Чтение онлайн

В следующий раз, в следующий раз, в следующий раз.

Все, чего я хочу, — это больше времени проводить со Слоун.

Она натягивает серую толстовку из моей альма-матер, и мы направляемся в закусочную за углом, где я замечаю своего приятеля Херба и его невесту Оливию.

Она машет мне из-за их стола, и он поднимает руку, чтобы поздороваться.

— Мы только что сделали заказ. Хотите присоединиться к нам? — спрашивает Оливия.

Слоун радостно пожимает плечами.

— Звучит заманчиво.

Она протягивает руку, и я быстро представляю их друг другу.

— Херб тоже ветеринар. Он король Верхнего Ист-Сайда.

Херб расправляет плечи.

— Это правда. Я придумал новую вывеску для своей практики, на которой написано именно это.

Оливия поворачивается к Слоун.

— Как продвигается твой приют? Я увидел видео, на котором Малоун поет кошке, и перешла по ссылке на твою страницу. Похоже, ты делаешь великие дела.

Слоун вспыхивает улыбкой.

— Мы такие. По крайней мере, я так думаю. За последние две недели мы приютили четырнадцать животных, и моя сеть приемных семей расширяется. Наличие надежного офисного помещения для управления имеет большое значение. Я снимала место в Бруклине, но арендная плата выросла, так что мне повезло, что у меня вообще есть место, и возможность легко управлять всем уходом за животными огромна. Что ж, спасибо Малоуну.

— И твоему отцу, — добавляю я.

Слоун хихикает.

— Да, но давайте будем честны. Ты делаешь большую часть работы.

— Верно…

Я признаю. Дуг еще немного рядом, но основная часть работы по-прежнему ложится на меня.

Оливия вскакивает, указывая на Слоун.

— Кстати, толстовка Малоуна тебе идет.

Я закатываю глаза, готовый защищать ее наряд.

Слоун дергает за серую ткань.

— Эта штука? Да. С таким же успехом можно было бы сказать «аллея позора».

Оливия поднимает руку, чтобы дать пять.

— Пользуйся этим, девочка.

Слоун улыбается.

— Это стоит того, чтобы пройти десять миль пешком, если придется.

Глаза Херба расширяются, и он дает мне пять.

— Это прямо-таки впечатляет.

Я прихорашиваюсь, чертовски рад, что мы сделали здесь пит-стоп.

Слоун сразу же включается в болтовню с моими друзьями.

Вот как это могло бы быть.

Это то, что я мог бы иметь.

Это то, чего я хочу.

Я пытаюсь избавиться от этих мыслей, когда мы уходим, но они остаются, преследуя меня, пока я сажаю Слоун в такси и говорю, что увижу ее в офисе позже.

Они следуют за мной, когда я направляюсь на работу, здороваясь с Джонатаном и Сэм, которые увлечены беседой.

— И послушай, если твоя мама доставит тебе неприятности, просто скажи ей, что ты чертовски хорошо знаешь, как украсить свою собственную квартиру, — говорит он ей.

— Ты прав. Вот что я собираюсь сказать.

Я внутренне улыбаюсь тому, как легко они заставляют это казаться. Они так легко дополняют друг друга, что это выглядит как прогулка по воздуху.

Войдя в свой кабинет, я беру фотографию своего отца.

— Что бы ты сделал?

Дело в том, что я думаю, что знаю. Я просто хотел бы, чтобы у меня было другое мнение.

Но я откладываю этот вопрос в сторону, приступая к работе над кастратами на этот день. У меня не может быть ничего на уме, кроме как стерилизация и кастрация.

Когда я заканчиваю, промокаю лоб рукавом, мою руки и делаю глубокий вдох.

Я должен позвонить по-настоящему. Увидится с ней сегодня вечером. Спросить совета.

Я направляюсь к своему кабинету, чтобы позвонить, когда, прощаясь с последним пациентом на сегодня, Дуг выходит из смотровой.

Он кивает в мою сторону.

— У тебя есть пара минут, поболтать?

Мое сердце падает, и чувство вины накатывает на меня горячей волной.

Он знает.

Он все выяснил.

И меня вот-вот поимеют.

Заметки Слоун Элизабет для себя обо ВСЕХ ЭТИХ ВЕЩАХ

Давай рассмотрим факты в том виде, в каком мы их знаем.

Папа хочет поговорить.

Папа конкретно сказал, что он хочет кое-что обсудить с тобой и Малоуном.

Ты спишь с Малоуном.

Даже не пытайся отрицать это формально. Ты переспала с ним, и ты намерена переспать с ним снова, и хотела бы спать с ним каждую ночь с этого момента и до вечности, потому что ты без ума от него.

Но есть такой маленький вопрос — как работать с ним в тесном контакте.

И потом, есть более важный вопрос — секс с деловым партнером твоего отца.

Твой отец либо вышвырнет свою спасительницу из своего офиса и скажет, что ты шлюха, либо скажет, что он не зол, просто разочарован.

Все это отстой.

Выше нос, девочка. Надень свои лучшие носки.

Дуг властно восседает в кресле, расположившись за своим столом. Его лицо бесстрастно. Мой желудок опускается до самых ног, которые стали холодными и тяжелыми, как бетон. Нет двух способов раскрутить это дело. Он мой деловой партнер, и я спал с его дочерью. Он мог бы выдернуть у меня из-под ног коврик, вышвырнуть меня на улицу и захлопнуть дверь.

Я люблю эту клинику. Я люблю клиентов, пациентов и сотрудников, и все же я думал своей маленькой головкой.

Я подтаскиваю свои бетонные ноги к стулу перед столом и сажусь. Секунду спустя входит Слоун.

— Привет, папа.

Ее голос звучит так, как будто она делает все возможное, чтобы оставаться сильной, не показывать, что сегодня она совершила позорную прогулку.

Скорее всего он знает, иначе зачем вызывал нас сюда?

— Закрой дверь, пожалуйста, — холодно говорит он.