Чтение онлайн

Джонатан близко наклоняется к Сэм. Его рука лежит у нее на спине. Это совершенно новый уровень отношений между ними.

— Мы должны пойти куда-нибудь сегодня вечером, — мягко говорит он.

Они повернуты ко мне спиной.

— Хочешь сходить на викторину в пабе «Ворчливая сова»? — спрашивает она.

— Да. Звучит круто. — Его рука гладит ее по спине, касаясь кончиков волос

Джонатан поворачивается, и видит меня, его глаза расширяются, и на лице появляется выражение «вот дерьмо». Я одариваю его улыбкой.

— Я определенно думаю, что вы, ребята, должны пройти викторину от и до. Кроме того, в «Ворчливой сове» отличная живая музыка.

Сэм морщится.

— У нас неприятности?

— Попал, чувак. Мне очень жаль, — вмешивается Джонатан.

— Почему вы, ребята, извиняетесь? Похоже, вы весело проводите время. Хотя, по общему признанию, я надеялся, что ты используешь подарочные сертификаты на фильм, — говорю я.

Сэм застенчиво улыбается.

— В эти выходные.

Джонатан бросает на меня виноватый взгляд.

— Вероятно, есть правило, запрещающее это. Никаких отношений. Мы пытались сохранить это в тайне.

Я хлопаю его по плечу.

— Все хорошо. Здесь нет никаких правил. Наш офис слишком мал для этого. И, кроме того, кто мог бы устанавливать такие правила? Я просто рад, что у вас, ребята, все хорошо.

Я направляюсь в свой кабинет, посмеиваясь, и Слоун заскакивает на минутку, щелкая дверью.

— Что-то витает в воздухе твоего офиса? Я несла тебе несколько бланков на подпись и случайно услышала.

— Очевидно, что в офисе витает пыль флирта.

— Либо в воздухе, либо в воде. — Она постукивает себя по подбородку. — Может, мне стоит выпить еще бокал.

— Пока ты этим занимаешься, я возьму двойную порцию, — шучу я.

Она молчит некоторое время, а затем кривит губы.

— Ты хочешь пойти куда-нибудь сегодня вечером?

— К «Ворчливой Сове»? Мне нравятся Джонатан и Сэм, но я не готов на двойное свидание со своими сотрудниками.

Она качает головой.

— Куда-нибудь в другое место. Что-то еще. Перед главным событием.

— Ах, интересно-интересно, но я запланировал сегодняшнюю экскурсию по О-Вилле, — говорю я, постукивая себя по подбородку, повторяя ее жест.

Слоун благодарно улыбается.

— Почему бы тебе не поработать над экскурсиями по Саммит-Тауну, а я спланирую для нас кое-что до этого? Я подумала, как соблазнительно было поужинать и послушать Фрэнка вместе прошлой ночью, прежде чем ты начал свою работу «Помощником оргазма».

Я откидываюсь на спинку стула, закидываю руки за голову и кладу ноги на стол. Для пущего эффекта, конечно.

— Все это было частью моей роли, Слоун. Но, во что бы то ни стало, не стесняйся быть моим помощником сегодня вечером.

Ее глаза мерцают.

— Я планирую это сделать.

Слоун разворачивается на каблуках и уходит.

Может быть, здесь что-то витает в воздухе.

Это заставляет меня задуматься. Задаваться вопросом, как получить то, чего мне не следует.

По мере того, как я провожу день, леча пациентов, я начинаю представлять себе альтернативную вселенную.

Ту, в которой мы не просто едем на Таити на неделю.

Дело в том, что я умираю от желания узнать, что Слоун запланировала на сегодняшний вечер, но ей не нужно меня соблазнять. Она уже это сделала.

Это кажется хорошей идеей, но это тоже чертовски большая проблема.

Слоун ждет меня у фонтана Линкольн-центра, примостившись на каменном бортике, вода изгибается за ее спиной в лунной хореографии.

Ее нога раскачивается взад-вперед, красная туфля на высоком каблуке притягивает меня, как маяк. Мои глаза упиваются видом ее светлых волос, каскадом ниспадающих на обнаженные плечи, светло-голубое платье одновременно намекает и скрывает пышное тело. Слоун никогда не была броской в своей одежде — она всегда показывает ровно столько, чтобы зажечь мое воображение.

Когда я подхожу к ней, ее глаза блуждают вверх и вниз по моему телу, оказывая мне то же самое лечение, что и я ей: всесторонний осмотр. Хорошо, что я одет так, как ей нравится больше всего — сшитые на заказ брюки, парадная рубашка и галстук.

Также помогает то, что я привык следовать инструкциям, Слоун написала мне сообщение и рассказала о наряде.

Когда я подхожу к ней, она в последний раз осматривает меня, а затем тихо, одобрительно присвистывает. Встав, тянется к моему галстуку и притягивает меня к себе.

— Ты выглядишь чертовски сексуально, — говорит она, и прежде, чем я успеваю пробормотать «спасибо», она заявляет на меня права.

Она крепко целует меня. Собственнически. Вычеркивая всех посетителей Линкольн-центра. Черт, она стирает весь остальной город, когда поглощает мои губы и раскаляет мое тело добела.

Я обнимаю ее лицо и целую в ответ с такой же яростью. Когда мы расходимся, Слоун пошатывается, и я поддерживаю ее, беря за локоть.

— Почему-то, я действительно верю, что сегодня вечером мы едем на экспрессе в Саммит-Таун, — бормочет она.

Смеясь, я обнимаю ее за плечи и показываю на здания, в которых размещается искусство.

— А я буду твоим проводником. Но сначала, помоги мне.

Она прислоняется своим плечом к моему, улыбаясь.

— Место, которое я имела в виду, находится примерно в пятнадцати кварталах отсюда. В Амстердаме. Я просто хотела встретиться здесь, потому что мне нравятся эти фонтаны.

Я бросаю взгляд на брызги воды, ярко танцующие позади нас.

— Они довольно романтичны.

Ее глаза расширяются, а в голосе слышится беспокойство.

— Это плохо?

Я хмурю брови.

— Нет. Нисколько. Почему это должно быть плохо?

Слоун теребит свою серьгу.

— Просто не хотела ни на что намекать.

Является ли идея романтики для нее анафемой? Она против отношений? Может быть, она так чертовски сосредоточена на работе и своем спасении, что даже не думает о романтике. Черт, может быть, я единственный, кто позволил своему разуму блуждать по этому пути.