Чтение онлайн

— Ты поняла меня? — строго спросил вампир, от чего Суокки аж вздрогнула, он так неожиданно продолжил разговор…Она несколько секунд раздумывала, а не устроить ли ей жуткую бабскую истерику? Так чтобы Билл сам выбросил ее вон из своего дома. "А что, это идея! Может начать истерить по поводу и без повода? Орать, топать ногами, о, можно еще себе волосы драть, беребить ему к черту всю посуду….никакой мужик не выдержит такого дерь@а.." — она невольно накручивала кончик локона себе на пальчик, и это чертовски отвлекало Билла от темы разговора: запугать до смерти и подмять ее волю под себя, хотя бы на ближайшие пару суток. В общем, ни один из них не выполнил требуемых условий сегодняшнего разговора: один вместо того чтобы запугивать, все время отвлекался на ее тело, а другая, вместо того чтобы быть запуганной, все время отвлекалась на что угодно, только не на него…Полный бесперспективняк!

Она глубоко вздохнула, отгоняя свои глупые шаловливые мыслишки, Билл отвел горящие глаза от желаемого так сильно…Им осталось лишь разойтись по своим углам, разговор как-то не заладился. Он молча вышел из дома и оставил ее как обычно одну. Суокки в первый раз была рада, что не надо больше говорить.

Стоило хорошенько подумать над новой информацией, конечно, угроза убийства была очень не кстати, верила ли она его словам? К счастью, уже имея определенный опыт с вампирами, она сделала вывод, что даже если бы он внутри не хотел ее смерти, то под действием каких-либо сильных эмоций, например, присутствия Эрика Нортмана, мог повести себя неадекватно. Да что таить, даже людей бывало заносило на поворотах, что уж говорить про вампиров! Это бесспорно уменьшало шансы на счастливый успех спасительного мероприятия, которое, как поняла Суокки, пробыв более недели в плену и не дождавшись своего викинга, ей предстояло воплотить в жизнь самостоятельно. Но не смотря на всю опасность она решила для себя твердо: лучше умереть, чем жить в положении рабыни, или домашнего питомца, разницы не было. На глубоком пласте подсознания она на самом деле даже не допускала мысли, что могла погибнуть, она хотела жить! Мы стремимся к лучшему, и это хорошо! Будем решать проблемы по мере их поступления, а сейчас Суокки настраивала себя на положительный для себя исход. Главное любой ценой удрать от Билла, только куда? И как? Она даже не знала, что это за Совет, у нее не было никакой дополнительной информации, чтобы хоть как-то подготовиться к побегу. "Ладно, главное, чтобы не было путаницы в голове, сейчас важно определить для себя, что важнее: сбежать или вернуться к Эрику?" — размышляла она:

" — Боже, Суокки, какой Эрик??? Ты издеваешься над собой что ли? Не смеши! Ты значишь для него меньше, чем любой его донор… — издевался тот инстинкт, задачей которого было вытащить ее зад из этой передряги любым доступным ему способом, даже запрещенным…

— Но ведь он же говорил о том, что я — его человек… — оправдывалась она

— Звездец! — отрабатывал свой метод инстинкт "вытащунашзадиздерь@а" — затащил тебя в постель, рассказал сказочку, а ты и поверила… Дура одним словом!

— Пошел ты!!! — разозлилась она, но зерно сомнения упало на благодатную почву.

— Неа, не получиться, а то ты так и продолжишь пускать пузыри из соплей! Соберись, бл@ть! Пусть идет этот твой герой-любовник, пусть катиться ко всем чертям со своими мужскими достоинствами, урод! Открой глаза, наконец, и закрой половые губы!!!! Суокки, ты должна смыться из этой вампирской шайки-лейки! Иначе тебя найдут на дне какой-нибудь выгребной ямы… — инстинкт, надо отметить, умел запугивать гораздо изощренней и действенней Билла Комптона…"

Суокки не хотела смотреть очевидному в глаза: Эрик не пришел спасать ее, как бы она себя не убеждала, как бы не придумывала отговорки за него, на деле факт оставался фактом — ее жизнь была в руках Билла Комптона, она жила у него на положении даже хуже рабыни, ее почти убила бывшая любовница своего пленителя, у нее не было ничего впереди, если она собиралась продолжать покорно принимать случившееся. Черт, да умом она все это понимала, но принять сердцем было невозможно, оно бы попросту разорвалось на тысячи алых кусочков…. От этого инстинкту было страшно, ведь против этого неподдающегося ничему чувства влюбленности или любви не было противоядия… Суокки все же понимала, что мертвой ей уже будет все равно, так что в любом случае нужно просто найти способ уйти от Билла. Но тут-то и была загвоздка, ну допустим, у нее получиться сбежать от него. Насколько далеко? Куда? Где найти такое место, такого защитника, чтобы смог удержать вампира вдали от нее? Ответ напрашивался сам собой: Эрик Нортман был единственным решением этой задачи, в конце концов, это он втянул ее во все это, мать его так и эдак! Пусть сам и копается в этой куче! Значит первоочередная цель — попасть к Эрику, и не важно, хочет он того или нет, он обещал, пусть держит свое слово!

Одной задачей стало меньше, и это радовало, оставалось лишь импровизировать на месте побега, и молиться! А сейчас нужно набираться сил перед предстоящим броском!

Они сидели втроем и молчали, тишину нарушила Пэм:

— Я так понимаю, это идеальная возможность вытащить Суокки…Что ты думаешь об этом, Годрик? — обратилась она к своему мастеру, тот поднял на нее смеющиеся глаза и ответил

— Пэм…у меня уже есть одна проблема… — он мгновенно оказался возле нее и обнял, прижимая к своему телу, в удовольствии расплываясь в улыбке — Такая любимая… — он поцеловал ее в плечо — Такая горячая… — нежные губы двинулись выше по шее, она отклонила голову в бок, открывая новые местечки для ласк — Моя солнечная женщина! — закончил он, Пэм в удивлении приподняла изящную бровь, но ничего не сказала.

— Это проблема Эрика, а не моя! — отрезал он внезапно холодным голосом, раньше она всегда ступорилась перед его манерой менять настроения и интонацию быстрее штормового ветра, сейчас же, зная его очень хорошо, Пэм понимала, что деланное безразличие скорее верный признак того, что ему очень даже НЕ все равно. Она бы поиграла с ними в их любимую игру "Перехитри Вампира", но сейчас было не до того, Суокки совершенно случайно попала в эту передрягу, она не принадлежала их миру, не была готова сопротивляться, они вообще ехали за новыми платьями, а обернулось все просто ужасно! По крайней мере для новичка типо Суокки, для Пэм это было обычным делом. За последние десятилетия участия в вампирской политике, она могла дать фору, наверное, даже Эрику, главному интригану. Однако сейчас, дело было дрянь! Не помогла ссора с викингом, не помогли щенячьи слезы, не помогли даже ее просьбы к Годрику, тот наотрез отказался вмешиваться и влиять на эту любимую ими бестолочь! Она столько привела аргументов, почему нужно пнуть Эрика под зад наконец, заставить, если сам он не шевелиться, но Годрик был непоколебим. Он говорил, что всякий раз вмешивался и помогал Эрику, и тот в конец обнаглел, так что теперь пусть выпутывается сам. И на слова о том, что Суокки смертна и совсем молода, говорил, что ее никто насильно не заставлял. Так что Пэм наткнулась на стену мощнейшего сопротивления, и никак не могла придумать, как ей спасать Суокки? И тут как Божье провидение, пришла новость о съезде Совета. "Господи, спасибо тебе!!!" — прыгала она от счастья, когда узнала. И теперь она решила заявить о своей позиции им обоим, чтобы потом не было нытья, что она играла нечестно. Ну, от Годрика подобной реакции она ожидала, он достаточно доходчиво выразил свое мнение еще до этого, гораздо интереснее было посмотреть на реакцию Эрика.

— Эрик, Пэм меня уже достала, а тебе хоть бы что! У тебя вообще совесть есть? — подыграл Годрик своей даме, ведь ночь любви никто не отменял, и лучше, чтобы ночь была полна действительно любви, а не очередных разборок по вопросу Суокки и Эрика, так что он ничего не терял.

— Нет, Годрик, ты съел ее вместе с моей жизнью! — хотел пошутить Эрик, но шутка что-то не задалась, а напротив вышла едкой и жесткой, к тому же вполне могла спровоцировать драку между создателем и дитя. Годрик было дернулся, но Пэм крепко сжала его руку:

— Нет, Годрик, я не позволю, этому прожженному интригану так легко сменить тему, да еще чтобы на нее был наложен запрет! — ее мастер расслабился, а огонек в глазак Нортмана погас и он надулся, Пэм ликовала.

— Ну же, Эрик! — настаивала она — Я жду…

Эрик лениво поднял голову в ее сторону и с самым безразличным видом произнес:

— Ты не боишься иссохнуть, пока будешь ждать?

— У меня сегодня иммунитет к твоим подколам, мне все равно, так как я знаю, что на самом деле ты готов даже цыганочку станцевать лишь бы уклониться от этого разговора! Дак вот, Эрик Нортман, я не оставлю тебя даже когда ты отрубишься на дневной сон, и буду мучить тебя вопросами, пока не добьюсь своего! — Эрик видел в ее глазах полную решимость и веру в свои слова, а в глазах Годрика он видел полную поддержку Пэм, так было совсем нечестно — двое против одного! Подлый ядовитый внутренний голос тут же подлил масла в огонь: " ведь можно и не быть одному….", этот змей появился совсем недавно в его голове, после разговора с создателем и прогулки до "озера расставания".

— Пфф, Пэм, что ты хочешь от меня услышать? — наконец, сдался он. На лице женщины просияла улыбка, и была она не самодовольная, а полная надежды и чистой радости, Эрик отвел глаза в сторону.

— Ты согласен, что Совет — эта наша возможность освободить Суокки?

— Да — коротко ответил он

— Хорошо — Пэм не ожидала такой скорой капитуляции и немного растерялась, она как-то настраивалась на долгие препирания с его стороны и думала в основном об аргументах спора, но он сразу согласился и теперь она уже не знала, что же дальше… — Может, у тебя есть какие-нибудь соображения на счет того, как нам вызволить Суокки?

— Пэм, во-первых, не Нам, а мне! — лениво протянул он — Во-вторых, секрет, раскрытый двоим, уже не тайна…

— Сам-то понял, что сказал? — улыбнулась она, он ей в ответ.

— План прост: я набиваю сливу Биллу Комптону, кидаю жуткое ругательство в адрес тупой сучки Соффи-Анны, плюю на всех членов Совета, благополучно посылая их на @уй, хватаю в охапку малышку Суокки, ставлю ей оставшиеся две метки и все мы будем жить долго и счастливо! Теперь ты довольна? — осклабился он

— Да что ты бесишься, а? — начала заводиться Пэм

— Так, все, это, ребятки, без меня!… - поднял Годрик руки вверх и удалился, он терпеть не мог присутствовать при их го@носпорах, потому как обычно все сводилось к тому, что они начинали искать в нем поддержки и каждый дергал за запрещенные ниточки его к ним чувств.

— Тебе не нравится выступать в роли труса, который не держит свое слово? — Эрик тут же очутился в сантиметре от ее лица с высунувшимися клыками

— Забери свои слова обратно! — зашипел он

— А то что? — и она сократила эту малейшую дистанцию между ними с вызовом, и поцеловала его в губы, долго и смачно — Перекусишь мне глотку, также трусливо как ты поступил с Суокки?