Уникум (Язык мой - враг мой)
Шрифт:
– И ты туда же?
– Я посмотрела на него с упреком.
– Тоже решил принять участие в травле? А это, между прочим, чистая правда. Ну, может, о еде речи не было, но нельзя же к человеку из-за таких мелочей придираться!
На этот раз никто не нашелся с ответом.
– Варька, а ты, часом, не спятила?
– осторожно спросил один из Славок.
– С чего это следователь прокуратуры решил провести с тобой вместо допроса светскую беседу?
– Сама удивляюсь! Может, я так его очаровала, что он просто забыл о своих обязанностях? С вами-то он о чем говорил?
– С нами, насколько мы успели выяснить, он использовал один и тот же сценарий, - ответила за всех Татьяна.
– Сначала спрашивал каждого о позавчерашней вечеринке и отношениях с Мироном. Словом, хотел нас убедить, что явился в пансионат исключительно из-за его гибели. Дескать, скорее всего, произошел несчастный случай, но положено разобраться, а то мало ли что... Потом этот Белов тихой сапой подводил разговор к Нине. Расспрашивал участливо так, - как она восприняла известие о смерти мужа, как мы ее успокаивали, как в медпункт устраивали, заходил ли кто ее навещать. Отсюда беседа плавно переходила к нашим взаимоотношениям с Ниной. Под конец он огорошивал каждого известием о душителе и впивался в нас цепким взглядом. С небольшими вариациями он повторил этот спектакль восемь раз.
– Тогда понятно, что на девятый ему все это до смерти надоело, прокомментировала я.
– То-то он меня про маму с папой начал расспрашивать.
– Но не все же время он потратил на разговоры о твоих родственниках?! выразил общее недоверие Прошка.
– Ну, большую часть. Потом ему позвонили по телефону, а я заснула. А когда проснулась, Белов наскоро спросил, где мы были и что делали вчера днем и позавчера вечером, и быстренько распрощался. Правда, свидание на завтра назначил. На одиннадцать часов. А вам назначил?
Все дружно помотали головами.
– Нас он только предупредил, что ему, возможно, понадобится что-нибудь уточнить и в этом случае он вызовет нас снова, - сказал Марк.
– Одно из двух, Варвара: либо этот тип по каким-то непонятным причинам сразу же снял с тебя все подозрения, что представляется, по меньшей мере, странным, либо, наоборот, решил сосредоточить на тебе главный удар.
– Почему же тебе это представляется странным, что он снял с меня все подозрения?
– вскинулась я.
– Любой нормальный человек с первого взгляда на меня сразу же поймет, что такую скромную, милую и спокойную женщину просто нелепо в чем-то подозревать. Не то что некоторых.
– Кого это некоторых?
– вдруг взвилась Ирочка.
– Нас? Нас, значит, можно подозревать?!
– Она вскочила, уперла руки в боки и заголосила во всю мощь своих здоровых кордебалетных легких: - Мы, значит, тут все на убийц похожи! Да что ты такое несешь? Неужели хоть кому-то - даже этому болвану из прокуратуры - может прийти в голову, что этот отвратительный маньяк - один из нас? Да как у тебя язык не отсохнет? Если ты думаешь, что это удачная шутка!..
– Ирочка, успокойся, - совершенно серьезно сказал Славка.
– Тебе нельзя так волноваться, это может сказаться на цвете лица.
И - кто бы мог подумать?
– довод супруга подействовал на Ирочку самым чудодейственным образом. Она не только тут же умолкла, но и вся словно обмякла, лицо приняло умиротворенное выражение, поза стала свободной и расслабленной.
– Вообще-то нам, наверное, пора, - заметил Генрих.
– Уже довольно поздно, а Варьке завтра с утра идти к следователю.
– Ого! Уже совсем стемнело!
– спохватился Прошка.
– А мы фонариков не взяли. Теперь в темноте будем по камням добираться! И в гору лезть!
– Я свой захватил на всякий случай, - сообщил предусмотрительный Леша. Думаю, и одним как-нибудь обойдемся.
– Да, сейчас действительно пора расходиться, - сказал Славка-Ярослав.
– Но вообще-то нам нужно серьезно все обсудить. Вы как, завтра Варвару провожать пойдете?
– Пожалей их, Славка!
– взмолилась я.
– Они же каждый день сюда мотаются, иногда даже по два раза. Добавьте сюда бессонницу и отсутствие аппетита на нервной почве. Так и загнуться недолго.
– К Прошке это не относится, - тут же внес поправку Марк.
– Он на нервной почве ест и спит в два раза больше. Так что его-то мы и дадим тебе в провожатые. А то, если он будет на одном месте сиднем сидеть, до Москвы его потом не дотащим.
От возмущения Прошка не сразу нашелся что ответить.
– Наглая ложь!
– завопил он наконец.
– Я две ночи не спал! И не ел почти ничего. С меня скоро штаны будут сваливаться.
– Ну, это, положим, вранье, - осадил его Леша.
– Спать ты действительно не спал, но главным образом потому, что всю ночь шуршал пакетиками с едой.
Прошка как-то сразу стушевался. Уж кто-кто, а Леша всегда говорил правду, и все это отлично знали.
– Ну ладно, - пришел на помощь Прошке Славка.
– Тогда, Варвара, зайди к нам, когда со следователем управишься. Мы тебя до лагеря проводим. Там и поговорим.
Долгое время мы шли по берегу молча. Прошка напрасно боялся темноты - над морем висела полная луна, такая яркая, что камни на берегу отбрасывали тени. Тихо плескались волны, шуршала под ногами галька. Я плелась в хвосте нашей печальной процессии, не отрывая глаз от серебряной лунной дорожки на воде. В конце концов не выдержав тягостного молчания, я решила затеять разговор на какую-нибудь нейтральную тему. Хотелось немного снять напряжение и растормошить совершенно сникшего Генриха.
– Что-то Славка в последнее время начал преподносить сюрпризы, заговорила я.
– Кто-нибудь может мне объяснить, какого дьявола он женился на этой безмозглой кукле? Неужели даже самые умные из мужиков теряют голову при виде хорошенькой мордашки?
– Только не Славка, - откликнулся, к моей радости, Генрих.
– Славка поступил в точном соответствии со своей установкой. Видишь ли, как человек вдумчивый, он привык взвешивать свои поступки. За пять лет он насмотрелся на мехматовских девиц и решил, что ему нужна жена совсем другого склада. Нет, ты не думай, наши девочки ему очень нравятся, просто, как он утверждал, с умными женщинами все время нужно быть в форме. А ему хотелось, чтобы в присутствии жены можно было расслабиться. Пусть она радует глаз красотой и щебечет о каких-нибудь милых пустяках. Славка считает, что дома вовсе ни к чему разговоры о мировых проблемах и последних научных достижениях. Дом нужен для отдыха, физического и душевного. А потому вовсе не обязательно, чтобы жена была семи пядей во лбу, даже наоборот. Вот он и выбрал Ирочку.
– Знаешь, Варька, как ему все мужики на свадьбе завидовали?
– подхватил Прошка.
– Ирочка была просто сногсшибательно хороша. И весела, как птичка. Кто-то из наших мехматовских ребят сказал, что теперь готов поверить в Славкину теорию брака.
– Между прочим, Ирочка хорошая хозяйка, - добавил Генрих.
– Я дважды заходил к Славке по делу довольно неожиданно и оба раза был привечен, вкусно накормлен и напоен.
– Ладно, убедили, - сдалась я.
– Тем более что я сегодня своими глазами видела, как ловко он с женой управляется. Несколько слов сказал - и ее словно подменили. А ведь если бы не Славка, она бы точно мне глазки выцарапала.