Чтение онлайн

У него перехватывает дыхание

– Когда человек уходит, начинаешь меньше о нем говорить.

– Какой была твоя мама?
– нерешительно спрашиваю я.

Его лицо вытягивается, и я тут же жалею, что вынудила его вспомнить.

– Все в порядке, - быстро говорю я.
– Мы можем сменить тему.

Он на мгновение отворачивается от окна, затем полностью поворачивается ко мне.

– Вы с ней чем-то похожи.

Он грустно смеется

– Она была душой компании. Любила петь. А потом эта тварь убила ее.

– Твой отец, - шепчу я.

– Я его так не называю, - хрипло отвечает он, уставившись на свое пиво.
– Ты бы ей понравилась.

Я улыбаюсь.

– Я рада. Ты думаешь, что поэтому добился такого успеха? Хотел, чтобы мама тобой гордилась?

Он качает головой.

– Я стал успешным, потому что у меня больше ничего не было. Все, что у меня осталось, - это моя бабушка и Костя.

Я киваю.

– Вот почему Никита так много значит для тебя.

Он смеется.

– Да, по какой-то причине я понравился Никите. В универе я был не такой, как все. Я не пил, был замкнутым и необщительным. Но он все равно остался со мной. Так что да... Я беспокоюсь о том, как он отреагирует, когда узнает о нас.

Он закрывает глаза и глубоко выдыхает.

– Мне достаточно трех пальцев на руке, чтобы пересчитать людей, которым я небезразличен, и он один из них, - тихо говорит он.

– Это неправда, - отвечаю я .
– Тебе нужен еще один палец. Я тоже беспокоюсь о тебе.

Когда он открывает глаза, между нами возникает эмоция, которую я никогда раньше не видела на лице Дениса. Он неловко ерзает на своем стуле, и я понимаю, что на сегодня с него хватит.

– Как ты себя чувствуешь после перелета?

– После перелета с простолюдинами?
– Он улыбается, делая глоток пива.
– Честно говоря, я совершенно вымотан.

Он выглядит уставшим.

– Тогда давай пойдем домой, - предлагаю я.

– Это наше первое официальное свидание, - говорит он с кривой усмешкой.
– Я должен был удивить тебя и показать, что могу угнаться за девушкой, которой двадцать.

Со стоном он лезет в карман и достает телефон. На экране высвечивается имя Никиты, и он хмурится, увидев сообщение.

– Он думает, что я все еще в командировке.

– Денис, - начинаю я, стараясь говорить беззаботно.
– Почему ты так беспокоишься о том, что Никита узнает о нас? Тебе стыдно?

Он морщит лоб.

– Нет, Алина, мне не стыдно. Никита заставил меня пообещать, что я никогда так не поступлю. Он очень заботится о тебе и Марине, ты же знаешь. После того, как он увидел, как ваш отец обошелся с матерью. Он не хочет, чтобы кто-нибудь причинил тебе боль. Ты его младшая сестра.

– Я все это знаю, - разочарованно говорю я.
– Возможно, тогда я была моложе, но я все равно это видела. Это не повод со мной нянчиться. Сейчас я взрослая женщина. Да и чего переживать? Ты обижаешь женщин?

Он тихо смеется.

– Нет, я всегда честен с женщинами. Никита знает меня, и ему известно, что у меня было много девушек, и он не захочет этого для тебя.

– А как насчет того, чего хочу я?
– я спрашиваю.
– Разве это не важно?

Денис смотрит на меня с понимающей улыбкой.

– Ты еще молодая, Алин. Твои желания еще изменятся.

Я смотрю на него с недоверием.

– Не надо меня опекать, Денис.

Он берет мои руки в свои.

– Давай не будем ссориться. Все, что я могу сказать прямо сейчас, это то, что я рискну, потому что отказаться от этого еще хуже.

Между нами повисает пауза.

– Согласна, - наконец отвечаю я.

Денис с облегчением улыбается.

– Давай возьмем десерт и пойдем.

Вернувшись в мою новую роскошную кровать, мы срываем друг с друга одежду, как дикие звери, пытающиеся причинить друг другу боль. Прошло всего несколько дней, но кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как я в последний раз видела его обнаженным. Я задыхаюсь от предвкушения, когда он стягивает с меня свитер через голову, открывая мой лифчик. Я вожусь с его джинсами, неуклюже пытаясь их снять. Сегодня вечером нет времени на прелюдию, наше желание слишком сильно. Я толкаю его обратно на кровать, забираюсь на него сверху, оседлав его бедра.

Я нависаю над ним, не прикасаясь, пока он опускает чашечки моего лифчика, обнажая грудь.

Его руки обхватывают мои бедра, и он опускает меня, прижимаясь головой к моей влажной щелке. Затем он насаживает меня на себя, наполняя так глубоко, что я вскрикиваю от удовольствия.

– Полегче, - выдыхаю я, поворачивая бедра, чтобы подстроиться под его размер.

– Извини, - отвечает он, - давненько не виделись.

Я начинаю нежно двигаться на нем, дотрагиваясь до того места, которое доставит мне удовольствие.

– Ты такой большой, - стону я, глядя на него сверху вниз, - ты знаешь, как приятно чувствовать его внутри себя?

Я толкаюсь, увеличивая темп, как того требует мое удовольствие, и его дыхание становится все более затрудненным и громким.

– Я сейчас кончу, - говорит он, закрывая глаза и постанывая.
– Если ты будешь продолжать в том же духе, я не смогу остановиться.

Я продолжаю двигаться так, что, как я знаю, заставит Дениса потерять контроль. Я контролирую движение; я решу, когда он кончит. Я прижимаюсь бедрами к его паху, раздвигая ноги, чтобы принять его глубже. Он издает низкое рычание, затем отпускает меня:

– Черт, я сейчас кончу.

Когда он наполняет меня своим удовольствием, я ощущаю это как часть себя. Его красивое лицо искажается от смеси эмоций, удовольствия и боли, смешивающихся воедино.

– Это помогло тебе немного расслабиться после перелета?
– спрашиваю я, затаив дыхание, держа его внутри себя.

Когда он снова открывает глаза, они полны нежности.

– Да, Алин. Теперь-то уж я отлично высплюсь.

Денис

– Соколов, сегодня хреново бьешь, - смеясь, крикнул мне Максим.

– Я устал, - ответил я.

– Ты хочешь сказать, что это игра тебя утомила?

Я устало посмотрел на него:

– На что намекаешь, а?

– Рожа у тебя слишком довольная. Весь день улыбаешься, хотя играешь из рук вон плохо, и даже Костя обыгрывает тебя, а он вообще играть не умеет. Кто она?

Я закатил глаза.

– Я просто счастлив, вот мне и весело.

– Да да, - сказал Никита, подбирая мяч.