Чтение онлайн

К счастью, она не взорвалась. Чекисты ответили ураганным огнем. Один из бандитов, по фамилии Хохлов, был тотчас убит, другого, по фамилии Иванов, схватили. А сам Кошельков уже в который раз вместе со своим дружком и «заместителем» Мартазиным выскочил на проезжую часть, остановил извозчика и скрылся за поворотом.

На 19 мая была намечена еще одна операция по поимке Кошелькова. Сотрудники МЧК, те самые, которые пытались его поймать в кофейне, обнаружили притон этой шайки, или, как тогда его называли, блатхату, который располагался в одной из квартир второго этажа дома по Конюшковскому переулку. Вообще было отмечено, что Кошельков снимал квартиры низкой этажности. Объяснялось это тем, что в случае нападения он старался уйти через окно. На этот раз чекисты окружили дом со всех сторон и приступили к операции. На стук дверь им открыли сразу, как будто ждали и догадывались, кто придет. И тут же завязалась перестрелка. Троих бандитов уложили на месте. Но, ворвавшись в квартиру, чекисты увидели только выбитую оконную раму. Неуловимый Кошельков, а вместе с ним его ближайший друг и соратник Мартазин выпрыгнули из окна и, отстреливаясь, опять сумели бежать. Попытки поймать их по горячим следам ни к чему не привели. Но в результате перестрелки банда Кошелькова понесла ощутимые потери: были убиты известные бандиты Илюша Седов, Костя Маленький и Егор Чибисов. Из чекистов был ранен только один сотрудник – Дворецкий.

Конечно, после этого прискорбного и неудачного случая с захватом Кошелькова и его банды в МУРе был проведен разбор операции, на котором откровенно признавалось, что молодым чекистам не хватает еще опыта и умения действовать в таких сложных ситуациях, с таким непредсказуемым и жестоким бандитом. Не учитываются все нюансы. А простой лобовой атакой Кошелькова схватить почти невозможно.

Не прошло и трех недель, как Кошельков с товарищами снова дал знать о себе: бандиты совершили вооруженный налет на контору Афинажного завода, расположенного на Донской улице, и унесли оттуда 3,5 фунта золота, 4 фунта платины. Навар был очень неплохой, поскольку в те годы драгоценные металлы являлись самой твердой и надежной валютой. Сыщики сразу смекнули, что этот налет был сделан неспроста – Кошельков собирался уходить за границу.

В этот же период в МУРе появилась информация о том, что Кошельков с шайкой из 11 человек готовит ограбление магазина на Кудринской площади. Было принято решение задержать всю банду на месте преступления. Заранее в магазин направили переодетых чекистов, те осмотрели все подступы к магазину, определили место каждого. К операции все было готово, переодетые чекисты заняли свои места. Но их постигла неудача – бандиты у магазина так и не появились. Очевидно, у Кошелькова в МУРе был свой информатор, иначе откуда он мог узнать о засаде? Но это отрицалось. Посчитали, что Кошельков уже накопил достаточный опыт, у него хорошая интуиция, они и помогали ему избежать поставленных ловушек. Считалось также, что это проявление особой хитрости ловкого и подозрительного главаря банды. Но, как показали дальнейшие события, дело было совсем в другом.

К этому периоду у чекистов накопилось достаточно информации о банде, о ее членах, стали известны и явочные адреса, некоторые воровские малины и блатхаты. Кроме того, начальник МУРа Трепалов решил действовать нелегально, засылал своих наиболее опытных агентов в банду, и те на свой страх и риск пытались наставлять на путь истинный колеблющихся ее членов, которые уже не верили в успех новых ограблений и налетов, таким образом расшатывая авторитет неуловимого Яньки.

И первым итогом такой деятельности явился тот отрадный факт, что от Кошелькова люди стали уходить. Доверия к нему было все меньше и меньше. Страх перед возможной грозной расплатой вселялся в души бандитов. Уже никто не говорил о 100 членах банды налетчиков, их насчитывалось около 15 человек. Одновременно уменьшилось и количество притонов, в которые банда свозила награбленное добро и где спокойно «оттягивалась». Но если члены банды все чаще стали попадаться в расставленные чекистами сети, то сам Кошельков по-прежнему ускользал. Почему? Тут возникала масса вопросов.

Итак, после ряда внутренних секретных расследований новому руководству МУРа стало совершенно очевидным, что в милицейских рядах скорее всего имеется чужак, некий информатор, который и предупреждает Кошелькова о готовящихся операциях. Вполне возможно, что Кошельков в свою очередь, не очень доверяя милицейскому информатору, доводил дело до крайности, подставлял под пули своих парней, а себе всегда оставлял лазейку и уходил целым и невредимым.

И вот за выявление предателя новый начальник МУРа Трепалов решил взяться лично. Нам неизвестно, какие предпринимал он меры, как проверял своих сотрудников, чтобы выявить предателя, ясно одно: очень скоро тот информатор был обнаружен. Его арестовали и допросили. А дальнейшее – это уже, собственно, следствие большой проделанной подготовительной работы.

В первой половине июня чекисты сумели задержать бандита Сергея Фёдорова, больше известного под кличкой Серёжка-маленький. Этот активный участник вооруженных налетов сразу признался в своей преступной деятельности, но указывать адреса, по которым мог скрываться Кошельков, не стал – он этого и не знал. Дело в том, что сам главарь банды был к тому времени настолько напуган и осторожен, что о своем местонахождении и планах не говорил никому, кроме особо преданных ему лиц. Серёжка-маленький таким лицом себя не считал, но назвал другого приближенного к Кошелькову бандита – Чемоданова по кличке Ванька Чемодан – и обещал помочь его разыскать.

Сведения, полученные от Фёдорова, были очень ценными. Кое-какие адреса он все же назвал. И вот уже на одной из дач в тогдашнем поселке Новогиреево МУРовцы устроили засаду на Чемоданова. И их ожидания увенчались успехом. Чемоданова схватили быстро, без выстрелов и доставили на Лубянку. Этот преступник сначала пытался отрицать принадлежность к банде Кошелькова. Затем вообще отказался отвечать на вопросы следователя. Тогда решили устроить ему очную ставку. Но и во время свидания с Фёдоровым Чемоданов разыграл сцену негодования и возмущения. Пришлось ему разъяснить, что его участь во многом зависит от поведения и чистосердечного признания. Если же он не будет помогать следствию, то его ждет суровое наказание. И вот под давлением неопровержимых улик, после многочасовых допросов Чемоданов сломался и стал давать показания.

Он рассказал о своих связях с Кошельковым, о предполагаемой встрече с ним и о том, что на этой встрече будет обсуждаться план нападения на артельщиков в Щелкове. От него чекисты узнали, что, помимо назначенной на 20 июня встречи в Екатерининском парке, имелся и второй, запасной, вариант. Если первая встреча по какой-нибудь причине не могла состояться, то по условиям уговора ее переносили на другой день, в частности в Ново-Проектированный переулок на квартиру скупщика краденого. Тем самым Кошельков показал себя уже мастером конспирации. И вот чекисты устраили сначала засаду в Екатерининском парке. Все вроде было сделано по правилам: сотрудники ЧК под видом горожан прогуливались по аллеям, милые дамы щебетали со своими кавалерами. Все ждали одного посетителя. Но он на встречу не явился ни в назначенное время, ни позже. Спугнули? Или он, возможно, просто что-то заподозрил? Или же у него появились другие планы? В любом случае оставался еще один шанс.

На следующий день, 21 июня, работники МУРа снова организовали большую засаду по второму адресу в Ново-Проектированном переулке и в ближайших домах. Всей операцией руководил сам Трепалов. В одной из засад находился начальник особой группы МУРа Мартынов, который в своих воспоминаниях сообщил подробности той операции. Засаду установили в четыре часа утра.

Однако до четырех часов дня Кошельков так и не появился. Наконец в начале пятого часа в переулке заметили двух прохожих. Мужчины, у которых в руках были плащи, шли спокойно, но в их походке чувствовалась какая-то настороженность. В одном из них опознали Кошелькова. Вторым был его приближенный Емельянов по кличке Серёжка Барин. Бандиты неторопливо приблизились к дому, где предполагалась встреча со скупщиком краденого. И тут Кошельков, как бы невзначай, перебросил через руку плащ. Он спрятал под ним пистолет и через калитку вошел во двор. Но дальше двигаться не стал, а вместо себя послал напарника. Барин подошел к двери и толкнул ее ногой. Это был условный сигнал. Тут же раздалась команда: «Руки вверх!».

Но бандиты вовсе не собирались поднимать руки, они привычным движением выхватили свои револьверы и принялись палить в разные стороны. Чекисты моментально ответили встречным огнем. Смертельно раненный в голову Барин сделал несколько шагов и упал на лестницу. Кошельков, бросив в квартиру бомбу, по счастью не взорвавшуюся, отстреливаясь, бросился бежать со двора. Но на этот раз все пути отступления были отрезаны. Со всех сторон раздавались выстрелы. Несколько пуль попали в Кошелькова. Он упал на мостовую и не двигался. Револьвер валялся рядом. К нему стали с опаской приближаться чекисты. Кошельков не делал никаких движений. Не верилось. Но он действительно оказался смертельно ранен. Его погрузили в машину и срочно направили в лазарет. Однако Кошельков, так и не приходя в сознание, умер.

При обыске было обнаружено: у Емельянова две заряженные бомбы и один револьвер системы наган, у Кошелькова тот самый краденый бельгийский пистолет системы браунинг за номером два, который он отобрал у Ленина во время налета на автомобиль. Видимо, берег его как реликвию, как талисман, но все-таки применял в разбойных нападениях. Пистолет был вычищен и возвращен его законному владельцу. Кроме того, у Кошелькова имелись при себе два маузера с расстрелянными магазинами и документы на имя сотрудников МЧК Караваева и Ведерникова, отобранные у них после убийства.