Чтение онлайн

ОН был моим миром. Моим воздухом, которым я не могла надышаться. Моей вселенной. Но счастье рядом с ним всегда носило горьковатый привкус, хоть я и пыталась этого не замечать.

Звон бокалов наполнил комнату, возвещая наступление нового года. За столом собрались самые близкие для меня люди. А еще вчера я думала, что проведу праздник в одиночестве, и наряженная по случаю елка казалась бессмысленным атрибутом. Но утром позвонила Ольга, сообщив, что досрочно сдала сессию и через несколько часов приедет ко мне. Она училась в другом городе, и предполагаемые каникулы были лишь в середине января. Но в планы вмешалось провидение и сговорчивые преподаватели, которые пошли навстречу прилежной студентке, что меня несказанно обрадовало.

Я спешно отправилась в магазин, закупаться продуктами. Настроение неуклонно поползло вверх, и даже бесконечные очереди и полупустые прилавки не смогли его испортить. Ольга приехала после обеда. Раскрасневшаяся с мороза, она торопливо заключила меня в объятия, едва переступив порог квартиры. Я не видела ее с осени, и, оказавшись рядом, внезапно поняла, как сильно соскучилась. Нас связывала больше, чем дружба. Она была моей семьей.

– Опять без шапки, Олька!
– я отступила на шаг, оценивая ее наряд.

В коротенькой курточке с капюшоном и намотанным вокруг шеи ярко-синим шарфом, подруга притворно потупилась и тут же заливисто рассмеялась, заставляя усомниться в том, что она раскаивается.

– Не холодно!

Ольга притянула меня к себе и прошептала на ухо:

– С Новым годом, сестренка.

В груди разлилось тепло, на время вытеснив сковавшую сердце тоску.

– Раздевайся, горе луковое. Нас ждут кулинарные свершения!

Мы хлопотали на кухне, нарезая салаты, попутно рассказывая друг другу последние новости. Правда, я больше слушала, поддакивая и кивая головой. В какой-то момент, погрузившись в свои мысли, я упустила нить разговора и ответила что-то невпопад. Ольга замолчала и пристально посмотрела на меня. Под ее изучающим взглядом я поежилась.

– Жень, что случилось?

– Все хорошо, - я высыпала в салатницу нарезанный лук.
– Работала вчера допоздна над дипломным проектом. Не выспалась.

Я сглотнула подступивший к горлу комок и подошла к раковине, повернувшись к Оле спиной. Включила воду, намереваясь помыть посуду.

– Ты ничего не хочешь рассказать?

Хочу ли рассказать? Наверное, да. Но не сейчас, когда меня одолевают сомнения, когда я ощущаю, будто хожу по краю и вот-вот сорвусь вниз.

Я вымученно улыбнулась и потянулась за тарелкой, которую протягивала Ольга.

– Пирог будем печь с рыбой, или мясом?

– Да хоть с творогом!- Оля обняла меня за плечи.
– Женька, у тебя синяки под глазами и руки дрожат, будто ты бессонницей уже как минимум месяц страдаешь. И хочешь сказать, что этому нет объяснения?

– Диплом.

– И как его зовут?

Сердце ухнуло вниз, а к глазам подступили слезы. Да что же это со мной?

– Дизайн и оформление наружной рекламы.

Тарелка выскользнула из рук и с глухим стуком ударилась о раковину.

Ольга недоверчиво хмыкнула.

– И вторая щетка в ванной у тебя про запас, а с недавних пор ты пользуешься лосьоном после бритья.

Я судорожно втянула воздух, не зная, что ответить.

В половине десятого в дверь позвонили. Ольга пошла открывать, оставив меня искать запропастившиеся так некстати салфетки. Я бросила взгляд на молчавший целый день телефон. Чего я жду? Глупый вопрос. Хотя бы короткой смс-ки. Пары слов, которых бы с лихвой хватило, чтобы не накручивать себя и не сходить с ума.

Алексей не звонил уже несколько дней. И все это время я только и делала, что ждала, так и не решившись набрать его номер.

– Жень, мы тебе подарки принесли!
– в кухне забежал Ванька, размахивая бенгальским огнем.

Мальчишка заливисто рассмеялся и закружил вокруг стола.

– А можно мандаринку? И конфетку? И...

– Можно, - я улыбнулась, глядя на шестилетнего нарушителя спокойствия.

– Только маме не говори, - шепотом попросил он.

– Не скажу.

– Я все слышала, - на кухню зашла моя соседка Антонина. В обтягивающем зеленом платье до колена, грозившем разойтись по швам на ее необъятной фигуре. Она несла поднос, уставленный салатницами.

– Ты не против, если мы с вами отметим, Жень? Я Олечку к нам за горячим отправила... А к одиннадцати Толик обещал подойти. Он к другу пошел, поздравить...

Антонина отвела глаза. Другом была старшая дочь мужа от первого брака, которая за последние два года превратилась из цветущей семнадцатилетней девушки в законченную наркоманку, тянувшую из отца деньги. Неприглядная правда, на которую старательно закрывали глаза. Я знала, что Анатолий даже помещал дочь в реабилитационный центр, откуда она благополучно сбегала и снова бралась за старое. Но Тоне казалось, что никто ничего не знает, а я не считала нужным разубеждать ее.

– Поставлю еще тарелки, Тонь, - я с притворным ужасом уставилась на обилие принесенной заботливой соседкой еды, - но вот как за одну ночь мы осилим все салаты...

– Тебе есть надо! А то тонкая, как тростиночка! Не кормит тебя твой мужик совсем, - она покачала головой, - о чем только думает?

Я застыла. Неосторожно брошенные слова резали больнее ножа. Но Тоня, казалось, ничего не замечала и продолжала сокрушаться: