Чтение онлайн

Единственно, в чем совпадают взгляды большинства, так это в том, что критический период в овладении вторым языком – это 8–11 лет.

А для того чтобы стать по-настоящему двуязычным, необходимо:

• как можно чаще использовать в повседневной жизни каждый из изучаемых языков;

• знать особенности культуры страны – родины каждого из языков;

• хорошо понимать каждый язык;

• хорошо говорить на каждом языке;

• научиться писать и много читать на этих языках.

Любой новый язык – это новые возможности и новые друзья. Это головокружительные неологизмы ребенка, своеобразные тимирязевские скрещивания «груши и яблока» слова, «грейпфруты» слов, пробуждение лингвистического дара дошкольника.

Вот он о чем-то задумался, чуть-чуть приоткрыл рот… Сейчас он Вам выдаст такое… Но это не недостатки, а достоинства, его непохожесть на моноязычных ровесников. Не надо быть Катиной мамой, чтобы не понимать этого. Ведь даже сегодня, когда у него еще только шажки, не шаги в двуязычии, он все-таки неподражаем. Найдите кого-нибудь рядом с ребенком с такими глазами, с такою улыбкой, с таким светом, льющимся изнутри…

Его двуязычие только лишь повод задуматься многим: а может быть, тоже начать изучать уже со своей крохой второй иностранный язык?

И если родители действительно сознательно, а не под влиянием каких-то ситуативных эмоций решили воспитать ребенка двуязычным и знают про ухабы на пути, которые придется им преодолеть, а не считают, что все будет как по маслу, они найдут и оптимальные решения для осуществления своей мечты.

Из высказываний двуязычных дошкольников

– Мама, суп пахнет на мозоль. Нет, нет, не на ту мозоль, которая у тебя на ноге, а из которой варят суп (фасоль).

– Деда, я тебя люблю, и ты должна меня одевать.

– Мои штанишки на писанном мамином столе.

– Писанном или записанном? Ты что, сделала пи-пи на стол?

– Я же сказала: на писанном мамином столе.

– Ой, у меня eine ранка! Комарики были голодненькие и покусали меня. Они пили из меня Honig (мед).

Пятилетняя девочка, живущая за границей, читает в русском букваре фразу «На, носи» под картинкой, где бабушка связала носки внуку, и комментирует эту картинку:

– Я думала – носи на руках, а это носи на ногах. Но это было трудное слово «носи». Мне еще долго надо учиться.

– Onkel (дядя), ты похож на безволосика.

Двуязычный ребенок… Говорящий и мыслящий на двух языках… Ты порою мудрее родителей… И похож на двуликого Януса, бога входов и выходов. Ну а если есть вход, то, возможно, открыв двери, взойти на Олимп… И скорее всего, на Олимпе говорят боги сейчас не только по-гречески, так что ты найдешь с ними там общий язык.

Уже в шесть лет он критиковал ошибки в исполнении бессмертных произведений Моцарта и Шуберта, выводя из себя своего педагога, не знающего, что делать с этим гениальным учеником, музыкальные способности которого настолько были безграничными, что для его абсолютного слуха достаточно было лишь только раз прослушать незнакомую симфонию, чтобы воспроизвести ее до малейших нюансов. Он – это американский тинейджер Мэтт Сэведж, в двенадцатилетнем возрасте уже имевший пять собственных джазовых альбомов. Этот мальчик – музыкальный савант («савант» – в переводе с французского «знающий»). Синдром саванта – достойный спутник аутизма («аутизм» с латинского – это «погружение в себя»), у некоторых людей – своеобразный маркер безграничных возможностей человека.

Аутизм сегодня – это целый комплекс психических расстройств, характеризующихся в основном тем, что ребенок отстраняется от контактов с окружающей действительностью и живет в своем мире, в мире собственных переживаний. Причем многие дети уже в раннем возрасте так нестандартны, что, кроме всеобщего удивления, а порою и восхищения их совершенно фантастическими дарами, не вызывают у взрослых никаких других чувств. Или же поражают всех своей неприспособленностью и неполноценностью восприятия мира.

В последние годы происходит постоянная аутизация нашего общества, число аутистов прогрессивно растет, превращаясь в своеобразную «эпидемию». По данным научных исследований, только за последнее десятилетие прошлого века количество аутистов увеличилось почти в десять раз, причем в одной лишь Америке прирост таких людей за это же время составил 273 %. Так что проблемы аутичных детей – это уже и проблемы XXI века.

А для того, чтобы более наглядно представить особенности жизни такого ребенка, давайте познакомимся хотя б с одним из них. Прислушаемся к жалобам родителей, которые пришли на консультацию и массу времени потратили на то, чтобы каким-то образом втянуть или втолкнуть такого отчаянно сопротивляющегося им малыша в кабинет специалиста.

Но даже несмотря на то что его все-таки втолкнули, малыш и в кабинете, ничего не замечая, настаивает на своем, не в силах скрыть нахлынувшую ярость, и в исступлении колотит маму в грудь, весь в напряжении, натянут как струна, которая в любой момент готова разорваться. Ребенок на пределе всех своих возможностей и сил. Ему необходимо вырваться наружу, как будто стены давят на него, а обстановка дико раздражает, хотя он и не видит обстановку, а может быть, не хочет или же не может видеть… Он сам в себе, он поглощен собой.

Любой вопрос к нему оставлен без ответа, такое чувство, что он не умеет говорить. Но мама, так и не сумев хоть как-то справиться с ребенком и попросив отца забрать его домой, упорно утверждает, что в свои три года он может без умолку говорить часами и нем как рыба лишь в присутствии других.

Ребенок знает наизусть десятки сказок и столько же, наверное, стихотворений. Когда он слушает пластинки для детей, его вообще ничем нельзя отвлечь. Он повторяет из них фразы и слова. Малыш довольно рано начал говорить, намного раньше своих сверстников. Вначале – говорить, потом – ходить. Но удивительное все-таки не в этом, а в том, что первыми словами его были не столь привычные нам «мама», «папа», а романтичные «поэзия» и «роза». Да, да, «поэзия» и «роза». Конечно же он этими словами буквально всех ошеломил, даже врачей и педагогов. И с этих пор его считают вундеркиндом.

Малыш и фразы стал употреблять до года, особенно пришедшие из сказок. Он и сейчас нередко говорит цитатами, как взрослый. На днях сказал уставшей за день бабушке: «Не плачь, Принцесса на горошине, ты без труда не вытащишь и рыбку из пруда», – и попросил разгневанного папу: «Баранкин, будь же человеком!», а брата обозвал внезапно «Котом в сапогах», потребовав, чтобы он больше не трогал «Спящую красавицу» (то есть сестру). А тетю, тетю довел чуть не до инфаркта, назвав ее при посторонних «Тетушка Зубная боль». Он и знакомым тоже всем приклеил ярлыки: от Красной Шапочки до Гулливера. Никто не может догадаться о том, что взбредет в голову ему в любой момент. Он и себя обычно называет как-то странно, не «я», а, как цари, «мы», словом, во втором и даже в третьем лице. Его любимое занятие – придумывание особых, новых слов, которые не могут понять остальные, настолько они временами у него оторваны от окружающей действительности, как будто бы ребенок наслаждается не смыслом, а звуком их и музыкальным ритмом. Он даже произносит все по-разному: то убыстряя темп, то замедляя, переставляя слоги или же «глотая» их.