Чтение онлайн

Здесь царила смерть. Ее спокойное дыхание ощущалось везде. Стоило протянуть руку — и к пальцам начали ластиться темные нити энергии нижних миров.

Мадлен шла между рядами ухоженных могил, наслаждаясь покоем.

— Ищите кого, леди?

Мадлен оглянулась на голос. На лавочке у могилы, почти полностью скрытая от постороннего взгляда зарослями сирени, сидела слепая. Руки ее были испачканы в земле, а рядом стояла корзинка с сорванными сорняками. Что удивительно, ни один цветок в корзинку не попал.

— Нет, не ищу.

— Я здесь всех знаю, — старушке явно хотелось поговорить. — Вот в этой могилке похоронен первый градоправитель. Тот самый Гэвин, которого прозвали Гэвин Большие уши за то, что он мог слышать, как растет трава. Хотя, возможно, люди и врут. Разве простой человек, не колдун даже, может слышать траву?

Мадлен присела рядом. Раньше она и подумать не могла, что будет радоваться возможности поговорить с простолюдинкой. Но последнее время Мадлен общалась только с наставником, а его никто не назвал бы доброжелательным собеседником.

Оказалось, это так приятно — просто сидеть рядом с человеком, который тебя не боится, пусть даже рассказывает старые сплетни о давно умерших людях.

Мадлен расслабилась. Она почти не слушала, что ей говорит старушка. Кирьян прав, кладбище — отличное место для отдыха.

Между могилами показался черный плащ некроманта. Наставник? Мадлен привстала, чтобы рассмотреть получше. Черный плащ полностью скрывал фигуру, и сказать с уверенностью Кирьян это или другой темный волшебник, было невозможно.

Некромант положил на могилу букет ромашек, постоял с минуту и ушел, так и не заметив, что за ним наблюдали.

— Скажите, а кто похоронен через три могилы от Гэвина? Там еще такой памятник красивый: птица покоя расправила крылья. Он здесь один такой.

— Там Глория спит, — старушка печально вздохнула. — Я ее помню. на совсем молоденькая была, когда ее за того толстого Ганса отдали, хозяина трех мясных лавок. Это ж сколько времени пролетело? Я тогда еще только бегала на свидания к Рону. Рон — это мой муж, смотритель кладбища. Когда Глория померла, он уже занимал эту должность. Так… Это лет семьдесят, поди, прошло. А Рон мой умер в прошлом году.

— А как же Глория?

— Глория умерла совсем молодой. Слегла, а муж ей целителя не вызвал, денег пожалел. Вот ее темная госпожа к себе и забрала. Хоронили Глорию с помпой. Ганс, хоть и скупердяй, но чтоб перед родителями жены не позориться, устроил пышные похороны. Тогда ещё слухи ходили, что он специально жену уморил. Из ревности. А через год вернулся этот менестрель.

— Какой менестрель?

— Красивый такой! Волос черный, глаза зеленые, высокий, стройный, а пел как! Мы с Роном хотели его на свою свадьбу пригласить, да только не было его на то время в городе. Он с Глорией вроде как мутил что, вроде как даже замуж звал. Понятное дело, что ему отказали. Он кто? Бродяга. А отец Глории бакалеей торговал. Когда ее за анса просватали, то он предложил сбежать вместе. Да только Глория не решилась против воли родителей идти.

— И что потом?

— А что потом? Забил он Ганса до смерти. Кнутом запорол. Говорили, на ансе живого места не осталось. Эх. Да что там рассказывать. Он как анса убил, так пошел в ближайший кабак и напился. Говорили, все деньги спустил и даже лютню пытался кабатчику заложить. Там его и взяли на следующий день. Потом суд был, да он и не отпирался. Эх. Такой красивый был.

— И что с ним случилось?

— Как что? Повесили, как же иначе. Приговор тогда на главной площади огласили.

Старушка замолчала, погрузившись в воспоминания.

— А вы помните, как звали менестреля?

— Как его звали? Кирьян. н не местный. Говорили, он вроде как из Серых гор родом.

— Вот как, — Мадлен снова посмотрела на букет ромашек, лежащий на каменной плите. Тяжело было представить наставника в роли влюбленного красавца-менестреля. С другой стороны, она и сама сильно изменилась, а ведь с момента инициации прошло лишь несколько дней.

Попрощавшись с болтливой старушкой, Мадлен отправилась искать место для медитации.

Найти ещё одну спрятавшуюся в разросшихся кустах скамейку у старой могилы, где даже надписи на камне памяти давно стерлись, не составило труда. Силы на погосте было вдоволь, нити сами льнули к ее неопытным рукам, и Мадлен с удовольствием повторила все те плетения, что ей успел показать наставник.

Лишь вечером она с сожалением покинула кладбище и вернулась в дом.

На пороге ее встретил Кирьян.

— Где Регул?

— Не знаю. Он ушел, когда мы были на площади.

— Когда?

— Днем.

— И ты за весь день не смогла его найти?!

— Я не…

— Или ты его даже не искала? Глупая гусыня!

— Мэтр Кир, я не знаю…

— Молчи. Просто молчи, — Кирьян вышел во двор. Мадлен поспешила следом.

— Куда вы, мэтр Кир?

— За Регулом.

— Вы знаете, где он?

— Нет.

— Тогда как же?

— Привыкай пользоваться внутренним зрением. Основа нашего мира — энергия.

Мадлен закусила губу. Наставник держал в руке путеводную нить: наверняка нашел Регула тем же способом, каким она совсем недавно искала источник.

— Вы думаете, он в беде?

— Скоро узнаем, — Кирьян шел быстро, Мадлен приходилось почти бежать, чтобы успевать за его размашистым шагом.

— Но ведь он может постоять за себя. Тогда в пещере…

— Ты сожгла его. Чудовища больше нет. Есть ребенок с огромной силой и без знаний о себе и о мире. В умелых руках он может стать опасным оружием.

— Поэтому вы хотите держать его при себе?

— Да.

Больше Кирьян не сказал и слова. Он шел напрямую. Через дворы, парк, храм Соло, старые склады. Мадлен несколько раз теряла его из виду, и тогда Кирьян возвращался. По его сжатым губам Мадлен видела, что наставник недоволен задержкой, и вновь ощутила себя бесполезной обузой. Однако вслух Кирьян не обвинял ее, молча помогая перелезть через очередное препятствие.

Нить привела в трущобы у городской стены. Кирьян направился прямиком к ближайшей лачуге. Мадлен же попыталась обойти кучу мусора, в которой кроме гниющих отходов лежал труп полуразложившейся собаки.

Жуткая ругань заставила подпрыгнуть на месте: из-под старой мешковины вылез нищий. От него разило кислым пивом и брагой. Матерясь, он погрозил Мадлен костылем и, зажав его под мышкой, побрел прочь.

Злясь на собственную нерасторопность, Мадлен догнала наставника, успевшего ударом ноги выбить дверь.