Чтение онлайн

26 мая 1942 года ближе к вечеру явился вестовой на мотоцикле. Стали искать меня. «Давай, укладывай барахло. Приказ из штаба дивизии. От самого командующего». Все выходило совершенно не так, как я представлял себе, но в роте мне остаться так и не удалось. После сердечного и в то же время грустного расставания с друзьями я сел на мотоцикл, и мы на бешеной скорости помчались в штаб дивизии. Для меня всегда оставалось загадкой, как это водители могут ориентироваться на совершенно однообразной местности, где глазу не за что зацепиться, и не сбиться с пути.

По прибытии на КП дивизии меня тут же включили в группу из 11 солдат, девятерых мотопехотинцев, лейтенанта и унтер-офицера. Я, как положено, доложил лейтенанту о прибытии. Фамилия у лейтенанта была довольно странной — Скубовиус. Тут же стояли два огромных, на мой взгляд, артиллерийских орудия, весьма непривычных для меня после наших 3,7-см противотанковых пушечек. Эти орудия были советскими 7,62-см противотанковыми орудиями весом в 700 кг. Как мне объяснили, это были превосходные по боевым качествам противотанковые орудия, пробивавшие любую броню. Дальность стрельбы достигала 13 км. Из-за наступившей темноты у меня не было возможности как следует рассмотреть это чудо техники и, в частности, зарядный механизм, но, судя по всему, он мало отличался и от нашего.

Меня назначили вторым номером расчета, то есть заряжающим. Наводчиком был Ганс Вульф, детина выше меня чуть ли не на целую голову. Командиром орудия был унтер-офицер Йеворек, нас он попросил обращаться к нему, как к Ябеку. Далее в состав расчета входили Герд Прокорны, третий номер и еще двое подносчиков боеприпасов. В их задачу входили поднос снарядов и еще лежать во время стрельбы на станине для уменьшения отката орудия. Были ли эти ребята обученными бойцами противотанковых подразделений, сказать не могу. Что касается меня, то я прошел неплохое обучение орудийного наводчика и в период службы в резерве зарекомендовал себя как хороший стрелок.

Неподалеку стояли два трехтонных грузовика. Они играли роль автомобилей-тягачей для орудий. В кузовах лежали ящики с бронебойными и фугасными снарядами. Мы разместили между ними свои вещмешки и уселись сами, по пять человек расчета на грузовик. Мы горячо обсуждали технику, знакомились, но тут снова явился вестовой и передал лейтенанту Скубовиусу какой-то приказ. Изучив бумагу, лейтенант зачитал его. Это был приказ по армии генерал-полковника Эрвина Роммеля. С 20 часов 30 минут Африканскому корпусу было предписано двигаться на восток. Первая цель — овладение крепостью Тобрук. Роммель ожидал от каждого солдата «безусловной верности своему долгу».

БИР ХАХЕЙМ И МАРШ НА ТОБРУК

Несколько недель Роммелю пришлось не одну неделю отстаивать перед верховным командованием свой план наступления. В результате на переднем плане была не Мальта, а Тобрук. Все силы должны быть брошены на овладение этим важнейшим портовым городом. И самым серьезным препятствием была линия обороны британцев у Газалы. У них было достаточно времени, и они умело воспользовались им для усиления обороны.

Линия обороны длиной в 65 километров протянулась от побережья до крепости Бир Хахейм на юге. Она состояла из цепи укреплений, включавших минные поля, огневые точки, проволочные заграждения. За ними располагались танковые и моторизованные силы англичан.

У Роммеля было две возможности. Можно было атаковать в лоб эту труднопреодолимую линию обороны или же обойти ее с юга и нанести удар англичанам с тыла. При этом было важно отрезать силы передовой от моторизованных и танковых сил ближнего тыла.

Разумеется, ни о каких лобовых атаках Роммель и не помышлял, он без колебаний избрал второй вариант. Роммель не располагал точной картиной того, что находилось за передовой линией. Но в одном он был твердо уверен, время играло против него. С каждым днем противник становился сильнее и, я конце концов, он мог ударить первым. Танковая армия «Африка» не была столь многочисленной, однако располагала достаточными силами для нанесения удара — у Роммеля насчитывалось 332 танка, из них 242 средних танка типов «Panzer III», и 40 машин типа «Panzer VI».

Уязвимым местом линии обороны у Газалы был южный бастион. Британцы сумели достаточно сильно укрепить древний форт Бир Хахейм. Но южнее уже ничего не было, одна только пустыня. Поэтому обойти британскую линию обороны труда не составляло. Если бы подобную же операцию замыслили сами англичане, немцы оказались бы в аналогичном положении. Обе стороны усилили фронт пехотными частями, а танковые силы держали в резерве в ближнем тылу. И силы немцев и англичан были примерно равны — 90 тысяч немецких и итальянских солдат противостояли 100 тысячам англичан. К 332 немецким танкам следует приплюсовать и 228 итальянских, а британцы противопоставили им 849 машин. 190 боеготовым британским самолетам противостояли в общей сложности 500 самолетов Люфтваффе и итальянской авиации. То есть силам Люфтваффе отводилась ключевая роль в предстоящем сражении.

Оперативное совещание перед новым наступлением.

Слева направо: полковник Фриц Байерляйн, начальник штаба (фамилия автору неизвестна), генерал-полковник Эрвин Роммель и генерал-лейтенант Вальтер Неринг.

В распоряжении Роммеля было 4 итальянских пехотных дивизии. Вместе с небольшими подразделениями немцев, приданными им в поддержку, им предстояло атаковать линию обороны у Газалы с фронта. Однако решающую роль опять же должны были сыграть силы Африканского корпуса немцев. 21-я и 15-я танковые дивизии, 90-я легкая дивизия, а также итальянская танковая дивизия «Арьете» и итальянская моторизованная дивизия «Триесте» проводили охватывающий удар вокруг Бир Хахейма.

Начало наступления было назначено на 26 мая 1942 года. По распоряжению Роммеля в тылу итальянских пехотных дивизий расположились вдоль всего фронта англичан макеты танков, а сотням грузовиков надлежало лихо поднимать пыль. То есть необходимо было убедить противника в том, что Роммель предпринимает лобовую атаку оборонительных позиций.

Вечером 25 мая 1942 года группировка, которой предстояло наступать, снялась с места. Бесконечная колонна из 10 тысяч транспортных средств, ориентируясь по компасу и спидометрам, двинулась в глубь пустыни, намереваясь обойти британскую линию обороны. Среди них находились и Гюнтер Хальм и его боевые товарищи, из которых были укомплектованы боевые расчеты двух противотанковых орудий. Они были включены в состав штабной роты и тем самым подчинялись командованию 104-го полка. И в бой вступали, имея особое задание.

«Обо всех этих грандиозных планах мы и слыхом не слыхали. Лейтенант Скубовиус зачитал нам приказ Роммеля. И мы знали — идем на Тобрук. Идем, так идем. Орудие прицепили к тягачу — трофейному грузовичку «Форд», а свои пожитки бросили в кузов. По пути тряслись между снарядными ящиками и вещмешками, думая и гадая, что же нам предстоит. И все оказалось не совсем так, как мы рассчитывали. Часа в три утра двигатель грузовика забарахлил и заглох. И заводиться никак не хотел. Мимо проносились грузовики, а мы стояли во тьме и не знали, что делать. Забился бензопровод, и двигатель не работал. Что предпринять? Мы вылили воду из двух фляжек, вместо нее залили в них бензин, двое наших забрались на крыло, подняли капот, вынули воздушный фильтр и хорошенько прополоскали его бензином. И двигатель, в конце концов, заработал. Но вскоре раздался сильный хлопок, и двигатель снова заглох. Мы снова попытались промыть фильтр, но безуспешно. Оставалось дожидаться, пока рассветет, и тогда уже при свете дня разобраться с двигателем.