Чтение онлайн

Между тем святой Григорий сидел на своем месте, упражняясь в богодухновенной беседе. Вдруг был введен Александр в одежде светлой, лицом благообразный. Увидев его, все изумились; святой Григорий начал предлагать ему вопросы из Священного Писания, на которые Александр отвечал благоразумно, удовлетворительно. Тогда все познали заблуждение свое о столь мудром муже и устыдились тех насмешек и оскорблений, которые только перед этим ему сделали; тогда-то увидели они исполнение словес Господних: Яко человек зрит на лице, Бог же зрит на сердце (1 Цар. 16, 7). Наконец, все, сколько ни было граждан на соборе, с единодушием и радостью избрали угольника Александра своим пастырем и учителем. И не обманулись они! Ибо этот святитель был богобоязлив, благотворителен, кроток, великодушен, в трудах неутомим; а когда говорил поучение к народу, течаше, аки река, от у стен его благодать Духа Святого, всех сердца в умиление приводящая.

Некоторый Египетский князь, удивляясь пустынному безмолвию преподобного Пимена 62, просил у него позволения посетить его. Старец опечалился и сказал сам себе: «Если вельможи начнут посещать меня, то и весь народ будет ходить ко мне. А это нарушит пустынную жизнь и, может быть, ввергнет меня в сеть гордыни». Размыслив таким образом, святой

Пимен отвечал решительно: «Умоляю князя, чтобы не приходил ко мне; ибо скорее изгонит меня от пределов своих, нежели увидит».

Князь опечалился и сказал: «Видно, грехи мои причина, что Бог не сподобил меня видеть человека Божия». Но, желая каким бы то ни было образом получить столь великое счастие, он взял под стражу и посадил в темницу сына сестры его в надежде, что святой Пимен будет ходатайствовать о юноше. «Если угодник Божий придет ко мне, – сказал он, – то молодого человека освобожу; если же нет, предам его казни». Несчастная мать, услышав этот отзыв, без памяти побежала к брату своему и с рыданием объявила ему о бедственной участи своего сына и об условии, с которым князь освобождает его от смерти; но праведник даже не отверз ей дверей, не дал никакого ответа. Наконец, растерзанная горестию мать начала поносить и укорять его. «Немилосердный, злонравный человек! – вопияла она. – Ужели не трогает тебя слезное рыдание единоутробной сестры? Ужели не трогает тебя неминуемая смерть племянника?» На все укоризны старец чрез ученика своего сказал ей только это: «Пимен чад не имеет и потому не болезнует». С горьким ответом сестра возвратилась, рыдая и проклиная брата своего.

Наконец, князь сказал: «По крайней мере, пусть хоть напишет ко мне что-нибудь».

И старец написал к нему следующее: «Да повелит власть твоя лучше рассмотреть преступление юноши; и если оно достойно смерти, пусть умрет он, чтобы чрез казнь временную избег вечных мук; если же преступление ниже смерти, то, наказав его по закону, отпусти».

Князь, прочитав письмо, удивился великодушию и разуму богобоязливого и правосудного пустынника. Не получив счастия видеть его, он радовался тому, что, по крайней мере, получил письмо от руки его, и отпустил юношу.

Лжечувствительные люди нынешнего света почтут, может быть, преподобного Пимена жестокосердым. Но какая нужда до их суждений – они суетны! Праведник сказал, что преступление, достойное смерти, должно наказать смертью, чтоб преступник избег чрез то вечной смерти; а преступление, не стоящее смерти, также должно наказать по закону для исправления преступника и в пример другим. Решившись на просьбу, он поступил бы против правосудия.

В Египте был некий старец, совершенный пустынножитель, которого весь народ почитал совершенным в вере и благочестии. Все называли его своим богомольцем; все приходили к нему просить благословения. Когда слава об этом иноке более и более распространялась и из разных стран привлекала к нему посетителей, в то самое время пришел в Египет преподобный Пимен и там основал для себя пустынную обитель. Вдруг большая часть людей обратились к нему, и келья святого Пимена всегда наполнена была народом. Старец разгневался на пришельца, начал завидовать и все поступки его толковать в худую сторону. Святой Пимен вскоре узнал это. «Братия мои! – сказал он ученикам своим. – Что делать нам с этими легкомысленными и досадными людьми, которые, оставив столь святого мужа, приходят к нам, ничего не значащим? Чем уврачуем гнев великого отца? Пойдем, будем умолять его; может быть, умилостивим».

Что сказал, то и сделал человек Божий. Они пришли к удрученному горестью старцу и постучались в двери его. «Кто там?» – спросил ученик пустынника. «Скажи отцу твоему, – отвечал угодник Божий, – что Пимен пришел с братией принять от него благословение». Услышав столь несносное имя, старец воспылал гневом. «Скажите Пимену, – с досадой воскликнул он, – что у меня нет времени видеть его с братией». – «Не отойдем отсюда, – отвечали на это в один голос Пимен и братия, – не отойдем от кельи, пока не сподобимся принять благословение у святого мужа…» Палимые зноем, остались они у дверей кельи.

Наконец, старец, видя смирение и терпение пришельцев, умилился, отверз им двери, принял с лобзанием братним и беседовал с любовью. «Поистине, не только справедливо все то, – сказал пустынник своим посетителям, – что я до этого времени слышал о вас, но я вижу в вас добрых дел стократ более…» И с того времени этот старец был другом и собеседником преподобного Пимена.

Христиане! Если приметите, что на вас кто-нибудь гневается, всемерно старайтесь угождать ему и все ваши поступки устройте так, будто ничего не знаете о его к вам недоброжелательстве; тогда враг, без всякого напоминания с вашей стороны, узнает свою несправедливость и полюбит вас. Если же за вражду будете воздавать ему также враждой, то этот недоброжелатель вскоре сделается вашим врагом.

Некоторый инок, слыша о добродетелях преподобного Пимена, пришел к нему из дальних стран, чтобы воспользоваться поучением его. Праведник принял его ласково, и началась духовная беседа. Посетитель начал рассуждать от Божественного Писания о вещах таинственных, о служении на Небе Ангелов. Он говорил много и долго, а святой Пимен, потупив взор свой, молчал и не дал ему ни одного ответа. Таким образом, пришелец распростился с ним и, выйдя из кельи, сказал ученику святого Пимена: «Ах! Я напрасно прошел столь дальний и трудный путь: я хотел чему-нибудь научиться и не услышал ни одного слова». Ученик объявил об этом преподобному Пимену. «Он говорил о таких вещах, которые превышают разум человека, – сказал праведник. – Чему тут могу я научить? Если бы он начал рассуждать о слабостях человеческих, я бы с удовольствием отвечал ему». Ученик опять вышел из кельи и все пересказал пришельцу.

Тогда-то высокоумствующий инок узнал ошибку свою. Он вторично вошел к старцу и спросил у него: «Отче! Что должен делать я? Страсти всего меня взяли в плен свой!» Святой Пимен взглянул на него веселым взором. «Теперь за добрым и полезным делом пришел ты, любезный о Христе брат, – сказал он, – теперь отверзу уста мои». Опять началась духовная беседа и продолжалась до вечера.

Старец, воспользовавшись мудрым поучением Пимена, был вне себя от радости и возвратился в пустыню свою, благодаря Бога, что Он удостоил его увидеть столь великого нравоучителя.

На что и нам рассуждать о вещах таинственных, превышающих разум человека? Не испытуй, но веруй (Мк. 5,36), – сказал Сам Господь. Итак, в дружеских беседах будем лучше рассуждать о добродетелях, которых наиболее требует звание наше.

Не обнаруживай чужие грехи.

Не вдруг верь,

когда слышишь о ком худое

Старец. Отче! Я смущаюсь и хочу уйти отсюда.