Ученица придворного алхимика
Шрифт:
— А ты? Разве ты не волшебница?
— Я могу скрывать свои силы. И тем более могу постоять за себя, — отрезала незнакомка. — Уходи и не ввязывайся в это дело.
— Но кто ты? Эльф?
— Все, что тебе нужно знать, что я убью Ису, — сказала девушка и накинула капюшон. В тот же миг она исчезла.
Я хотела поискать ауру чар, идущих от артефакта невидимости, но пантера легонько толкнула меня в бок, привлекая внимание к Джеку. О чем я думала? Больше всего сейчас помощь была нужна именно ему.
— Постой, я должна найти его фамильный меч. Он очень дорожит им.
Зверь, фыркнув, указал на останки чудовища. Меч, торчащий из туловища, был безнадежно погнут, и превратился в кусок бесполезного железа. Рукоять обгорела напрочь. Увидев, что я убедилась в бесплодности своих поисков, Талаэр улегся рядом с телом Джека, намекая, что согласен его нести.
— Спасибо.
С трудом я переложила друга на мощную спину пантеры. Та поднялась и аккуратно пошла, ведя меня за собой. Удаляясь от леса, я думала о том, что все хорошее, что случилось этим днем, было в один момент растоптано Исой. Джек сильно ранен, его меч не подлежит восстановлению, трофейные сапоги и мантия испорчены и остались в лесу, а мое платье порвалось и обгорело. Колдуну так легко отнять наше робкое счастье. А мне совсем нечего ему противопоставить и нечем защититься. Если бы Джек побежал вместе со мной, а не напал на лесного стража, вспомнив о рыцарской храбрости, смогли бы мы спастись? Улыбался бы он сейчас, как прежде?
Мы дошли до крепостной стены, никого не встретив по пути. Талаэр кивнул на один из кирпичей, и я нажала на него, уже понимая, что за этим последует. Но стена не отъехала. Засопев, Талаэр поднял глаза кверху и направился к ближайшим кустам. Оказывается, проход был под стеной в виде небольшого коридора, выходящего в кусты под сторожевой башней. Когда мы поднялись наверх, один из кирпичей выступал. Стоило нажать и вернуть его в первоначальное положение, как крышка, закрывающая туннель, встала на место. Я вспомнила, как потеряла Ису и пантеру, выйдя из тайного хода.
Чтобы попасть в королевский замок, нужно было нажать на неприметный булыжник, валяющийся в траве вместе с горсткой таких же камней. Именно это и сделал Тараэр, надавив лапой. Кусок стены отъехал в сторону. А вот и знакомый тупик с факелом в дворцовом коридоре.
Пантера осторожно пошла вперед, шевеля ушами. У одного поворота мы застыли, ожидая, пока мимо пройдут стражники. Кошка обернулась на меня, будто спрашивая: «Куда?»
— Пойдем к господину Фейтону, — решила я и направилась вперед.
До покоев лекаря мы дошли без приключений, все же ночью замок был гораздо менее многолюдным местом, чем днем. Но пока я стучала в дверь, надеясь разбудить пожилого мужчину, Талаэра и след простыл. Когда Фейтон выглянул, суетливо кутаясь в расстегнутую мантию, Джек уже лежал на полу.
— Что такое? Кому-то нужна помощь? — сощурился врач сквозь очки и поднес свечу ближе к моему лицу. — Алоиза Граден?
— Господин Фейтон. Джек, пожалуйста, спасите его, — попросила я.
Только кинув взгляд на запекшуюся кровь, лекарь вернулся в комнату, разбудил своего помощника, дюжего детину, и тот бережно перенес алхимика на кровать. Господин Фейтон, привыкший к таким пробудкам, быстро настроился на работу.
— Свечей! Горячей воды! Вина! Бинты! Иглу и нитки! — руководил он, а помощник споро передвигался по комнате, доставая все необходимое. Воду в котелке он поставил над огнем.
Пока мужчины возились над Джеком, я нагрела котелок одним прикосновением. Мне очень хотелось помочь. Лекари были чересчур заняты, чтобы заметить, что вода закипела слишком быстро.
Пока господин Фейтон промывал и зашивал голову Джека, удивляясь при этом, отчего мой друг не умер сразу, мы с помощником держали подсвечники. Наконец, бледный чуть дышащий юноша был оставлен в покое.
— Он выживет? — спросила я, комкая подол своего платья.
— Все будет зависеть от крепости его тела и духа, — устало ответил врач, снимая очки и потирая переносицу. Вода в котелке стала розовой от крови.
Я просидела у постели Джека до самого утра. Господин Фейтон ушел спать в соседнюю комнату, разрешив звать себя в любое время, если раненому станет хуже. Ночью у рыжего начался жар. Он метался в бреду, но нужно было держать его, чтобы он не повредил себе голову еще больше. Лекарь влил в него отвар яснотки и крапивы, а я обтирала холодной водой. Под утро алхимик успокоился и теперь просто спал.
— Иди к себе, — заворчал врач, массируя виски. — На тебе лица живого нет. Другу ты уже ничем не поможешь. Перекладывать мальчика пока нельзя, поэтому будет лежать здесь. У меня есть настойка аралии, буду давать, как придет в себя. Скорее всего, у него будут сильные головные боли, так что помимо перевязок может потребоваться маковое молоко. Естественно, все это требует денег. Прискорбно, что его учитель как раз уехал, — господин Фейтон пошаркал губами.
— Я заплачу, сколько нужно.
— Прекрасно, прекрасно. Тогда проблем не возникнет, — кивнул пожилой доктор. — Но как это произошло? И неужели ты сама донесла его до моей двери?
Мне нечего было ответить. Беспокоясь за Джека, я не успела придумать подходящую ложь.
— Вы можете спросить позже у Ее Высочества, — нашлась я. Вряд ли Фейтон станет требовать ответа у принцессы, которой так дорожит.
— Что ж, — он приподнял кустистые брови, — тогда иди и не мешайся тут.
— Спасибо, — поблагодарила я. Все же, не спрашивая ни о чем, лекарь первым делом бросился спасать жизнь моего друга.
Добралась до своей комнаты опустошенная, уставшая. Мысли лениво плавали в голове, мокрыми рыбинами выскальзывая из рук. Они мучили, не давая спать, но и делать я ничего не могла. Единственное, на что меня хватило, это переодеться в родную мантию. А то войдет какая-нибудь барышня, потребует духи и румяна, а я тут в рваной обуглившейся тряпке, как из леса вышла. Впрочем, из леса я на самом деле вышла. Выбралась, причем благодаря питомцу Исы и той странной девушке, которая поклялась его убить. Перед глазами вставали ее мягкие движения и глаза, полные решимости и тоски. Кто она? Неужели и правда настоящая эльфийка? И если это так, то как Иса связан с эльфами?
Вдруг дверь кабинета скрипнула. Я обернулась и вздрогнула. На пороге стоял сам граф. Гордый, сияющий, с взглядом цепким, как когти ястреба. Он был так страшен, что я не сразу вспомнила, что мне следует сделать реверанс и первой поприветствовать его. Впрочем, жениха принцессы это нимало не смутило. Он подошел, гипнотизируя, словно змей. Меня обдало шлейфом дорогих духов, заказанных явно заграницей: настолько терпкого южного аромата невозможно было получить, используя произрастающее у нас сырье.
— Вижу, я произвожу на тебя неизгладимое впечатление, — лениво бросил граф.
— По-другому и быть не может, лорд Иса, — склонилась я в реверансе. Имя колдуна шипело на языке.
— Отчего же? — кисло усмехнулся тот. — Неужели я так страшен?
— Слугам свойственно бояться господ, — дипломатично ответила я, не поднимая глаз.
— Слугам — да. Но ты не служанка, Алоиза, — вкрадчиво сказал он, поднимая мое лицо за подбородок. Пальцы его были обжигающе холодны.
— Чего Вы хотите?