Чтение онлайн

Аланнарвальд ожидал подобный ответ. Не шелохнувшись, будто привыкший к бьющему в лицо урагану, он лишь моргнул и перевёл взгляд на королеву-мать. Та побагровела и, распустив веер, замахала им перед лицом.

– Ты знал, что этот день настанет, – напомнил король. – Решение о вашем союзе было принято много лет назад. Понимаю, раньше всё казалось детской забавой. Но вы выросли, Алан. Пора повзрослеть и взять на себя ответственность перед королевством и Всемирным Соглашением о Мире и Достатке Ценцарии.

Аланнарвальд склонил взор в ноги короля. Королева замерла и вытянулась в струну. Ей совсем не нравилось, когда сын опускал взгляд. Это означало, что сейчас он будет спорить.

– О ней ходит дурная молва, – проговорил принц, снова посмотрев на короля. В этот раз его глаза стали ледяными и заглянули в самую душу.

– Принцесса Линкея обделена материнским воспитанием, и некоторые навыки, присущие жене и хозяйке, обошли её стороной. Это не значит, что она пропащая женщина, не способная на создание крепкой семьи. Эйлинкель – весьма богатое королевство. Немудрено, что злые языки завистников распускают вздорные слухи. Верить им безрассудно.

– Отец! Вопрос касается моей жизни и жизни моих будущих детей!

Король вскочил с кресла, и королева дотянулась до его руки:

– Яруэль…

Он отмахнулся от неё, спустился и выпрямился перед сыном.

– Ты мужчина, Аланнарвальд? – застрожился король. – Если да, то возьми себя в руки и поставь перед собой цель усмирить ветреность своей будущей жены! Ты публично сделаешь ей предложение руки и сердца! Это не обсуждается! – Он через плечо посмотрел на королеву. – Эллиада!

Она глубоко вздохнула и, встав на непослушные ноги, спустилась к мужу. Едва сдерживая слёзы, королева сняла со своего пальца фамильный перстень и протянула его сыну. Принц, сжав губы, чтобы не закричать, медленно принял украшение и пристально взглянул в потемневшие от гнева глаза короля.

– Я буду молиться богиням Любви и Бескорыстия Ценцарии, – твёрдо ответил ему Аланнарвальд, – чтобы искренность наконец-то взяла верх над стремлением к выгоде в этом мире. И буду надеяться, что богини меня услышат, ваше величество.

Сжав перстень в кулаке, принц развернулся и быстро покинул зал. Королева, глядя ему вслед, уголком платка утёрла набежавшие на глаза слёзы.

– Они не будут счастливы в браке, Яруэль, – осторожно произнесла она.

Король вернулся в своё кресло и тяжело вздохнул.

– Они разные, – добавила королева, обернувшись. – Несчастная супружеская жизнь озлобит его на всю Ценцарию.

– Ты слишком снисходительна к Алану. Он ведёт себя как мальчишка! Хочешь, чтобы Линкея скрашивала его дни и ночи, научи её. У неё нет матери, но скоро она станет членом нашей семьи. Ты воспитала двух прекрасных дочерей, перевоспитаешь и эту.

– Воспитать и перевоспитать – разные вещи.

– Она молодая. Податливая, как глина. Потребуется – обратимся за помощью к королю Стефанусу. Общее давление обуздает капризный нрав принцессы. Ступай, моя королева. – Король взмахнул рукой и приложил её к наморщенному лбу. – Мне нужно побыть одному.

Решётка собачьего вольера содрогнулась под натиском немалой силы Лена. Убедившись в надёжности креплений, он повернул ключ в навесном замке и окинул запертых здесь животных задумчивым взглядом. У них больше свободы в неволе, чем у него по эту сторону клетки. Он не может быть с любимой. Сама судьба противится их союзу.

Вынув из деревянной кадки последний кусок мяса, Лен просунул его промеж прутьев, и одна из гончих аккуратно приняла лакомство. Своего покровителя и кормильца они не кусали, даже не осмеливались косо на него смотреть. Лен улыбнулся, что делал исключительно редко, и почесал у неё за ухом.

– Лен, – негромко обратился к нему остановившийся неподалёку король.

Тот выпрямился и обернулся.

– Да, ваше величество. Прошу прощения за неопрятный вид. Я работаю.

Уголок губ короля Стефануса дрогнул. Лен сморозил глупость: неопрятный вид – его норма.

– Оставь это инлугам 13 , – велел король, говоря о рабочем инвентаре. – Идём прогуляемся.

Лен обтёр ладони о подол своей мешковатой туники, кивнул подоспевшему молодому инлугу и пошёл вслед за королём.

– Где твой плащ, Лен? Холодновато.

– Я тепло одет.

Король Стефанус хмыкнул и неспешно пошёл дальше. В детстве Лен мечтал быть на него похожим – удивительно спокойным, рассудительным, терпеливым и беззлобным. Тинлуги Эйлинкеля обожали своего короля, а он мог безбоязненно выходить на площади, гулять по улочкам королевства, наведываться в гости к любому жителю. Конвой из шерлугов сопровождал монарха лишь в лесах, кишащих торлугами 14 , и за границами Эйлинкеля. Король Стефанус не признавал вычурность. Ему было за пятьдесят, а он до сих пор не повесил свой портрет в картинную галерею замка.

– Сюда. – Король привёл Лена к смотровой башне – самой высокой в замке. – Идём-идём, – с улыбкой добавил он, заметив смятение в лице племянника.

По винтовой каменной лестнице, освещаемой через предусмотренные при строительстве крошечные отверстия в стенах, они поднялись на самый верх. Их окатило холодным весенним ветром. Король Стефанус поправил на себе безрукавный плащ, застёгнутый на правом плече, и обратился к смотрящему:

– Оставь нас, шерлуг.

– Мой король. – Тот поклонился, взял копьё и спустился.

– Взгляни! – Король приблизился к парапету и, положив на него ладони, посмотрел вдаль. У подножия холма, на котором был возведён замок, простирался Эйлинкель, а за ним – бескрайний лес. – Что ты видишь, Лен?

– Наше королевство, – напряжённо ответил тот, встав рядом с королём.

– И всё?

Лен бросил на короля немного растерянный взгляд. Тот не шелохнулся. Он обладал высоким лбом, волнистыми волосами, всегда зачёсанными назад, крупным благородным носом с горбинкой, неправильным прикусом, бросавшимся в глаза, когда король говорил, и выразительным кадыком. Он знал, что далеко не красавец, мог посмеяться над собой и радовался схожестью Линкеи с её мамой. Как-то король даже сказал, что если бы Линкея была похожа на него, то он держал бы её в чулане.

– Мир, – тихо произнёс Лен, отведя взгляд от короля.

– Именно. Ты видишь мир и достаток, Лен. Великий Плач унёс тысячи жизней, разрушил много крепостей, вынудил нас создавать всё это из ничего. Мы добились того, что имеем, через кровь и слёзы. А чтобы мир и достаток продолжали править в Ценцарии, нам следует придерживаться определённых правил.

– Аланнарвальд украл у меня Линкею, – проворчал Лен.

– Помнишь поговорку: «Не воруй у вора. Иначе добытое не достанется ни ему, ни тебе». Отпусти её. И никто не пострадает. Я уже присматриваю для вас с Йеном невест. Линкея не единственная девушка в Ценцарии. Хотя бы на мгновенье забудь о своих чувствах и подумай о людях, которые верят в нас. О них! – Король рукой обвёл Эйлинкель. – Там мирные жители, женщины, дети, старики. Они не знают войны благодаря нам. Но благодаря нам они могут её познать. Выбор только за нами. Ты умный мужчина, Лен. – Король похлопал его по плечу и сделал шаг назад. – Думай, а потом делай.