Чтение онлайн

Четверо других послов - Канады, Австралии, Мексики и Пакистана вместе с жёнами упорно протискивались сквозь толпу к сцене.

– Да посторонитесь же вы все, - урезонивал толпу Дж.Б..
– Первыми подходят высокопоставленные гости.

Кавамура тем временем усадил тут же за кулисами трёх полицейских, понимавших по-английски; им предстояло записать имена гостей, их адреса, и не было ли чего-нибудь с их точки зрения странного на вечере? На длинном журнальном столике они разложили свои бумаги, зажигалки, сигареты, пепельницы, закатали рукава и, сняв с авторучек колпачки, приступили к процессу опроса, предварительно договорившись между собою задавать каждому гостю три одинаковых вопроса. Они исходили из того, что делать заметки на английском трудно, но поскольку каждым вопросом будут заниматься три человека, в сумме получится полный ответ.

Было отмечено, что гости начинают терять терпение на втором заходе с третьим вопросом, а на третьем заходе теряют его совсем. Подчинённые Кавамуры вышли из положения: менялись таким образом, чтобы каждый успевал посидеть во втором и третьем креслах.

А сам Кавамура тем временем рыскал у бассейна, там уже вовсю работали судебные эксперты и криминалисты. Голову и тело жертвы из воды вытащили и увезли в полицейский морг, для установления причины смерти. После часа работы эксперты в белых перчатках, обклеив добрую четверть площади и собрав не менее двух тысяч отпечатков, попросили разрешения удалиться. После десятиминутного обсуждения стало ясно, что нужен другой подход. Кто-то предложил слить в бассейне воду, послали полицейского отыскать нужный вентиль.

Неожиданное открытие сделал один из учеников Кавамуры, изучавший обстановку поодаль от места трагедии. Прохаживаясь у детского бассейна и заглядывая во все углы, в том числе и в бар-закусочную, он заметил тележку из прачечной, на ней было полно полотенец. Порывшись, он наткнулся на кровавые пятна. Средство, на котором тело или голову транспортировали к бассейну, было таким образом найдено. Центр расследования сместился в район бара.

Дж.Б. тем временем бегал между третьим и четвёртым этажами главного здания. Примерно двести его сотрудников томились в банкетных залах третьего этажа, ожидая полицейского опроса. Мало-помалу Дж.Б. начал осознавать, что сейчас, без главного менеджера, он здесь центральная фигура. Кто-то поинтересовался, будет ли клуб работать утром, и Дж.Б., подумав - да откроется ли он вообще когда-нибудь?
– ответил: "Да, - но тут же поправился: - Не откроется, если сами не откроем".

На четвёртом этаже царила полная анархия. Вдова Пита трижды порывалась сделать заявление, её с трудом уговорили пройти в апартаменты в крыле Б-3, просили успокоиться и попробовать отдохнуть. Вызвали к ней молодую женщину из пожарного подразделения, чтобы та разделила горе с миссис Питерсон...

Среди прочих гостей шок и ужас пережитого начали постепенно спадать. Никто, конечно, не шутил, но вечер как бы продолжался. От большого количества выпитого и нудного ожидания в толпе гуляли невесёлые настроения.

– Чёрт его возьми, Дж.Б., - гневно произнесла секретарша, - этот посол-пакистанец и не думает уходить домой. Он уже который раз возвращается и рассказывает полицейским подробности вечера.

– Дж.Б., мне завтра нужно успеть на самолёт в Корею, - заявил молодой человек со множеством оборок на платье-рубашке.
– Если вы тотчас не выпустите меня, ответственность будет на вас.

– Калхэйн, старина. Я понимаю, формальности и всё такое - это важно, на смокинге обратившегося болтались медали.
– Но знаешь, я был бы очень благодарен тебе, если б ты вытащил меня из этого кошмара. Моя доро... коллега по бизнесу... очень обеспокоена, как там её престарелые родители, она спешит домой, а меня жена, разумеется, ждёт... Боже, вечер-то какой кошмарный выдался...

– Я Жак, - назвал себя Жак, - моя жена собирается рожать. Р-о-ж-а-т-ь, - подчеркнул он (хотя беременности у миссис Жак было от силы месяца три - три с половиной).

– Мистер Калхэйн, это мой босс со своей женой, они приехали из Бостона и не намерены здесь более оставаться.

– Эй, Дж.Б., задница ты ослиная, если мы отсюда не выйдем к полуночи, твоя голова будет там же, где и Пита.

Дж.Б. очень не нравилось, что официальные лица, ведущие расследование, болтают лишнее, да и сами гости, оказавшись перед полицейскими, сообщают им больше, чем надо. Так думал Дж.Б.
– пользуясь полномочиями президента клуба, он переходил из одной комнаты в другую. Женщины таинственно перешёптывались в туалетных комнатах, мужчины, не зная куда себя деть, пьянствовали за столиками. Горди Спаркс, похоже, уже свихнулся, он заново пересказывал свою историю с тараканом, посол-пакистанец живописал, как он ходил к конторке администратора за сигарой. Полицейские инспекторы то и дело вскакивали со стульев, тянулись за зажигалками или сигаретами, американцы ни за что не хотели говорить, прежде не посоветовавшись со своими адвокатами. К 11:30 вечера в очереди к полицейским ещё томилось человек пятьдесят-шестьдесят. Дж.Б. решил направиться вниз к своему новому приятелю - Тиму.

ГЛАВА - 7

– Мы уже установили, как был убит Пит, - сообщил Дж.Б. Тим Кавамура. Ваш шеф-повар нам сказал, что не может найти ножи, один обыкновенный, а другой большой... как вы его называете..?
– капитан резко рубанул рукой.

– Нож мясницкий?

– Да, мясницкий нож.

– И..?

– Он исчез, нож этот.

Они стояли вдвоём в закутке коридора, ведущего к грузовому лифту. Закуток представлял собою маленькую комнату, в рабочее время здесь было полно тележек, на коих перевозили пищу из главной кухни уровня Б1 и лифтами доставляли в банкетные залы на верхних этажах. Сейчас эта комната была пустой, не считая двух тележек со сломанными колесиками и кучи больших серебряных разносов и куполообразных крышек в углу.

– Там вон...
– продолжил капитан Кавамура, показывая пальцем на коричневатые скопления пятен в нижней части стены у входа в комнату.
– Это кровь.

Дж.Б. посмотрел на пятна. Казалось, будто на стену что-то плеснули, очень было похоже на спелые томаты.

– Вы уверены?.. Я хочу сказать, это действительно кровь?
– спросил Дж.Б..
– В общем-то это похоже на... томаты.

– Может, тыкву?
– предположил Кавамура, доводя до двух число продуктов, которые ни одному из них не хотелось бы есть когда-либо в будущем.

– Да, но... нет, ничего.

– Это на самом деле кровь, - подтвердил Кавамура, - анализ соскоба не оставляет сомнений.

– Но... но как же всё это могло произойти?

– Отсечение головы?

– Гм... наверное. Вообще-то я имел в виду, что это место очень бойкое, сами видите - лифт. Как же могло получиться здесь...

– Отсекли голову.

– Это как понять?

– Если верить вашему шефу, кстати, он испанец, - заметил Кавамура, лифт постоянно занят: везут пищу наверх и спускают грязную посуду вниз.

– Я вам то же самое твержу. Ума не приложу, как могло случиться...

– Наверное, в перерыве, - предположил Кавамура, - когда здесь никто не ходил.

– Значит, произошло это самое...

– Голову отрезали.

– Да... значит, это случилось, когда все сидели наверху и ели.

Дж.Б. попытался вспомнить, видел ли он Пита на ужине. Торжественная речь, вспыхнули и погасли огни, опоздавшие гости, суматоха с обслуживанием сразу трёхсот пятидесяти гостей. Калхэйн никак не мог вспомнить, видел ли он Пита. Пит всегда, казалось, был где-то рядом, но в действительности...

– Есть одно странное обстоятельство, - снова заговорил Кавамура, - ваш шеф-испанец утверждает, что Пита внизу, поблизости от этого места, никто не видел.

– Но ведь здесь всё время находится кто-нибудь из кухни. Надо полагать, и Пит тоже был, - произнёс Дж.Б., разглядывая пятна крови на стене.

– Однако ваш испанский повар так не думает.

– Отчего же?

– Потому что он наказал всем известить его, как только Пит появится здесь.

– И что?..

– Его не известили.