Чтение онлайн

Практически невозможно вычислить оборотня среди людей и магов. Они не живут со своими детьми (прим. авт.: детьми оборотня считаются укушенные и обращенные жертвы, в человеческом обличье оборотни бесплодны), всячески избегают мест убийств и очень осторожны. Но также и склонны к неоправданному риску. Если какой-либо жертве удалось уйти – оборотень за ней вернется, и это дает охотнику шанс.

Также может помочь и способ, которым был обращен оборотень, если таковая информация имеется. Есть обращенные – укушенные взрослым оборотнем и постепенно набравшие силу, а есть обратившиеся – колдуны, проведшие специальный ритуал, описание которого я, осознавая ответственность, приводить не буду. Во втором случае оборотень часто посещает место обращения и можно установить капканы или засаду».

И еще страниц десять текста, а дальше – куча диаграмм с оберегами и заклинаниями, не понятными человеку, с моим уровнем образования. Ничего ценного я из книги не почерпнула. Нарлитар наверняка все это знает и без меня. А значит, видимой помощи я оказать не могу.

Я упорно отгоняю мысли о причинах этого странного рвения в сторону охоты на нечисть, и достаю книгу, подаренную Нарлитаром. С момента нападения оборотня я перечитала ее несколько раз, но ничего полезного не нашла. Тем не менее, Нарлитар сказал учить ее, и если это единственный способ отвлечься от всего происходящего, то почему бы и нет? Беру ручку – со времен обучения в замке легче запоминаю то, что дублирую в конспект – и начинаю учить заклинание, одновременно вызывая по очереди компоненты колдовства. И когда слышу негромкие шаги, случайно поджигаю тетрадь. Тушу уже вручную: от неожиданности забываю все заклинания, могущие помочь.

– Простите. Я вас напугал, - это парень, на вид лет двадцати-двадцати пяти.

Светловолосый и крепкий, в рабочей форме. Я догадываюсь: это сын Марты, тот, в которого влюблена Мэй. Облегченно выдыхаю. Испугалась уж было.

– Чем-то могу вам помочь?

– Я увидел вас из сада, - он кивает в сторону большого окна, действительно выходящего на сад. – Почти стемнело, миледи. Вы извините, но…я хочу вас проводить в покои. Это опасно.

– Это Нарлитар попросил?

– Нет. Лорд Дарстед велел всем быть на чеку и по возможности провожать девушек с наступлением темноты, - отвечает парень. – Меня зовут Маркус. Я…

– Возлюбленный Мэй. Я знаю.

Он смущается, но не уходит, несмотря на мой многозначительный взгляд. Почему-то поднимается волна злости: он смеет мне указывать, где проводить вечер! Я подхожу ближе, намереваясь из принципа остаться в библиотеке, хоть и понимаю, что это глупо. Но воспитание принцессы сидит во мне куда глубже, чем я думала. И пренебрежения со стороны слуг не потерплю!

– Знаете, Маркус, я бы не советовала вам указывать принцессе. А я все еще ваша принцесса.

Вместо ответа парень хватает меня за волосы и распыляет у моего лица какую-то жидкость со сладковатым цветочным запахом. Пара мгновений – и я, будучи не в силах сопротивляться сонливости, падаю на пол. Но, кажется, не ударяюсь.

***

Пахнет…пылью. То есть, не пахнет, конечно, а просто чувствуется пыль, летающая в воздухе, пыль старая и копившаяся годами. Я открываю глаза и совсем не чувствую ни слабости, ни дурмана. Полутемное помещение с кое-как покрашенными стенами и сваленными в углы грудами хлама. Лунный свет пробивается лишь через небольшое выбитое окошко под самым потолком, совершенно не освещая этот подвал, или где я там нахожусь. В целом, ничего особенного.

Если не считать того, что я связана. Ноги и руки стянуты крепкой веревкой. А вот кляпом Маркус не озаботился, из чего я делаю вывод, что крики мои ни к чему не приведут. Либо слишком далеко, либо изоляция хорошая. Уж не знаю, какая – магическая, или так, самая обычная. Я даже не знаю, в замке ли я.

Маркус сидит у противоположной стены, невидящим взглядом уставившись куда-то в угол. Пробую пошевелиться, и парень поворачивает голову. Его глаза совершенно безумны.

– Маркус, - слышу, как дрожит голос.

Он смеется и подходит ближе.

– Проснулась. Вот и отлично.

– Маркус, что происходит? – я делаю отчаянную попытку отодвинуться. – Зачем ты это делаешь?

Он опускается передо мной на колени и хватает за горло, сжимая. Не сильно, но достаточно, чтобы дыхание перехватило от страха.

– Потому что ты его. Потому что ты должна страдать. И умереть.

Он достает нож, но прежде чем я успеваю вскрикнуть, делает быстрое движение, распарывая кожу на моем предплечье. Я кричу от обжигающей боли и чувствую, как кровь течет по руке. Всегда боялась крови, как бы сознание не потерять. Впрочем, крови скоро потеряю столько, что потеряю сознание и без помощи страхов.

– Маркус!

– Кровь привлечет меня.

Он улыбается, и я понимаю, что этот парень сумасшедший.

– Ты оборотень, - наконец, связываю воедино все кусочки. – Но зачем?! Зачем убивать меня?!

Но Маркус игнорирует мои вопросы и быстро сбрасывает куртку.

– Скоро луна поднимется, - усмехается он. – Запах крови. Твоей крови. Привлечет меня. И ты умрешь. Не скучай, принцесса.

Он быстро уходит, не забывая запереть дверь. Я трясу головой, пытаясь оправиться от шока и придумать, как выбраться. Для обращения в этом подвале мало места, но он прав: как только перекинется, найдет меня и…об этом думать совсем не хочется. Ровно как и о том, что ни Дарстед, ни Нарлитар не знают, где я. Сейчас много бы отдала, чтоб увидеть хоть одного из них.

При малейшем движении рука взрывается болью и сильнее нее в жизни я ничего не чувствовала. Веревки держат крепко, ослабить при всем желании не получается. Простейшие манипуляции приводят меня к выводу, что вдобавок ко всему я еще и привязана к какой-то трубе.

– Эй! Кто-нибудь! – кричу изо всех сил. – Да помогите же!

Разумеется, отклика не получаю и едва не плачу.

– Так, спокойно, - заставляю себя выдохнуть и хоть немного, но успокоиться.

Истерика близко, но еще не завладела сознанием. Я могу думать.

– Магия. Магия-магия-магия.

Нарлитар не успел обучить меня чему-то серьезному. Но обещал. У него, в отличие от отца, было мнение, что даже девушка и даже принцесса должна уметь себя защитить. Сейчас я поняла, как же он был прав. И жалела, что не успела как следует освоить что-то, серьезнее телекинеза. Да и об отношении к учебе, если честно, тоже жалела.

Я вытягиваю шею, чтобы рассмотреть хлам, валяющийся на полу. Возможно, там найдется что-то полезное. Нож, или ножницы, или осколок…да, старое разбитое зеркало, которое кто-то за ненадобностью отнес в этот подвал. Остатки стекла все еще торчат по краям, довольно острые остатки. Сосредотачиваюсь, вкладывая в попытку всю надежду на свободу и жизнь. Выломать кусок стекла не составляет труда: он и так едва держится. Поднести его ближе – тоже. А вот перерезать веревки, не видя, что делаешь, очень сложно. Я режу пальцы, морщусь, но вскоре чувствую, как одна веревка ослабевает, а за ней – вторая. И вскоре, превозмогая боль в израненных руках, распутываю узлы на ногах, а потом осторожно приближаюсь к двери.

Из-за нее не доносится никаких звуков, лишь едва слышное завывание ветра. Я крепче сжимаю осколок и вспоминаю, что дверь заперта.

Деревянная и на вид хлипкая. Кажется, я узнаю место, куда меня принес Маркус и удивляюсь его беспечности. Сарай в одном из рабочих уголков сада, скорее место, где лежат инструменты, всякий хлам, который, быть может, пригодится, а может, и нет. Жаль, Маркус заблаговременно убрал весь целый инвентарь. Но все равно, он удивительно беспечен и не осознает, что я могу выбраться.