Чтение онлайн

***

Беда пришла тогда, когда элиа начали уже поговаривать, что войны не будет, - мол, много времени прошло, может, и примерещилось всё тому бедолаге, напугался видения и зря всех перебаламутил.

Йаллер потихоньку присоединился к разведчикам. Возникал внезапно, сообщал сведения, - был убедителен, - и исчезал так же быстро, как и появлялся. Не был уверен, что его допустят к большему. Давить на элиа - не решался: не открываться, только не открываться, не привлекать к себе внимания. Когда армия ирукаев из далёкой серой массы стала чёткой явью, - не ушёл, хотел скрыться только в самый последний момент, но потом в какой-то миг почувствовал чужое настороженное внимание, чужую волю, шарящую по рядам живых, и понял: пора. Слишком опасно - оставаться.

Он скрылся в тени зачарованного леса, но не мог заставить себя не чувствовать: рядом началась война и пришла Смерть. Ей не доставляло ни удовольствия, ни отвращения превращение живого в мёртвое. Она просто делала своё дело - шаг за шагом. Элиа, ирукаи, - всё равно. Иногда ему до безумия хотелось перестать быть руниа, чтобы ничего не слышать, но это было невозможно... да и любое живое существо сейчас чуяло то же самое. Аксерат не позволял утаить. Аксерат обрушивал на головы живых чужую боль и не позволял остаться безразличным. Если ты живой - ты поймёшь. Вспомнились слова Ирату: каждое открытие Входа для души умершего - это разрыв материального мира, а что уж говорить о смерти в борьбе, в ненависти, в отчаянии...

Базарное Перепутье опустело, все попрятались до лучших времён. Кто-то из элиа в панике уходил в сторону моря, рассыпая по дороге страшные вести. Йаллер и сам знал, кто из знакомых ему элиа погиб. Да, брат, придя под стены города, потребовал свои творения. Знал, что элиа ответят отказом: те твёрдо были уверены, что в ответ на согласие всё равно будет война, ирукаев не удержать от разрушения, они уже жаждут крови и не остановятся... а их главарь не из тех, кто будет останавливать. Йаллер порывался броситься на помощь погибающему городу, уходил далеко, встречал беженцев, видел ирукаев, - на них тоже не действовали никакие Силовые приёмы, их нужно было просто убивать, что он и делал... и издалека тут же притягивался внимательный взгляд: а кто это? а что это? а как?.. И Йаллер тут же уходил в тень, давя бессильную ярость оттого, что вынужден прятаться вместо того, чтобы вступить в открытый бой. Он снова и снова возвращался к мысли - надо выйти самому, надо плюнуть на маскировку, надо, надо, надо... но что-то в душе трезво и холодно останавливало: ты не справишься. Ты уже один раз проходил через смерть. Связь твоей души с телом стала слабее, да и ты сам - тоже. Именно поэтому такого труда стоило выдраться из Перехода, когда взбунтовавшаяся часть Ордена попыталась замуровать там неугодного руниа, и уже тогда, сразу, мелькнула мысль, что до гибели в Ущелье Судьбы это далось бы более безболезненно... И именно поэтому выходить сейчас в открытую в одиночку против брата - нельзя. Слишком опасно.

Всё это было так, но... издалека он слышал всё новые и новые смерти, и от этого можно было сойти с ума.

Прибрежные элиа пришли на помощь тогда, когда было уже поздно, когда поселение уже лежало в руинах, а уцелевшие прятались по лесам или пробирались куда угодно, только бы подальше отсюда. Брат дождался, пока они подойдут поближе, и отсёк им путь на запад. Йаллер в панике выскочил на свои рубежи, - топить ирукаев в болотах на направлении Базарного Перепутья, - но вынужден был остановиться: элиа бежали на север, ирукаи некоторое время преследовали их, загоняя подальше к горам, а затем получили приказ отойти. Йаллер понимал: брат ведёт свою игру, он смотрит на то, как на разгром своих отзовутся другие элиа, и выбирает среди них вождей, которых позже будет заманивать в ловушку из трёх колечек. То, что ценой этой большой игры уже стало множество смертей, его не волновало... точнее, его волновало лишь то, чтобы элиа не исчезли вовсе, а то некем станет управлять.

***

Люди налетели внезапно, как буря, - по крайней мере, они впоследствии думали именно так, и никто их не разубеждал. Ирукаи с воплями и боевыми кличами налаживали оборону, но было поздно. Йаллер сильно подозревал, что брат попросту бросил их на произвол судьбы: захваченные и разгромленные поселения были ему не нужны, он приходил за кольцами и получил почти все... а кольца элиа рано или поздно проявятся сами. Йаллер был почти уверен, что брат из укрытия наблюдает издали за тем, как люди добивают ирукаев, и ждёт того часа, когда сможет наконец приступить к выполнению своего замысла. Ирукаи бегали по равнине, как ошпаренные, даже не приходилось особо напрягаться, чтобы уловить, где и насколько большая стычка происходит. Следом за людьми подъехали элиа из прибрежных поселений, - при них Йаллер с удивлением обнаружил человека, позже понял, что он у них выступает переводчиком, причём если у него хватило терпения выучить и их имена, и произношение, то у элиа с языком людей не ладилось никак, и переводчика они громко именовали "другом элиа". Впрочем, остальных людских вождей они тоже старались переименовать на свой лад, так что обижаться было бесполезно. Ирукаев они разогнали быстро, расположились на руинах, а потом - у Йаллера едва хватило терпения всё это слушать - по обычаям элиа были исполнены прощальные и хвалебные песни в честь павших и живых. Йаллер подумал, что лучше бы они вносили все эти сведения в какие-нибудь письменные источники, но посоветовать этого не мог. Всё же узнал немало нового про заслуги тех, кто прибыл на помощь, узнал их имена, - вынужден был признать, что даже имя вождя, Рауна Дагвиати, элиа и вправду произнести были не в состоянии, - узнал про Зрячие Камни, с помощью которых элиа призвали людей на помощь из далёких южных земель... Усмехнулся: эти средства связи были из концентрирующих Силу кристаллов, настроены были только один на другой, и... словом, являли собой какой-то первобытный примитив. Это что, предел, до которого смогли додуматься элиа? Даже обидно...

Отпев положенное, элиа отправились на север, - туда, куда ушли уцелевшие. Выяснили, что недобитые ирукаи добрались до них раньше, что те отбиваются, и что очень будет кстати, если ирукаям ударят в тыл. Ирукаи по своей привычке разбежались, в предгорьях наконец-то настала тишина. Йаллер не очень доверял ей, поскольку где-то в тишине скрывался его брат.

Йаллер долго мучился, заманивая главу прибрежных элиа к себе в леса, - ввиду слежки брата он вовсе не собирался покидать их пределы, - и когда тот наконец прибыл, выбрался из зелёной тени. В протянутой руке - в открытой шкатулке - сверкали на солнце три камня в кольцах, прозрачно-белый, синий и алый.

Элиа замер.

– Возьми, - властно сказал Йаллер.
– Эти творения чисты, их не коснулась ни рука, ни мысль вашего врага. Они умножат ваши силы, помогут сохранить то, что вам дорого. Будьте честны и доверяйте друг другу, и ваш союз будет нерушим.

Йаллер посмотрел на элиа и понял, что перестарался с внезапностью и торжественностью: тот был совершенно не в состоянии соображать. Задним числом стало неловко: вроде ничего особенного не сказал, что ж он так... особо впечатлительный, что ли... Он встряхнул кольца в шкатулке, те брякнули друг о друга и о стенки.

– Ну что ты застыл? Держи, что ли, а то я их выкину, и будешь сам искать...

Ошеломлённый элиа принял шкатулку и низко поклонился.

– Да будет так, хозяин зачарованного леса...

Когда он распрямился, Йаллер уже исчез.

***

Следить было трудно. Он знал, что брат не ушёл, а растворился в туманах, в послевоенной неразберихе. Брату нужны были люди, точнее - вожди людей.

Йаллер следил. Издалека, с трудом разбираясь в путанице Силовых вихрей, за которыми сам же и прятался. С людьми было сложно, и это оказалось только на руку: у них не было государства, как на юге, не было страны, войск и вождей, которые сколачивали бы жёсткую власть под себя и... да. Могли бы исполнить предназначенную им роль. Взять кольцо и связать им - через себя - свой народ с руниа, возжелавшим чужой силы. Нет государства - нет вождя - некому попадаться в ловушку. Значит, здесь можно хоть немного быть спокойным.

Он видел, как люди шарахались от волшебства, от любой магии, как с ними не могли найти общий язык элиа. Он надеялся, что это поможет. Что люди за его братом не пойдут.

Решить вместо них он не мог.

Он мучительно искал выход. Выследить брата, напасть, отнять кольца... снова и снова вставать перед уже не раз продуманным - почему нельзя. Почему он не справится. Тариэль видела его мучения и боялась спросить, отчего он мрачнеет.

Он уходил. Искал Следы. Проходил по ним снова и снова. Слушал разговоры. Пытался уловить мысли. А вдруг кто-то согласился и решил стать вождём людей? А вдруг...

Это тянулось день за днём, он очень быстро устал, - усталость была глухая, тяжёлая и неснимаемая, он не мог отвлечься, даже весна потерялась и перестала быть - для него, стала чужой, это другие могли радоваться ей, встречаться в ней, ловить весенний ветер, а он... Он только ловил Следы, слушал разговоры и держался на расстоянии.

К осени Следы свернули к горам. Он ещё раз прочесал человеческие поселения, - не исчез ли кто, не стал ли сколачивать войско... точнее, банду, не попытался ли построить нечто похожее на южные города. Нет. Не началось. Не появилось. Не пропал никто. А брат ушёл в горы, и надо идти за ним следом - прятаться от него и от златоведов, таиться в лабиринтах, которые он, в отличие от брата, худо-бедно знал. И бояться, не попадётся ли на пути брата кто-то из огнедышащих ящеров, не потянется ли к золоту и не будет ли убит...

Позже, много позже, он обнаружил, что пропажа всё же была.

Пропал один из духов, которых он привёз с Йавинты. Которого он отпустил на свободу.

Пропал, и Следы говорили о том, что между ним и пришельцем-руниа не было стычки. Был разговор. Напряжённый, но не переросший в свару.

И дух исчез. Ушёл в глубины земли?

Златоведы пропажи не заметили.

Найти кольца, розданные златоведам, было несложно. Йаллер не сомневался в том, что брат обнаружит ошибку не сразу, - и так и вышло: пока не задействуешь, не потянешь удочку - не поймёшь, что затея не удалась, что силы не получишь... а уже поздно, уже потрачено время, уже создана система, и возможно ли переделать её - большой вопрос. Йаллер усмехнулся: ошибки неизбежны, когда что-то делаешь впервые. Единственное, чего он боялся, - это того, что брат, обнаружив ошибку, задумает вернуть кольца и перенацелить их на что-то... на кого-то другого, а владельцы упрутся, потому как златоведы любят золото, у них мания - собирать драгоценные побрякушки... вполне простительная слабость, если честно. Йаллер надеялся, что у него есть время, что огнедышащие ящеры успеют справиться и сжечь кольца, потому что если в планы брата входят люди, то ему придётся направиться на юг и потратить это время там, далеко. И только потом осторожно тянуть за золотые нити, проверяя и выверяя сотворённую Силовую сеть. И то - не сразу... Йаллер запутался, он никогда не был стратегом, ему было сложно просчитывать, предполагать, думать не так, как привык... да и прикасаться даже мыслью и даже к замыслу брата было отвратительно.