Чтение онлайн

– Прости, Варька, - покаянно пробормотал Славка-Владик.
– Твой мотив по сравнению с нашим, конечно, пустяковый. И вообще Прошка прав, его и мотивом-то не назовешь.

Они так старательно избегали смотреть друг на друга и на остальных, что у меня сжалось сердце.

– Чепуха! Никакой это не мотив, - решительно заявила я.
– Вы оба программисты от Бога, вас в любую приличную фирму примут с распростертыми объятиями. А если учесть, что вы сами занимались сбытом и установили контакт с заказчиком, то у вас и проблемы-то никакой не было. Даже ссориться с Мироном было не обязательно. Разделили бы полюбовно фирму, вы бы своими программами продолжали заниматься, Мирон пусть бы свои игрушки лепил, и все довольны.

Славки немного просветлели и перестали наконец разглядывать обувь. Я перевела дух и поспешила увести разговор в сторону:

– Я вообще не уверена, что Марк прав и Мирона убили. Думаю, он все-таки мог погибнуть по нелепой случайности, а убийца просто воспользовался удобной возможностью, чтобы Нинку устранить.
– И я повторила свою версию о злодее из пансионата.

Все задумались.

– Такие совпадения бывают только в книгах, - не согласился Леша.
– Чтобы этот гипотетический Нинкин смертельный враг случайно остановился в том же пансионате, сумел остаться неузнанным, дождался, пока Мирон разобьется, а ей дадут снотворное и оставят одну, - нужно просто невероятное стечение обстоятельств.

– Как раз наоборот - в детективах всегда убивает кто-нибудь из своих, возразила я.
– Причем с каким-нибудь вывертом. Например, у той же Агаты Кристи убийца прикончил бы Мирона в качестве отвлекающего маневра, чтобы никто не догадался о его истинном намерении - избавиться от Нинки.

– А может, так оно и было?
– задумчиво произнес Прошка.
– Может, мы взялись за дело не с того конца? Давайте предположим, что Нинку убили независимо от Мирона. Какими мотивами мог руководствоваться убийца?

– Перестаньте вы говорить ерунду, - буркнул Марк.
– Здесь вам не роман. Если вы и дальше будете фантазировать в том же духе, мы только потратим время на пустые разговоры. Я ничуть не сомневаюсь, что настоящей целью убийцы был Мирон. На этом и нужно сосредоточить внимание. Варька права, у Славок мотив не очень убедительный, но все-таки он есть. Если порыться в фактах как следует, всплывут и другие мотивы.

– Так что ты предлагаешь? Чтобы все начали стучать себя кулаками в грудь и каяться в недобрых чувствах к Мирону?
– заговорила я, но тут мой взгляд упал на Ирочку.

Она сидела за столом, обхватив голову руками. Славка проследил направление моего взгляда и встревоженно обратился к жене:

– Ириша, что с тобой?

– Голова что-то разболелась, - пожаловалась она вымученным голосом.

– У вас есть какие-нибудь лекарства?
– спросил у нас Славка.

– Вагон и маленькая тележка, - ответила я.
– Тебе какого? Анальгина, пенталгина, седалгина, максигана?

– Седалгина, если можно, - простонала Ирочка.

Я хотела послать за аптечкой Прошку (рекордным количеством медикаментов мы, естественно, были обязаны ему), но они с Генрихом возились у костра. Пришлось лезть в палатку самой. Аптечка, по счастью, оказалась сверху, а не то я пропала бы в недрах Прошкиного рюкзака навсегда. Перебирая упаковки с таблетками, я наткнулась на солидную бутылку с огромным дохлым комаром на этикетке. Я так и подпрыгнула от злости, когда ее увидела. Мы едва не охрипли, убеждая Прошку, что никаких комаров в Крыму не водится. В конце концов Марк лично выкинул эту бутылку из аптечки и строго-настрого запретил Прошке к ней прикасаться. Выходит, Прошка тайком сунул-таки это зелье обратно.

Я нашла нужные таблетки, запихнула аптечку в рюкзак и с бутылкой в руке вылезла из палатки.

– Что это такое?
– возмущенно спросила я Прошку, предварительно вручив Ирочке седалгин.

Марк, увидев знакомую бутылку, пришел в бешенство.

– Ты все-таки взял с собой эту гадость?
– обрушился он на струхнувшего Прошку.
– И где же ты ее, интересно, прятал?

У Прошки забегали глазки. Поскольку отвечать на вопрос он явно не собирался, удовлетворить любопытство Марка поспешила я:

– В аптечку, под лекарства запихнул.

В глазах Марка появился нехороший блеск.

– Та-ак! Значит, я тащил ее на своем горбу?

– Как это: ты тащил?
– удивилась я.
– Разве аптечку сунули не в Прошкин рюкзак?

Обвиняемый опасливо покосился на нас с Марком и на всякий случай отошел подальше.

– Он по дороге нагрузился всякой дрянью и уговорил меня взять лекарства к себе, потому что у него в рюкзаке места не хватало, - объяснил Марк.
– И я, как последний дурак, согласился! Сейчас я этого мерзавца придушу своими руками.

– Ага! Все слышали?
– завопил Прошка.
– Проговорился, голубчик? Теперь ясно, кто у нас маньяк-душитель. Караул, убивают!

– Не надо так шутить, - сказал Генрих с чувством, так, что даже Прошка устыдился.

Я поставила пресловутую гадость на землю и пошла помогать Генриху разливать чай. Вернее, разливал он, а я разносила кружки. Леша принес продукты, Прошка надолго скрылся в палатке и вернулся с очередным лакомством, Владислав с Татьяной вызвались нарезать хлеб, второй Славка открывал консервы. Благодаря этим простым будничным занятиям атмосфера немного разрядилась, и все, испытав заметное облегчение, молчаливо решили к опасной теме не возвращаться.

По первой кружке чая мы выпили в блаженной тишине. Все, кроме Марка. Горячий чай он никогда не пьет - ждет, пока вода остынет. Только когда все налили себе по второй порции, Марк взял свою кружку и сделал два жадных глотка. Третьего глотка у него не получилось. Он вдруг вскочил, выплюнул чай и закашлялся. Генрих с Прошкой бросились ему на помощь, которая заключалась в том, что они принялись остервенело лупить Марка по спине.

– Что... кто... Прекратите!
– сумел наконец выговорить Марк.
– Что за гадость всыпали мне в чай? Твои фокусы, Прошка?

– Мои фокусы!
– возмутился Прошка.
– Я подобными шуточками с детского сада не занимаюсь.

Марк подозрительно посмотрел на меня.

– Да ты что!
– опередила я его вопрос.
– Я в маразм еще не впала. Может, у тебя просто неприятный привкус во рту?

– Ничего себе привкус! Попробуй сама, - и Марк протянул мне свою кружку.

Я осторожно сунула в нее язык и тут же скривилась. На вкус жидкость в кружке ничем не напоминала чай. Скорее желчь. Жгуче-горькая, со специфическим едким привкусом.

– Что же это такое?
– недоуменно спросила я.
– На соль, во всяком случае, не похоже.

Прошка взял кружку у меня из рук и понюхал. На его физиономии отразилось неподдельное изумление, тут же сменившееся выражением нашкодившего кота.

– Ну так что это?
– прокурорским тоном потребовала я ответа.

– Кажется, запах напоминает средство от комаров, - неохотно ответил Прошка.
– Но это не я, честное слово!
– торопливо добавил он.

Я посмотрела туда, где недавно бросила злосчастную бутылку. На месте ее не оказалось.