Чтение онлайн

Мы никогда не сможем до конца понять, что такое мир: чем дальше идет воин по своей дороге «в Икстлан», тем шире и непостижимее он становится; но и те возможности, которые он открывает перед растущим сознанием, становятся тоже почти неограниченными. «Путь с сердцем, — объяснял Кастанеда Кейту Томпсону, — не есть дорога непрерывного самоанализа или мистического полета, это путь привлечения радостей и печалей мира. Этот мир, где каждый из нас связан на молекулярном уровне с любым другим удивительным и динамическим проявлением существования, — этот мир является охотничьим угодьем воина» [11] . Это очень примечательные слова. По существу, оказывается, что нет никакого «мира идей» в платоновском смысле слова, нет гностической Плеромы; да и Бога-Творца в принципе тоже нет. Не существует ничего вне этого мира. Этот мир, в котором мы живем и страдаем, познаем и радуемся, мир наших близких, дальних и врагов — он самодостаточен, он живой и сознательный, пугающий и непостижимый. А если мы даже на миг сходим с «полосы» человеческого восприятия в сторону, перед нами раскрывается невообразимая бездна иных пластов реальности. Кастанеда не рассуждает на космологические темы, но из контекста вполне очевидно, что мир им понимается как вечный и бесконечный. Здесь материя сама способна воспроизводиться и развиваться, и даже появление в более поздних книгах фигур, олицетворяющих высокие пороги бытия, скажем Орла, почти ничего не меняет в исходных установках автора. Мир у него не перестает быть материальным и насыщенным живой динамической энергетикой. Однако в этом мире материя плавно переходит в осознание, и наоборот. Можно сказать, что это недуальный мир, столь чтимый восточными мистиками, и особенно близка эта модель миру даосов — вечному миру, пронизанному потоками «силы» — ци, в котором нет жестких границ между добром и злом, прекрасным и безобразным, сном и бодрствованием, жизнью и смертью; в этом «даосском» мире дух и материя соотносятся, как вода и пар: дух есть лишь истонченное вещество, а вещество — сконденсированный дух.

...Судьба книг Кастанеды в России похожа на судьбу других произведений такого же толка. Циркулируя с 70-х гг. в самиздатовских переводах, они с начала 90-х резко вышли на поверхность и мгновенно завоевали бешеный успех. Страна только что избавилась от идеологического диктата «классиков» и с жадностью ловила любое слово, повествующее о «путешествии в страну духа». «Слово» же Карлоса Кастанеды предлагало довольно стройный комплекс знания, внутренне логичный порядок объяснения мира и его преобразования в рамках индивидуального сознания. Вслед за появлением книг Кастанеды возникло множество групп его последователей, которые, пресытившись диктатом цивилизации, где-нибудь на лоне природы пытались отыскивать «места силы», заниматься «перепросмотром» и практиками тэнсёгрити. Ныне в любом нью-эйджевском магазинчике вы встретите объявления, приглашающие за определенную сумму посетить соответствующие семинары, на которых можно прибавить в «личной силе» или стереть некоторые неприятные черты «личной истории». Несмотря на то что сейчас центр «хуанизма» сместился на Украину, где с 1993 г . стараниями издательства «София» были опубликованы все. сочинения из «мира Кастанеды» и куда регулярно приезжают зарубежные авторитеты «силы», Россия продолжает оставаться влиятельным и развивающимся оплотом той картины мира, которая была описана в интересных и загадочных произведениях Карлоса Кастанеды.

Е. Торчинов, С. Пахомов

Я изучал антропологию в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе и летом 1960 года совершил несколько поездок по юго-западу Соединенных Штатов, чтобы собрать сведения о целебных травах, используемых местными индейцами. Начало событий, которые я здесь описываю, связано с одной из поездок.

Ожидая автобус в пограничном городке, я беседовал с приятелем — моим проводником и помощником. Вдруг он наклонился ко мне и прошептал, что седовласый старик индеец, сидящий у окна, — большой знаток растений, особенно пейотля. Я тут же захотел с ним познакомиться.

Приятель издали приветствовал старика, подошел к нему и пожал руку. Они о чем-то заговорили, потом приятель жестом подозвал меня и тут же ушел, нимало не позаботившись о том, чтобы нас познакомить. Старика, впрочем, это ничуть не смутило. Я назвал свое имя, он сказал в ответ, что его зовут Хуаном и что он к моим услугам. По моему почину мы обменялись рукопожатием и на какое-то время замолчали. Молчание это было спокойное и естественное, без малейшей принужденности.

Смуглое лицо и шея дона Хуана были изрыты морщинами, что выдавало его преклонный возраст, но тело казалось на удивление стройным и подвижным. Я объяснил, что интересуюсь целебными травами, и, почти ничего не зная о пейотле, изобразил из себя крупного специалиста, дав понять, что пообщаться со мной ему будет полезно. Когда я кончил свою болтовню, дон Хуан медленно кивнул головой и посмотрел на меня, но ничего не ответил. Я отвел глаза в сторону; воцарилась гробовая тишина. Так прошло несколько минут. Наконец дон Хуан поднялся и выглянул в окно — подъехал его автобус. Он простился и вышел.

Я злился на себя за то, что молол всякую чепуху, в то время как его удивительные глаза, казалось, видели меня насквозь.

Вернулся приятель и попытался как-то утешить меня. Он объяснил, что старик обычно молчалив и необщителен; но избавиться от досады, вызванной этой встречей, было не так-то просто.

Я постарался разузнать, где живет дон Хуан, и впоследствии несколько раз посетил его, всякий раз безуспешно стараясь навести разговор на пейотль. В конце концов мы подружились, из-за чего мои научные исследования были заброшены или, вернее, приняли направление, очень далекое от первоначального.

Приятель, познакомивший меня с доном Хуаном, рассказал, что старик — индеец племени яки и родом он не из Аризоны, где мы встретились, а из мексиканского штата Сонора.

Сначала я видел в доне Хуане лишь полезного мне человека, который много знал о пейотле и отлично говорил по-испански. Но люди, среди которых он жил, считали, что дон Хуан обладает неким «тайным знанием», что он — «брухо». Испанское слово брухо переводится как «знахарь», «ведун», «колдун»

и означает человека, которому подвластны сверхъестественные, чаще всего злые, силы.

Только через год после нашего знакомства дон Хуан приоткрыл мне дверь к своим тайнам. Он сказал, что обладает особым знанием, которое перешло к нему от его учителя, от «благодетеля», как он его называл. В свою очередь дон Хуан избрал своим учеником меня, предупредив, что учение будет долгим, нелегким и опасным.

В разговоре о своем учителе дон Хуан упомянул слово дьяблеро. Позже я узнал, что этим словом соноранские индейцы обозначают злого человека, который владеет черной магией и умеет превращаться в птицу, собаку, койота и других животных.

В одну из поездок в Сонору я стал свидетелем забавного случая, который кое-что прояснял в отношениях местных жителей к дьяблеро. Я ехал ночью в машине с двумя знакомыми индейцами, как вдруг мы увидели на дороге зверя, похожего на собаку. Один из моих попутчиков сказал, что это не собака, а огромный койот. Я притормозил и свернул к обочине, чтобы лучше его рассмотреть. Несколько секунд зверь стоял в свете фар неподвижно. Затем бросился в кустарник и исчез. Это и впрямь был койот, но величиной раза в два больше обыкновенного! Разволновавшиеся индейцы заявили мне, что это — не обычный зверь, а один из них сказал, что это наверняка дьяблеро.

Я решил воспользоваться удобным случаем и расспросить местных индейцев об их вере в дьяблеро. Встречаясь с разными людьми, я пересказывал им случившееся и задавал вопросы. Приведу три достаточно характерных разговора.

— Чой, по-твоему, это был койот? — спросил я молодого человека после того, как рассказал ему историю.

— Вряд ли. Скорее собака. Для койота слишком велик.

— А может быть, дьяблеро?

— Ерунда! Никаких дьяблеро нет.

— Почему ты так думаешь?

— Потому, что все это выдумки! Спорю, что, поймай ты его, это оказалась бы собака. Однажды я собрался в соседний город, поднялся затемно, оседлал лошадь. Когда выезжал, увидел на дороге какую-то тень, вроде большого зверя. Лошадь испугалась, встала на дыбы и сбросила меня на землю. Да я и сам напугался. А оказалось, что это женщина, которая тоже шла в город.

— Выходит, Чой, ты не веришь в дьяблеро?

— В дьяблеро? А что это такое?

— Я сам не знаю. Мануэль ехал со мной и сказал, что этот койот — наверняка дьяблеро. Может, ты знаешь, что это такое?

— Люди говорят: дьяблеро — это брухо, который превращается в кого захочет. Только враки все это! Старики любят поболтать о дьяблеро, но среди молодежи о них не услышишь.

— Как ты думаешь, донья Лусиа, что это был за зверь? — спросил я пожилую женщину.

— Одному Богу известно, но сдается мне, что не койот. С виду койот, а на самом деле нет. Что он делал: бежал или ел?