Чтение онлайн

– Лорд Нарлитар, - я решаюсь спросить, - зачем вы меня целовали? Вы ведь с самого начала знали, что я невеста вашего брата. И зачем все это?

Он смотрит так, что мне становится нехорошо. Резко встает и в мгновение ока оказывается подле меня. Пальцы крепко держат мой подбородок, заставляя запрокидывать голову вверх.

– Милорд? – я сглатываю.

– Я делаю то, что считаю нужным, Ванесса, - говорит он. – Не забывай свое место, девочка. И не перечь мне.

Злость полыхает жарким пламенем внутри меня. Но что-то подсказывает, что нужно сдерживаться. И я жалею, что задала вопрос. Потому что может быть хуже, намного хуже.

– Простите. Мне просто было интересно, - я жду, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце.

Он вдруг наклоняется и – словно желает подчеркнуть контраст – очень нежно целует меня. Я знаю, что потом придут обязательные минуты стыда. Обязательное раскаяние. Но ничего не могу с собой поделать: послушно размыкаю губы, позволяя целовать совсем уж откровенно. И наслаждаюсь этим ощущением его власти.

– Нарлитар…ой, простите.

Нарлитар разрешает мне отстраниться только тогда, когда нужно ему. А я от смущения и стыда вся горю и мечтаю куда-нибудь провалиться. Да, я слышала их разговор и знаю, что Дарстед считает, будто мы с Нарлитаром…но что будет, когда он узнает, кто я?

Будь проклят Нарлитар! Он откровенно веселится, наблюдая за моей реакцией.

– Неловко прерывать, но у меня срочное дело, брат. Ани, ты нас не оставишь?

– Конечно, - бормочу я и вылетаю за дверь.

Вслед мне летит тихий смех. Кажется, смеются они оба…

***

– Ванесса, ты в порядке? – вместо того, чтобы ругать меня за то, что я сбила ее с ног, Элена смотрит обеспокоенно.

– Нет, - я мало что могу ей сказать, ибо и сама не до конца поняла, все ли хорошо.

– Это связано с приездом Дарстеда?

Я молчу, но, наверное, по моим глазам и так все понятно, потому что Элена хватает меня за руку и тащит на кухню, забыв про все насущные дела. Мы усаживаемся за стол, уплетая вкусные булочки Марты и пьем ароматный кофе, щедро политый взбитыми сливками. Элена внимательно слушает рассказ обо всем, что произошло в последнее время.

– Так тебе понравился Дарстед? Ты не против свадьбы с ним?

Мне почему-то ясно, что нужно отвечать максимально честно. И я медлю.

– Да, нравится, - наконец, киваю. – Он хороший вроде бы, хотя мы совсем мало общались. Я имею в виду…когда я думала о свадьбе, я, с одной стороны, мечтала о пышной церемонии и о прекрасном принце. И о большой любви. А с другой – в глубине души знала, что отец сам выберет мне мужа и придется терпеть или старого, или какого-нибудь…как это…повесу? В общем, Дарстед, в какой-то мере, отражает мои мечты о прекрасном принце. И, хотя свадьба, судя по всему, будет чисто формальной, без всяких праздников и церемоний, я не против.

– Но ты любишь Нарлитара, - говорит Элена.

Я смотрю в окно, где уже сгущаются сумерки. Люблю ли? Вряд ли это можно назвать любовью. Он вдвое старше и, несомненно, повидал куда больше, чем я. Нарлитару ли не знать о любви? Если б он заметил ее во мне, вряд ли позволил бы выйти замуж за брата. И я говорю не об его заботе относительно меня, а об его любви к младшему брату, которую, как бы он ни пытался скрыть, видно очень хорошо.

– У нас были моменты, - осторожно говорю я, - когда я пошла бы за ним куда угодно. И сделала бы все, что Нарлитар ни попросил. Но…я не знаю, люблю ли. Как это определить? И можно ли…можно ли любить двоих, не имея сил выбрать? Я действительно не хочу выбирать между Нарлитаром и Дарстедом! Я хочу…хочу спокойствия. И времени. Больше времени на размышления. Но совсем скоро приезжает отец. И времени нет, Элена. Я выйду замуж за Дарстеда и заглушу все, что чувствую к Нарлитару.

– Любить двоих можно, Ванесса, - улыбается Элен. – Это проще: в одном человеке тебе никогда не найти идеальное сочетание качеств. Я понимаю тебя. Дарстед – веселый парень, добрый и нежный. Нарлитар – надежный, властный. От присутствия таких мужчин у кого хочешь голову снесет.

Ее взгляд вдруг тяжелеет, а с лица исчезает улыбка:

– Но будь осторожна, Ванесса. Чувства, которые ты испытаешь, могут не только приносить удовольствие. Они могут убить.

Я чувствую прикосновение холодной руки к своей.

– Подумай. Прежде чем что-то сделать, хорошенько подумай, Ванесса. Прежде всего береги душу. Любовь может прийти дважды. Душа умирает всего раз.

Она вдруг смущается, подскакивает, и убегает. В проеме я вижу Дарстеда, который, не отрываясь, смотрит на меня. Я не знаю, слышал ли он что-то из нашего разговора, и если да, то что. Но спустя миг мои сомнения развеиваются: он совершенно спокойно наливает в бокал воду из графина и жадно пьет.

Любить двоих? Если разобраться в своих чувствах и разложить все по полочкам, то это не проблема.

Проблема лишь в том, кто из этих двоих будет любить тебя.

***

Если кто-то говорит, что неделя – достаточный срок для того, чтобы решить любое внутреннее противоречие, то это сущая ерунда. Неделя перед приездом отца пролетела, словно один день.

Я больше не работала горничной, но и не училась у Нарлитара: он, во-первых, был занят расследованием. Во-вторых, милостиво дал возможность подготовиться к свадьбе. И, честно говоря, я была этому дико рада. Потому как если бы тратила время еще и на учебу, ничерта бы не успела.

Нет, мне не готовили платье. И не спрашивали о том, какое канапэ я хочу видеть на столе. Пришло письмо от отца, в котором сообщалось, что церемония будет тайной, и я должна быть осторожна. Это не вызвало особенного удивления: все знали, в какой опасности королевские отпрыски в свете разгулявшейся нечисти. Если бы эта нечисть была б хотя бы аполитичной…но у вампиров ныне даже свой представитель в Совете был. Так что о мирных временах оставалось лишь мечтать.

Я читала брачный контракт. Только на это ушло три дня: вроде как типовая бумага, а занудная до ужаса. Потом читала приложения к контракту на вроде тех, где уточнялось, что жену нельзя бить рукой, ногой, головой, ремнем, палкой, плетью, камнем и прочими подручными средствами. И так папок пять, наверное, с перечислением всего, что нельзя делать с принцессой. Когда я закончила это читать, голова раскалывалась с такой силой, что пришлось еще сутки лежать в постели, отпаиваясь отваром.

Потом мы в комплекте со служанками собирали чемоданы: вскоре день после свадьбы мы с Дарстедом должны были уехать в его новое имение, которое только-только отстроили. Горничные могли бы и сами собрать мои сумки, но и Мэй, и другая девушка, работавшая у меня, наотрез отказались разбираться в многочисленных дневниках, тетрадях и записях, мотивируя это тем, что боятся выбросить что-то нужное. И Нарлитар, довольно посмеиваясь, заставил меня укладывать книги и свитки самой.

А еще мне удавалось избежать Дарстеда. Не к моей чести будет сказано: он жутко много работал. Уж не знаю, над чем. То ли над оборотнем, то ли над своими исследованиями. Но Мэй говорила, что молодой лорд до рассвета поднимается и после заката ложится, просиживая весь день за книгами, подчас забывая пообедать. Так что, как-то так вышло, и правду обо мне Дарстед узнает лишь много позже, когда приедет король.

Хотя это мое «много позже» внезапно и резко наступает в понедельник. Экипаж приезжает вместе с рассветом и меня, сонную и злую, Мэй быстро собирает на встречу к отцу и…лорду Дарстеду.

Платье красное. Так у нас прощаются с невестой. Женщины, конечно, мужчинам невдомек, что есть традиции и обычаи, им лишь бы политика, да выпивка. Невесту оплакивают всем родом, всей семьей, считая мертвой. И на утро после брачной ночи все веселятся. Умерла девушка – родилась женщина. Красота прощания с невинностью воспевается в свадебной песне и подчеркивается платьями. Красным – до свадьбы. Белым – на свадьбе. Черным – после свадьбы.