Чтение онлайн

– Я Ковальчук, - представился пижон.
– Ковальчук Сергей Николаевич, сотрудник департамента по специальным исследованиям. Самый молодой департамент в Минздраве и самый, я бы сказал, агрессивный, - Ковальчук слушал сам себя с явным удовольствием.
– Да, именно так, агрессивный.

"Трепло", - подумал про незваного гостя Олег.

– Вы спрашиваете, зачем я здесь?
– не унимался болтун.
– Отвечаем: Все медицинские учреждения в непосредственной близости от периметра Зоны переводятся в наше оперативное подчинение. Даже фельдшерско-акушерские пункты. Даже армейские медбаты. Централизация и планирование! Все должны работать во имя науки!

"А людей лечить уже не надо", - мысленно съязвил Олег.

– Теперь, что касаемо вас, - Ковальчук выразительно посмотрел на врача.
– Нам совершенно точно известно: Вы занимаетесь сбором научной информации. Так?

Олег кивнул. Отпираться бесполезно, в конторе любая собака знает: Раз в неделю он отправляет в Гомель материалы для лабораторных анализов. Анализы по коммерческим расценкам обходились дорого, но ничего не поделаешь. Той аппаратуры, что стояла в медпункте, за глаза хватило бы участковому врачу, но для научной работы её недостаточно.

– Постановлением Минздрава от февраля сего года все научные изыскания медицинского профиля вблизи периметра Зоны проводятся только по согласованию с моим департаментом, - сообщил Ковальчук.
– Вы такого согласования не проводили, и стало быть..., - Ковальчук сделал театральную паузу, - ...стало быть ваша деятельность незаконна. И наказуема.

Посетитель торжественно глянул на врача. Наверное, в этот момент чинуша казался себе очень значительным человеком. Интересно, каким образом он собрался наказать Олега за незаконные исследования? Сожжёт на костре как еретика? Или выпишет штраф? А может, дружески пожурит, как коллега коллегу?

– Мы можем договориться, - Ковальчук наклонился к Олегу, в его голосе зазвучали заговорщицкие нотки.
– Я оформлю разрешение на научную деятельность. А вы поделитесь своими результатами.

Результаты!? Вот, ради чего Ковальчук занимался всем этим словоблудием! Правильно, зачем корпеть, собирать и обрабатывать данные, если можно ограбить того, кто всё это уже проделал? А вы говорите, рэкета в научной среде не существует? Ещё как существует. Интересно, кто же сообщил Ковальчуку тему Олеговой диссертации. Не с бухты-барахты же он приехал в Болото. Наверняка знал, над чем работает Самойлов.

– Проваливай!
– тихо сказал Олег.

– Что?
– не понял Ковальчук.

– Вали из моего кабинета, срань поганая.

– Не свалю!
– ощетинился посетитель.
– Что ты мне сделаешь? В окно выкинешь?

Мысль показалась Олегу дельной. Левой рукой он схватил чинушу за шкирку, правой за брючный ремень и подтащил к окну, которое оказалось так удачно распахнуто.

– А-а-а!
– заорал Ковальчук, увидев открывшееся под собой пространство.

Кабинет врача находился на первом этаже, но с учётом высокого цоколя, до земли лететь далеко. Ковальчук с визгом шлёпнулся на газон.

– Ты, хамло деревенское, москаль, кацап поганый!
– закричал он снизу, потрясая кулаком.

"Москаля" и "хамло" Олег простил. Зачем отрицать очевидное. Но "кацап", это уже личное оскорбление. Врач вскарабкался на подоконник и спрыгнул следом за болтуном. Ковальчук понял: сейчас попросту изобьют и рванул к своему "Шевроле". На парковке чинуша остановился и принялся кричать обидные вещи, но увидев, как Олег выковыривает из земли кирпич, прыгнул в машину и дал по газам.

На улицу выбежала старшая медсестра. Маковец наблюдала полёт чиновника из окна и пришла в ужас.

– Олег Игоревич, вы ж..., - Маковец понизила голос, - ...сотрудника Минздрава в окно выкинули!

Олег уже давно подметил: Деревенские жители, не важно, на Украине или в России, питают невероятное уважение к любым представителям центральных властей. Даже зачуханый капрал из американской бригады Изоляционных сил в их глазах приобретал свойства полномочного представителя Господа Бога.

– Да плевал я на Минздрав, - беззаботно махнул рукой врач.
– Про таких как я говорят: Дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут. Пойдёмте лучше чай пить.

Напиться чаю не дали. Из кабинета Олег увидел, как по дороге несётся бронированный "гелендваген", оставляя за собой плотное облако дизельного выхлопа. Странно, автопарк Норда всегда содержался в идеальном порядке, машин с чадящими моторами в нём не могло быть в принципе. И что ещё удивительней, окрас у армейского джипа был не тёмно-зелёный, а рыжий, с чёрными подпалинами. Как будто машину подержали в кислоте, а потом ещё опалили смоляными факелами.

Неожиданно джип свернул с асфальта, скатился по насыпи и, ревя прогоревшим глушителем, понёсся прямо на контору. Не притормаживая, джип снёс низенькую оградку, пропахал клумбу, за которой нежно ухаживали работницы заводоуправления, и вышел на финишную прямую. Трах!
– машина воткнулась в стену прямо под окном врача. Мотор смолк и воцарилась звенящая тишина. Только слышно было, как потрескивает остывающий мотор да от облезлой брони джипа поднимался парок странного желтоватого оттенка.

Олег вскочил, зачем-то схватив сумку с химзащитой и бросился во двор. Заведующий медпунктом, слава Богу, не последний человек в компании, сейчас он устроит солдатне разбор полётов с занесением. Дайте только до вас добраться!

Вблизи джип выглядел кошмарно. Краска облезла полностью. Броня местами истончилась до состояния вологодских кружев. По колёсам как будто прошлись паяльной лампой. Лобовые бронестёкла машины порыжели и покрылись кавернами, едва ли через них можно что-то разглядеть.

Изнутри стального гроба послышался стук, дверь распахнулась и на землю выпал человек в почерневшем костюме химзащиты. Он содрал расплавившийся противогаз и Олег увидел, что лица то у человека и нет. Из сизого куска мяса на врача снизу вверх смотрели воспалённые белки глаз.

– Доктор, помогите!

На Олега накатила паника. Что греха таить, военную токсикологию он в институте закосил. Да и сами преподаватели с военки делали упор в занятиях не на зарин и зоман, а на более вероятные российских условиях отравления метанолом и ликёром "Шасси". И вот, перед Олегом лежит боец, обожженный неизвестным веществом, в джипе может быть ещё с полдесятка таких же полутрупов, а врач не знает, что делать. Олег сжал кулаки и глубоко вздохнул. Вспомнились слова пожилого фельдшера из госпиталя в Ханкале: "Доктор, если не знаете, что делать, делайте хоть что-нибудь. Может повезёт, и вы поступите правильно".

К прожженному насквозь джипу уже бежали наёмники. О поражениях едкими веществами они знают ещё меньше Олега. А раз так, будем делать "что-нибудь". Что мы видим? Поражение людей сильным разъедающим веществом, вероятно кислотой, от которого не спасла ни броня ни комбинезоны из прорезиненной ткани. Стало быть, перед медиками стоят три задачи: Купировать болевой синдром, удалить остатки вещества с кожи, проводить симптоматическую терапию. И конечно, известить тех, кто точно знает, как действовать в таких случаях. Олег расстегнул сумку и вытряхнул защитный комбинезон на землю. Обычно химзащита спокойно лежала под кушеткой в кабинете. Но сегодня врач как знал, захватил её, когда выбегал из конторы.