильного замкнуто живет более слабый.

Кто сейчас может что-нибудь сказать о таком народе, как ханты или манси кроме названия города Ханты-Мансийск, в котором днем с огнем не сыщешь представителей этих народов? А что будет через несколько столетий? Вот о чем говорит Большая Советская Энциклопедия: на 1970 г . исконные жители Сибири составляли 4 % ее населения: ханты – 21 тыс. человек, манси – 7,6 тыс., алеуты – 400 чел., эскимосы – 1,3 тыс., удэгейцы – 1,3 тыс., юкагири – 600 чел. и т.д. Численность индейцев в США и аборигенов Австралии говорят сами за себя. И это ярчайшие примеры взаимодействия двух некомплементарных разновозрастных народов в современное время.

Что-то подобное наблюдалось и в Аукштайтии, и в Жемайтии во времена ВКЛ с точки зрения численности их коренного населения, о чем можно более подробно ознакомиться в главе «Имена собственные в ВКЛ».

Поэтому-то Аукштайтия к концу XIII в. полностью входила в состав ВКЛ и нигде не упоминалась в летописях. Впервые она засвидетельствована у Петра из Дусбурга в «Хронике земли Прусской» в связи с событиями 1294 года:

«Он (тевтон) вел многочисленные сражения на судах, одно в Аукштайтии, земле короля литовского».

Иного взаимодействия между двумя некомплементарными этносами история человечества не знает. Эту гипотезу подтверждает еще один факт уже позднейшей истории – национальное движение летувисов середины XIX в. зародилось на территории Жемайтии, а не Аукштайтии, то есть, более молодой части летувисского этноса.

Известно, что «в Жемайтии культура V – X вв. имела много общего с культурой земгалов». Поэтому можно предположить, что жемайты как обособленное от земгалов племя, возникло около середины I тыс. н.э. Аукштайты были намного старше жемайтов.

Это подтверждают и краниологические исследования.

У западных аукштайтов (к сожалению, невозможно сравнить краниологические данные из восточнолитовских курганов, так как здесь с V в. начинается кремация умерших) на протяжении II – VIII вв. никаких эпохальных событий не произошло, что и отражено в неизменяющихся за этот период краниологических характеристиках. Чего нельзя сказать о жемайтах. На рубеже V – VI вв. происходят сильные изменения в краниологических данных этой серии, что говорит о рождении нового этноса.При этом, краниологические исследования, выполненные Г. Чеснисом говорят: