Чтение онлайн

В этот период я впервые начал тесное взаимодействие с миссиями Международного валютного фонда и с большим интересом вникал в методологию расчетов анализа финансово-экономического состояния страны. Очень скоро я убедился, что, несмотря на очевидную грамотность и высокий профессионализм сотрудников фонда, они не имеют возможности, а иногда и желания получать объективную информацию о ситуации в стране, так как ориентируются исключительно на отчетные данные и на материалы, которые им передавало правительство. Я же очень хорошо знал, что наши данные в ряде случаев не точно совпадают с реальным положением дела, а иногда и полностью не отвечают ему. В силу этого шаблонные, созданные как бы по лекалам рекомендации фонда не только не способны в большинстве случаев улучшить ситуацию, но порой могут только ухудшить дело.

Я довольно откровенно говорил об этом представителям фонда, и в неофициальных беседах они со мной соглашались, но, когда дело доходило до формальных переговоров, твердо стояли на своем. Наши интересы в руководстве фонда тогда представляли Нидерланды, и мне довелось вместе с министром финансов Украины П.К. Германчуком несколько раз встречаться в неформальной обстановке с тогдашними министром финансов Герритом Залмом и руководителем Центробанка Вимом Дуйзенбергом. Отмечу, что во время одной из таких встреч наши аргументы убедили голландских коллег, и Геррит Залм начал активную поддержку Украины. Вскоре мы получили значительный по размеру кредитный транш МВФ.

Не могу не вспомнить о занятной дискуссии между нами во время неформального обеда в уютном ресторане на берегу моря под приятный шум волн. Мы уже обо всем договорились, и Вим Дуйзенберг стал рассказывать об идее создания валютного союза и о введении единой европейской валюты. Упомянул он также и о своем будущем назначении на пост председателя единого Европейского центрального банка и подарил нам только что отчеканенные монеты достоинством 1 евро. Это вызвало у нас большой интерес, и я задал будущему президенту Европейского центробанка вопрос: «Не совсем понятны интересы стран, создающих единый эмиссионный центр (разные экономики, разные уровни развития и многое другое, влияющее на эмиссионную политику). А будет ли создан бюджетный центр? Или каждая страна будет вести самостоятельную бюджетную политику?» На что Дуйзенберг ответил, что единой бюджетной политики не будет, но каждая страна будет придерживаться Пакта стабильности, по которому дефицит бюджета, например, не должен превышать 3 %.

На это П.К. Германчук и я заметили, что это слабая гарантия. Я же еще отметил, что эмиссионная политика для стран, находящихся на различных стадиях экономического развития, должна быть разной. У одних проблема дефляции, у других проблема инфляции. Одним предстоит проведение структурных реформ, другие их уже завершили, одни страны имеют темпы роста ВВП, например, 1 %, другие — 10 %; у одних стран одна конъюнктура экспорта, у других — другая.

Я привожу эти воспоминания для того, чтобы показать, что серьезные кризисы в экономике разных европейских стран требуют проведения разной по сути своей финансово-экономической политики. Прежде всего я хочу подчеркнуть: власть, которая взяла на себя ответственность за развитие страны, не имеет права принимать решения, не соответствующие реальным потребностям своей экономики. Если она это делает, то надо откровенно признать, что это не суверенная власть, а власть, находящаяся под внешним давлением и реализующая какие-то иные интересы, но не интересы своего собственного народа.

Эту идею я проводил всегда, находясь на различных постах государственного управления. Именно она позволяла мне принимать решения, исходя из интересов национальной экономики. Я подчеркиваю это потому, что мои критики всегда навешивали на меня ярлык «пророссийского политика». Между тем я никогда не был таким политиком. Я всегда считал себя человеком, находящимся на службе у украинского народа, и всегда принимал решения, исходя из интересов национальной экономики. По этому поводу мне приходилось вступать в споры и с западными, и с российскими политиками. Как известно, возражений никто не любит. Аплодисментов заслуживают лишь те, кто с легкостью предает национальные интересы и всегда с помощью продажных средств массовой информации находит оправдание своим поступкам.

Правдой является лишь то, что я считал, считаю и буду считать, что развитие и функционирование украинской экономики зависит от глубины и объема кооперационных связей с Россией. Без этого нашу экономику ожидают очень большие трудности, а простых людей очередные испытания и страдания. Такая моя позиция неизменно вызывала раздражение западных политиков, а они никогда не давали себе труда отступить от сложившихся стереотипов. И вот сейчас, когда правота подобной политики очевидна, а противопоставление Украины и России, разжигание между ними конфликта превратилось в кровавую драму с тяжелейшим кризисом украинской экономики, с возникновением громадных проблем для самого Евросоюза, даже сейчас эти политические деятели с упорством, достойным лучшего применения, навязывают нам свою обанкротившуюся политику.

Но вернемся снова к бюджету. Как я уже отмечал, в условиях жесткой нехватки инвестиционных и кредитных ресурсов бюджет является мощным инструментом реализации экономической политики. В условиях, когда ресурсов достаточно и они являются легкодоступными, эта направленность бюджета должна трансформироваться.

В те годы, когда я мог более или менее самостоятельно определять бюджетную политику, мне удавалось делать бюджет инструментом развития, привлекая для этого и другие доступные ресурсы. Иногда мне приходилось идти на непопулярные решения. Вспоминаю принятие бюджета 2007 г. После провала 2005 г. экономика Украины с трудом выкарабкивалась из того хаоса, который был присущ стране при популизме Ю.В. Тимошенко и временном премьере Ю.И. Еханурове, которого через несколько месяцев после назначения по инициативе все той же Тимошенко отправили в отставку.

Учитывая сложившиеся обстоятельства и очень низкую репутацию Украины на внешних финансовых рынках, а также проблемы, возникшие в жилищно-коммунальном хозяйстве, я принял решение подготовить на 2007 г. максимально сбалансированный бюджет, с тем чтобы стабилизировать финансово-экономическую ситуацию, накопить достаточные финансовые ресурсы для проведения в 2008 г. структурных реформ. (Забегая вперед, скажу, что эту задачу нам удалось решить полностью и мы имели к концу 2007 г. на остатках Казначейства 24 млрд грн, что примерно соответствовало 5 млрд долл.)

Нельзя не отметить, что для решения этой задачи в бюджете пришлось уменьшить прожиточный минимум в первом квартале 2007 г. на 7 грн. А это потянуло за собой, соответственно, снижение привязанных к минимуму социальных стандартов. Разумеется, раскрывать стратегию замысла не имело смысла. Умные люди, внимательно проанализировав бюджет, сами поймут, а оппоненты в любом случае будут обвинять нас в проведении антинародной политики. Вступать с ними в спор — только разжигать огонь полемики в вопросе, который явно не добавит нам сторонников. Между тем только что прошли выборы в Верховную Раду (март 2006 г.), впереди у нас было пять лет, и нужно было думать не об электоральных симпатиях, а о стратегии развития страны.

В итоге бюджет прошел все-таки через необходимые баталии в Верховной Раде. Правда, был эпизод, когда доведенный до крайности бессмысленной демагогией оппонентов я сорвался и публично сказал им: «Да, пошли вы…» Я и сейчас сожалею о своей несдержанности, но, чтобы показать уровень тогдашней полемики, приведу такой пример: мои критики предлагали за счет предусмотренных капитальных расходов на строительство моста через Днепр в Киеве восстановить эти 7 грн в месяц. Аргументировали они это так: 7 грн — это примерно бутылка кефира, чем больше кефира наши люди выпьют, тем больше денег придет в бюджет, и, таким образом, можно будет накопить деньги на мост. Конечно, какая-то крупица истины в этой демагогии есть. Я тогда ответил вопросом на вопрос: «Сколько же надо выпить кефира, чтобы накопить деньги на мост? И мост ведь нужен сегодня».

К сожалению, в подобных популистских дискуссиях я был не силен, демагог всегда выглядит на телеэкране убедительнее. И до тех пор, пока от такой демагогии народ не набьет кровавых мозолей, правдивых и жестких аргументов он воспринимать не будет.

В любом случае я был убежден в правильности своего решения и испытывал удовлетворение оттого, что Верховная Рада приняла бюджет. Было это 29 декабря 2006 г. и оставалось всего два дня до подписания закона Президентом В.А. Ющенко и опубликования его в официальной печати. Если мы успеваем это сделать, то закон вступит в силу уже 1 января 2007 г., и в новый год страна войдет с новым бюджетом. Это очень важный стабилизирующий фактор, все, кто работает в этой сфере, понимают его значение.