Улыбка девушки с экрана
Шрифт:
– Гаятэ Эля, - продолжил он, уже серьёзно, - на самом деле сегодня вы уже увидели, услышали всё необходимое для рекламы картофеля, и даже попробовали его. Поэтому предлагаю вам остаться ещё погостить на планете, чтобы я смог показать вам её достопримечательности, или вы можете уехать завтра. Я провожу вас до космопорта. Сам останусь здесь — дела пока требуют постоянного присутствия на Актинии.
– Лучше уеду завтра!
– почти не задумываясь, ответила я, сразу решив, что так будет разумнее.
Ильяс промолчал, услышав мой ответ и оставшийся путь мы больше не разговаривали. Когда прилетели к дому, он опять помог мне выбраться и я засеменила мелкими шажками к своей комнате, пожелав спокойной ночи и не поднимая глаз от смущения.
Уже у себя в комнате избавилась от покрывала и приняла душ, смыв солёную воду. Лёжа в пижаме в кровати, попыталась уснуть. Но мысли всё время возвращались к маену Шереметьеву. И картинки, возникавшие в голове, не всегда были приличными. Я вздыхала, ворочалась, но сон не приходил. «Завтра скажу, что хочу остаться на выходные!» - решила наконец и сразу погрузилась в сон.
Утром проснулась в хорошем настроении. Умываясь, даже напевала какую-то модную песенку. Надела белый сарафан с красным тонким поясом, покрутилась перед зеркалом, вполне довольная своим видом.
Улыбаясь, спускалась по лестнице. Когда добралась до столовой, то замерла. Рядом с Ильясом за столом сидела роскошная блондинка. Красиво уложенные волосы, безукоризненный макияж и изысканное платье — вот, что первое пришло на ум, глядя на неё. Стол уже был накрыт для завтрака. Блондинка накрыла своей холёной рукой ладонь маена Шереметьева, лежащую на столе. Радостное настроение у меня сразу пропало и я растерянно проговорила:
Доброе утро!
Молодая женщина высокомерно оглядела меня, усмехнулась и сказала:
– Доброе утро! Меня зовут Илона! Я — жена Ильяса!
Мне захотелось громко крикнуть: «Как? Почему? Этого не может быть!» Но я смогла справиться с эмоциями и только удивлённо посмотрела на заказчика.
– Бывшая жена, - устало пояснил он и легко убрал свою руку от красавицы.
– Доброе утро гаятэ Коромыслова! Илона, знакомься, это Эля Коромыслова, она разрабатывает рекламное видео для компании.
Ильяс выглядел невыспавшимся и измученным какими-то проблемами. Теперь, когда стало ясно, что он меня не обманывал, хотелось подойти к нему, разгладить рукой морщины на лбу и поцеловать, чтобы вернулась его улыбка. Экс-жена изучающе смотрела на меня, чем сковывала все мои взгляды и движения. Я не знала, как при ней сказать, что хочу остаться. Поэтому просто молча сидела. Илона же только иногда зачёрпывала ложечкой йогурт. В основном она склонялась к уху Ильяса и что-то шептала ему с улыбкой. Он слушал, но никак не комментировал.
– Гаятэ Эля, вы уже собрали вещи?
– спросил мужчина, заметив, что я пристально наблюдаю за ними, хотя это уже выглядит неприлично.
– Да, - почти не соврала, просто я их и не распаковывала ещё.
– Тогда сейчас я провожу Илону и отвезу вас в космопорт, - сообщил он, вставая из-за стола.
Когда они с Илоной вышли из столовой, я подошла к окну. Терпеть не могу оставаться в неизвестности. Я должна знать, что у них за отношения! Выглядывая из-за шторы, я увидела, как они подошли к ярко-красному неомобилю, которого раньше точно не было на стоянке. Блондинка легко запрыгнула на место водителя и, наклонившись к бывшему мужу, поцеловала его. Дальше я смотреть не стала. Щёки у меня и так уже горели. Я быстро побежала к себе,проверила, чтобы все вещи были уложены, а потом попыталась читать записи на лайне. Вскоре перестала делать вид, что хоть как-то могу думать о работе. Перед глазами всё время стояла сцена с поцелуем около красного неомобиля. И только один и тот же вопрос повторялся в мыслях: «Почему он так долго её провожает?»
Наконец внизу стукнула дверь и послышались шаги по лестнице. Я схватила сумку и вышла из комнаты. Ильяс мрачно глянул на меня, забирая сумку, и мы направились вниз. На улице ярко-красного неомобиля уже не было. Я села на такое привычное пассажирское место. Влажный комок из полотенца и моей одежды с пляжа уже исчез.
– А где мои вещи?
– поинтересовалась у заказчика.
Он непонимающе посмотрел на меня.
– Купальник, шорты и футболка, - смущаясь, напомнила я.
– Их Марта забрала постирать, - ответил он хмуро.
– Обещаю, вам всё вернут.
Я согласно кивнула. В этот раз Ильяс вёл неомобиль гораздо быстрее, пейзаж внизу мелькал калейдоскопом. В космопорту он проводил меня до нужной арки и вручил мою сумку с вещами.
– Дальше вы уже знаете процедуру переноса. После выходных я позвоню вам, узнаю, как обстоят дела с проектом. Прощайте, гаятэ Эля!
– сказал маен Шереметьев и ушёл как только я тоже попрощалась.
Я долго смотрела ему вслед, но он так и не обернулся. Тогда решительно направилась на проверку документов, не колеблясь вошла в арку. Теперь я не закрывала глаза и увидела, что перенос — это очень скучно. Такое впечатление, что стоишь среди серого тумана и внезапно на тебя падает свет, это и есть выход из арки. Всё длилось не больше минуты. В прошлый раз у меня и то было больше впечатлений.
Вернувшись в свою квартиру, я первым делом позвонила Маринке. Подруга обрадовалась, что я так быстро с ней связалась и пригласила к себе в гости.
Она сама встретила меня на остановке неомнибуса.
– Ты так похорошела, Марина!
– восхитилась я, едва увидев подругу.
– Тебе давно надо было встретить Дамира!
Мы засмеялись и она согласилась:
– Он действительно делает меня счастливой! А как твоя поездка?
– Хорошо, - кратко ответила я.
Марина внимательно посмотрела на меня, но ничего не сказала. К тому времени мы уже добрались до интерната «Жаворонки».
– Все гостевые комнаты заняты, так что придётся тебе ночевать у меня, - продолжила подруга.
– Сама виновата, из-за рекламы у нас наплыв посетителей!
А к нам уже подбегали дети с криками: «Мам Марин, а Колька жульничал!», «Мам Марин, а когда мы на экскурсию полетим?», «Мама Марина, а это та тётя, которая рыб рисовать умеет?»
Подруга просто светилась от счастья, когда воспитанники её окружили. Она всем по очереди отвечала, махнув мне рукой, что идём к гостевому корпусу.