Чтение онлайн

— Теперь соси так, как будто от этого будет зависеть твоя жизнь.

Эрик собрал ее волосы в черный хвост, пока Бекка с неохотой стягивала его штаны.

— Нет, Эрик, я боюсь, что он слишком большой для моего маленького ротика…

Отчего санитар закатил глаза и снова поднес ей к носу пакетик с желанным порошком.

Бекка страстно опустила голову, и до Мэдисон стали доноситься медленные хлюпающие звуки, которые начали ускоряться. Эрик от удовольствия запрокинул голову, и на его короткие золотистые пряди упал лучик света. Он, не стесняясь, издал громкий протяжный стон. Его голос был таким молодым, а характер уже таким ублюдочным.

«Насколько нужно быть обнаглевшим извращенцем, чтобы делать это практически в общественном месте с пациенткой, к тому же еще и наркошей? Женоненавистник. Он практически не заботится о благополучии пациенток и не хочет, чтобы они перестали быть больными. Он делает их зависимыми от наркотиков и использует их зависимость в своих интересах! ».

Он одной рукой управлял головой Бекки, намотав ее хвост на кулак и погружая свой член все глубже в ее глотку, так что та как будто задыхалась слюнями и его жидкостями. Эрик приказал:

— О да-а. Быстро скидывай штаны, потаскуха.

Когда Бекка повиновалась, он резко привлек ее к себе и посадил на свой член сверху в позу наездницы, так что девушка чуть не издала крик, но Эрик вовремя зажал ее рот ладонью. Не разрывая зрительного контакта и почти не моргая, он начал яростно двигаться под ней, поддерживая девушку, пока Бекка не стала издавать умоляющие стоны в его ладонь. Она почти кончила, но Эрик вдруг резко остановился:

— Давай, ленивая тощая задница, двигайся. Почему я должен выполнять твою работу?

И Бекка, которую Мэдисон видела со спины, уперлась руками в его грудь и начала неистово скакать на члене, умоляюще скуля и извиваясь словно сумасшедшая, какой она, по сути, и являлась. Не подозревая, насколько жалкой она выглядит со стороны.

«Нет, это я жалкая, потому что не могу перестать смотреть. Надо себя заставить отвернуться… Кому надо? Они все равно меня не увидят».

Мэдисон стало так мерзко на душе оттого, что она не могла пошевелиться и не могла отвести взгляд. И хотя сегодня она была только в роли невольного свидетеля, тугая спираль возбуждения стала закручиваться внизу живота, требуя разрядки. Должно быть, из-за восторженных криков Бекки, приглушенных поцелуем.

Мэдисон стало тяжело дышать, и она закрыла рот рукой, чтобы эти двое не услышали ее вздохов.

— Давай скажи это, грязное животное.

— О боже да! Эрик да! Ты восхитителен! Ты лучший мужчина в моей жизни! Твой член сводит меня с ума!

Линдхольм изменился в лице. Он начал смотреть на свою наездницу снизу вверх другими глазами. Восхищенными. Одним движением подвернул низ ее футболки, чтобы видеть подскакивающие груди немалого размера, а потом резко перевел взгляд прямо на Мэдисон.

«Нет, он не мог меня увидеть! Мне показалось».

Бекка не могла остановиться и как заводная кукла скакала вверх-вниз, издавая бесстыдно хлюпающие звуки. Эрик долго смотрел в ту сторону, где скрывалась Мэдисон, после чего стал шлепать Бекку по заднице, хлопки становились все сильнее и яростнее, оставляя жгучие красные отметины на ее коже.

Линдхольм начал громко стонать в унисон с девушкой. Они кончили одновременно, он схватил Бекку за бедра и максимально прижал ее к себе. Бедняжка поздно пришла в себя.

— Нет, Эрик только не внутрь!

Он запрокинул голову и тяжело вздохнул, глядя в звездное небо за стеклянным потолком. Затем нагло ухмыльнулся и бросил пакетик с порошком на пол.

— Бери и убирайся отсюда.

Бекка пристыженно слезла с него, быстро оделась и на трясущихся ногах, покачиваясь, доковыляла до выхода из оранжереи.

Мэдди тоже поползла в сторону выхода, скрываясь за чередой огромных вазонов с раскидистыми тропическими растениями. Как вдруг длинная рука появилась из темноты и схватила ее за воротник фиолетовой олимпийки.

— Так, так, так. Что-то новенькое. У нас тут появилась вуайеристка. Я не мог не заметить твои блестящие глаза. Как долго ты наблюдала? Тебе понравилось увиденное, да? Наверное, представляла себя на ее месте. Хотела бы оказаться на ее месте? Не отвечай, я знаю, что ответ будет положительным, вы же все одинаковые. И я знаю, кого ты будешь представлять сегодня перед сном.

Мэдди одарила его только презрительным молчанием и обжигающим взглядом исподлобья. Застегивая пуговицы на рубашке, Эрик произнес:

— Молчание — знак согласия, да? Давай так договоримся: ты не рассказываешь об увиденном, я не рассказываю про твою попытку бегства.

— Не было никакой попытки бегства!

— Это не так уж важно.

Санитар без церемоний схватил девушку чуть выше локтя и потащил ее к лестнице, чтобы потом грубо запихнуть в палату и закрыть на всю ночь в этом пространстве, которое являлось страшным сном клаустрафоба. Радовало, что здесь хотя бы было небольшое окошко меж двух кроватей. Мэдди устроилась на одну из них, затем услышала звон ключей за дверью и насмешливое:

— Сладких снов...

В круглый зал с желтыми обоями вошла психолог с бейджиком на пиджаке. Оказалось, что ее зовут Хелен, фамилия не указана. Седеющая блондинка в консервативном пиджаке и черном платье с ниткой жемчуга на шее. Да, она из того типа женщин, которые немного перебарщивают с духами.

— Клаудия отчуждена от вашего общества на неопределенный срок. Я вижу немой вопрос в ваших глазах. Не спрашивайте.

Хелен говорила спокойно, уверенно, со здоровой долей энтузиазма — в отличие от большинства своих коллег, она полностью верила в то, что говорила. Верила, что пустая болтовня сможет вылечить изуродованные души.

— Ну что ж, — она откашлялась. — Если вы все готовы, мы начнем еженедельную сессию групповой терапии. Мэдди, ты молчала в прошлый раз. Теперь готова поделиться своей историей? Всем в этой комнате интересно узнать, кто ты и откуда.

Слева послышался заливистый смех. Мэдисон постаралась абстрагироваться. Она погрузилась вглубь кресла, сложив руки на груди, закатила глаза с такой силой, будто хотела заглянуть внутрь своего черепа.