Чтение онлайн

В третьем часу ночи вдруг восшумели воды и устремились на храм… Святой Архипп пал на колена и воскликнул: «Воздвигоша реки, Господи, воздвигоша реки гласи своя: возмут реки сотрения своя от гласов вод многих. Дивны высоты морския: дивен в высоких Господь. Дому Твоему подобает святыня, Господи, в долготу дний (Пс. 92, 3–6)». В это мгновение праведник услышал глас, повелевавший ему выити из храма; он повиновался и узрел Архистратига в образе человеческом, но во славе Небесной. Старец пал от страха на землю. «Восстань – и узришь силу Божию в водах этих», – сказал Михаил. Мгновенно святой муж увидел столп огненный от земли до неба. Как скоро воды приблизились к храму, Архистратиг оградил их крестным знамением – и воды, вознесшись на высоту, остановились. Михаил обратился к камню, лежавшему близ алтаря, и ударил крестообразно жезлом своим. Вдруг загрохотал гром, земля потряслась, камень расселся, и открылась бездна. «Войдите в тесноту эту», – воскликнул Архистратиг, и воды с шумом устремились в расщелину камня. Эллины, смотря на чудо, окаменели от ужаса, а воевода бесплотных Сил вознесся на Небо.

Христиане, радуясь победе над врагами веры, установили праздновать этот день. Место, где совершилось чудо, нарекли Хони, то есть погружение; ибо воды погрязли в камень, а реки Ликопалер и Куфос с того времени имеют свое течение в эту расщелину.

Некогда на острове Кипре было столь долговременное бездождие, что все травы и плоды иссохли, и всей стране угрожал ужасный голод. Епископ собрал народ и принес торжественное моление Господу Богу, чтобы Он даровал благорастворение воздуху. Посреди самого пения он услышал глас Небесный: «Иди к таким-то вратам града и кого прежде всех увидишь входящего, того и проси, чтоб помолился. Он будет услышан на Небеси».

Епископ после утреннего славословия вышел с причтом церковным и сел у врат градских. Вдруг входит какой-то старец, родом эфиоп, неся на плечах бремя дров, чтобы продать их в городе. Епископ, восстав с места, удержал его. Старец, сложив с себя ношу и поклонившись до земли святителю, просил у него благословения, но епископ сам поклонился ему и сказал: «Старче! Прошу тебя именем Божиим, помолись Господу, чтобы даровал милость людям Своим и оросил дождем лицо земли». Удивленный дровосек не знал, что отвечать епископу; но, слыша то же от всего причта, сказал: «Я грешник, как молиться мне за людей?» Но святитель настаивал, и, лишь только старец, принуждаемый к тому именем Господним, преклонил колена и воздел руки к небу, вдруг стали находить облака, и зашумел дождь.

По окончании молитвы епископ сказал старцу: «Ради любви к ближним и для общей пользы, скажи нам, как препровождаешь жизнь свою, чтобы и мы, взяв тебя в пример, могли жить так же». – «Прости меня, Господи! – отвечал смиренный старец. – Я грешный человек; родился на то, чтобы жить в суетах: каждый день выхожу ночью из города и, нарубив ношу дров, продаю – этим только трудом снискиваю себе насущный хлеб. Не имею сродников, не имею дома и сплю у церкви. Когда случится холод или дождь, день или два не ем. Время, оставшееся от трудов моих, препровождаю в молитвах».

Епископ и весь причт церковный, получив пользу для души своей, прославили Бога. «Ты доказал на себе истину Писания, – сказали они старцу, – которое говорит: Аз пришелец есм на земли». Потом епископ взял его к себе и, дав спокойную келью, содержал, пока не отошел он в жизнь вечную.

Этот старец да послужит для нас уроком, чтобы не судить о добродетелях человека по его положению или наружности.

Когда греческому императору Феодосию Второму исполнилось двадцать лет, то святая Пульхерия как старшая сестра и соправительница почла нужным избрать ему супругу, достойную царского сана. Но так как богатство и знатность рода не считала она достоинствами, то и не могла долгое время через супружество составить счастья царю, своему брату.

Наконец непредвиденный случай удовлетворил желание сердца ее. В Царьград приехала девица, по имени Афинаида, дочь афинского философа Леонтия, прекрасная, разумная и кроткая. Причина ее приезда в столицу была довольно примечательна: отец Афинаиды, умирая, разделил все наследство сыновьям, ничего не отказав своей дочери, кроме нескольких златниц; и, когда родственники спрашивали его, зачем без всего оставляет дочь свою, он сказал только: «Довольно для нее красоты и разума» – и с этим словом скончался. Афинаидины братья были столь жестокосерды, что ни в чем не хотели нарушить духовную отца своего. Растерзанная горестью, девица уважала память родителя, но не могла простить столь непонятного равнодушия братьям; она решилась искать правосудия у престола и принесла жалобу святой Пульхерии. Царевна, увидев красоту Афинаиды, ее разум и невинность сердца, вознамерилась эту сирую девицу, лишенную части в своем достоянии, сделать участницей трона, и поскольку Афинаида была язычница, то она просветила ее крещением, сама была матерью при купели и вскоре сочетала с царем, своим братом.

Как заблуждаются люди в важнейшем случае жизни – при выборе супруги! Один ищет богатств, другой – красоты, третий – благородства. Но сколь редкие имеют в виду разум и сердце! Возьмем в пример святую Пульхерию и не будем суетны в выборе подруги, которая должна решить счастье или несчастье наше на всю жизнь!

Феодосий Второй был царь благочестивый, добродушный и кроткий, но довольно нерадивый. Он имел дурное обыкновение подписывать дела не читая и даже иногда не спрашивая, какого содержания подносимый ему доклад. От этого происходило, что близкие к царю вельможи делали все, что хотели: грабеж в казне государственной, возвышение недостойных, страдание невинных, ссылки, казни – все это было делом обыкновенным. Злодейства наносили вред государству и стыд государю; но Феодосий ни о чем не думал.

Святая Пульхерия сокрушалась сердцем, видя, что царь, ее брат и воспитанник, предан столь глубокому сну. Не однажды покушалась она напомнить ему о долге самодержца, но советы не вдруг могут иметь свое действие. Пульхерия вознамерилась вразумить его самим опытом, сколь пагубна беспечность и доверчивость царская, и поднесла ему бумагу, в которой всеподданнейше просила, чтобы супругу свою Евдокию он отдал ей в рабство. Царь, не спросив о содержании доклада, подписывает его и возвращает сестре своей.

После этого она приглашает к себе Евдокию, принимает как сестру и царицу и, занимаясь разговорами о разных предметах, удерживает у себя весь день. Вечером за Евдокией приходят и зовут ее к царю; Пульхерия не отпустила ее. Приходят в другой раз – Пульхерия с улыбкой сказала: «Царь не имеет права над своей супругой, ибо отдал ее мне в услужение и это подписал своею царской рукой». Отозвавшись таким образом, она сама идет к Феодосию и, показывая ему грамоту за его подписанием, с кротостью выговаривает: «Видишь ли теперь, сколь пагубно не читая подписывать доклады, которые подносят тебе? Я не хочу думать, чтобы так поступал ты от беспечности и нерадения. Нет; ты столь равнодушен, что и других почитаешь неспособными обманывать тебя и делать зло. Как бы то ни было, опомнись, государь, и будь осторожнее… Ты – отец отечества!»

Феодосий, будучи поражен столь чувствительным примером своей беспечности, устыдился и с того времени начал рассматривать все, что предлагали ему.

По разорению Иерусалима римляне распространились по всему царству Иудейскому; так как они были язычники, то, естественно, должны были умножаться в Иерусалиме капища идольские. Более прочих императоров римских занимался устройством капищ Елий Адриан. Презирая иудеев и ненавидя христиан, он решился изгладить из памяти человеческой все места, которые те и другие почитали святыми. Иерусалим во имя его был назван Елией; в Вифлееме, где родился Спаситель мира, поставлен кумир Адониса; а на Голгофе, которую оросила кровь Сына Божия, сооружен языческий храм в честь богини Венеры. Это оскорбление святым местам продолжалось до Константина Великого, который, стараясь распространить и утвердить веру Евангельскую, принял святое намерение очистить от идолопоклонства страну богошественную. Мать его, равноапостольная Елена, сама прибыла в отечество пророков, разорила капища и столько была обрадована Небом, что обрела

Крест и Гроб Господень. На этом-то месте она воздвигла храм Воскресения Господня, который освящен был, уже после ее смерти, Великим Константином.

Этот праздник назван Обновлением храма Воскресения Господня. Потому, что на том месте был мысленный храм, который Иисус Христос, по словам Евангелия, создал в три дня и который, будучи осквернен жертвами идольскими, в это время обновлен Константином и Еленой.

Да обновляется сердце наше, яко нерукотворный храм Бога живого, столь часто оскверняемый грехами! Да обновляется, отлагая ветхого человека и облекаясь в нового!