Чтение онлайн

Отдельные экземпляры, которые пришлось видеть к северу

от экватора, были, по всей вероятности, случайными

пришельцами. (В Тихом океане отдельные виды буревестников,

по-видимому, совершают регулярные перелеты через тропическую зону.)

Единственным в своем роде случаем был тот одиночный

альбатрос вида Diomedea melanophrys, который, согласно

неопровержимым свидетельствам, жил 30 лет, до 1894 года, на одном из

Фаррерских островов.

По пути из северных холодных областей через умеренную

и жаркую зону, а затем за экватором при движении в обратном

порядке пока мы не добрались до Антарктики, от нашего

внимания не могли, естественно, ускользнуть те формы жизни, которые

представлены в тропической полосе.

На всем пути мы непрестанно интересовались сменой

растительных и животных видов, рассчитывая помочь в разрешении

проблемы биполярности—почему в Северном и Южном

Ледовитом океанах встречаются одни и те же виды, в то время как в

промежуточных водах умеренной и экваториальной полосы те же

виды отсутствуют.

Позже, делая подробный обзор научных результатов

экспедиции, я вернусь к этому вопросу и остановлюсь как на дискуссии,

которую вели на эту интересную тему Пфеффер, Джон Мёррей,

Фрех, Кун и другие, так и на том вкладе, который внесла

экспедиция «Южного Креста» своими исследованиями морской фауны

в полярном районе.

Я хочу здесь только отметить, что немецкая экспедиция 1897

года по изучению планктона в пределах «западного течения»

обнаружила на поверхности воды маленького, свободно плавающего

пелагического червя Sagitta hamata Moeb. Как показано на

карте нашего маршрута, его наличие непрерывно наблюдается

на всем пути от северных до южных морей. Но для того, чтобы

миновать высокую температуру тропиков, он уходит в

экваториальных водах в глубину, ускользая таким образом от

нагретого верхнего слоя воды.

8 октября «Южный Крест» находился на 29°4Г южной широты

и 15°54' западной долготы. Тут мы увидели первых капских

голубей (Daption capensis). В следующие дни попадалось много

альбатросов вида Diomedea melanophrys. Мы собрали уже

многих птиц из числа следовавших за судном. Вылавливали их прямо

из воды, и они попадали на борт целыми и невредимыми.

Когда альбатросы оказывались на палубе, им

предоставлялась полная свобода. Они расхаживали на своих мягких лапах

с перепонками, приспособленными для плавания, но взлететь не

могли, так как им недоставало пространства, чтобы развернуть

свои большие крылья. Собаки часто нападали на этих больших

птиц, но каждая собака, напав однажды и получив крепкий удар

клювом, больше не рисковала своей шкурой.

Птиц мы умерщвляли хлороформом; так они умирали быстрее

всего и без мучений, и их великолепное оперение не бывало

испачкано кровью.

В конце октября паруса наполнились западным ветром. Мы

достигли «ревущих сорокаградусных широт», оставив к северу

мыс Доброй Надежды.

Еще прежде чем налетели свирепые порывы западного ветра,

мы провели все необходимые предварительные приготовления.

Западные штормы бушуют на этой параллели круглый год.

Иногда они чередуются с неистовыми циклонами, внезапно

налетающими на мореплавателей. Горе щкиперу, который к этому

моменту не привел свой такелаж в порядок.

Путь волнам здесь не преграждает никакая суша. С

незапамятных времен гуляют они здесь на свободе. А сильное

восточное течение способствует тому, что волны вздымаются на такую

высоту, которая в северном полушарии неизвестна.

Ураганные ветры со снегом сопровождали нас от мыса

Доброй Надежды до берегов Австралии. Мачты гнулись и скрипели,

все деревянные части «Южного Креста» вздыхали и стонали;

в верхних парусах завывал ветер. Судно стремительно врезалось

в высоко вздымавшиеся морские волны, а в то же время нижние

паруса свисали почти неподвижно.

«Южный Крест» показал воочию, на что он способен.

Отличное качество постройки становилось ясным, когда он с полным

грузом и на всех парусах летел по бурному морю со скоростью,

превышающей 11 узлов. Редко приходится встречать полярное

судно, столь прочное и вместе с тем так хорошо идущее под

парусами!

2 ноября мы были на широте островов Крозе. Море было полно

плавающих водорослей. Собаки страдали теперь так же сильна

от сырости и холода, как раньше от жары.

ч 10 ноября встретился черный альбатрос с белой отметиной

на*клюве снизу (Diomedea fuliginosa).

Наконец, 27 ноября, после того как мы больше двух месяцев,

не видели суши, в 5 часов вечера раздался крик вахтенного:

«Впереди земля!»

Это был берег Тасмании.

В воскресенье, 27 ноября 1898 года, в 8 часов мы бросили*

якорь в бухте Приключений—как раз на том месте, где

полвека назад останавливались «Эребус» и «Террор» Росса.

На следующее утро снялись с якоря, машины заработали,

и мы стали подниматься к Хобарту.

Узкий залив Хобарта, который тянется с востока до самого

города, окружен чудесными пейзажами. Извиваясь между

островами, он достигает в длину около 30 английских миль. По

обеим сторонам высятся утесы. На северном берегу между скал

встречаются просветы, в которые можно видеть землю на

несколько миль.