Чтение онлайн

Стало ли мне легче и проще от этих слов?

Не знаю. Вот прямо пошесть незнаний и непониманий. Куда не кинь оком - все мутно, непонятно, и крайне туманно. И никто ни о чем не в курсе.

– Я не могу просить тебя подождать, пока я изволю понять, в чем же дело, и где тут собака зарыта. Никогда не думал, что у меня есть такое право. Но единственное, Монгрен, что я точно знаю - ты не сумеешь прогнать меня из своей жизни, даже если изо всех сил своих возжелаешь. Хорошо это, или плохо - время покажет. А пока давай-ка ты отдохнёшь. И потом побежишь проведывать своего чокнутого влюблённого демона.

– Полудемона - хрипло поправила я, растирая по щекам упрямые слёзы - Он Полудемон, ваша милость.

Его милость хмыкнул вполне бодро, и даже в некой степени глумливо.

– Удивительно легко бывает об этом позабыть, до того назойлив наш Роррей.

Наряд, пожалованный мне для целительных лежаний в праздном безделье, смущал меня безмерно.

Не то, чтоб я всерьёз ожидала, что в постели мне позволят валяться в штанах и тунике, к примеру. Это было бы и неудобно, коль на то пошло.

Но! Мне ведь довелось три года прожить в тесном соседстве с мавкой. Ну, не полностью целиком мавкой, однако же замашки и вкусы у неё были, да и есть, я думаю, абсолютно точно мавьи.

И, что касается ночных одеяний - тут мне довелось повидать всякого! Оттого и удивить меня трудно. Однако ж тёмные эльфы, то бишь, эти самые дроу - они, по всей видимости, некогда приняли какой-то своеобразный вызов, не удивлюсь, если как раз от мавок.

И в соревновании этом воображаемом уверенно взяли первый приз.

Потому как наряд мой почивательный переплюнул все, ну вот совершенно все, что только довелось мне перевидать в мавьих закромах бездонных.

А ведь поначалу, на самый первый взгляд - ничего такого. Вполне себе приличная вещица.

Ткань неизвестного мне названия и происхождения по тону была точь-в-точь как голая кожа. Ну, возможно, чуть подсвеченная светом неяркой свечи, о, как я завернула!

Но так в самом деле выглядело, да.

Целомудренной длины, аккурат до середины колена, и скромным выкатом на груди. Кружево бретелей лежало на плечах невесомо и едва заметно - казалось, эту сорочку вообще ничто не держит.

Совершенно полностью, до крайности, обнаженная спина. И такая же полупрозрачная кайма кружева по краю подола.

В руках держишь - прелестная, очевидно дорогая, и благородная вещь. Ничуть не прозрачная, очень достойно все.

Но вот стоит в неё облачиться....

Я словно бы только вышла из воды, нагая, лишь в легком росчерке пены над коленями. Ткань светилась немилосердно, не то, что не скрывая - все как-то разнузданно преподнося и обрамляя удачно.

В таком даже спать стыдно. Прям в зеркало взгляну на себя - и краснею мучительно тут же, до самых пяток.

Не иначе, как руководствуясь именно этим соображением, в "таком" я и отправилась к Роррею. Завязав вокруг шеи, на всякий случай, простыню, конечно, а то мало ли?

Нет, нет, и ещё раз нет. Никаких эдаких мыслей не вынашивала моя бедовая головушка, ни-ни. Просто вокруг твёрдо и уверенно царила глухая ночь. А я утомилась пытаться найти себе место в размышлениях о том, как он там? И ждать утра, более подходящего наряда, и положенного момента - сил уже не было.

Ведь вероятнее всего, что Эльмар спит. Спит крепко, ибо ж ночь темная! А он столько всего перетерпел, наверняка же спит.И я не стану его будить, если так - всего лишь взгляну на него, целого, невредимого, живого, настоящего!

Кому это может навредить, ну в самом деле? Тем более, что я же тихонечко.

Двери покоев Роррея были прикрыты. Не заперты, а прикрыты, неплотно. Возможно, его навещал придворный маг-лекарь?

В отблесках догорающего лениво в камине огня по комнате плясали причудливые тени. Я осторожно прикрыла двери за собой, помялась миг - и шагнула вперед.

Он смотрел на меня спокойно. Просто смотрел. И в глазах его, самых зелёных в мире, сна не было ни капли.

Что сказать? Что можно сказать мужчине, который за тебя просто и легко решил отдать жизнь? Что сказать ему, чтоб он понял, что ты не просто благодарна, нет - ты понимаешь его, знаешь, каково это, и чувствуешь все точно так же?

– Не спишь?
– Гениально. Выбрала самое верное, вот лучше ничего не нашла. А то ж не видно, что он не спит!

– Тебя не обманешь - протянул Эльмар, сощурившись несколько настораживающе - Тебе узел в шею не жмет?

Голос его, и тон, и прищур - все это показалось мне отчего-то странным и тревожащим. Будто в мелодии знакомой появился откуда-то какой-то новый аккорд. Не фальшивый, а просто новый. И вроде бы мною уже слышанный, только не упомнить, когда. И что сие должно обозначать.

– Эээээээ, нет - для верности я непринуждённо потрогала узел пальцами - А ты как себя....чувствуешь?

Полулёжа среди немалого количества подушек, что тут, наверное, в принципе принято, ну, количество подушек, я имею в виду, Роррей согнул под покрывалом ногу. И эдак слегка покачал коленом туда-сюда, отчего лавандовая ткань прокатилась невысокой волной - тоже туда-сюда.

– Я?
– его улыбка враз стала злобной - О, я себя чувствую отлично. Куда лучше, чем сейчас будешь себя чувствовать ты!

"Ты" он уже практически рявкнул, да ещё и для понятности ткнул в меня пальцем, будто тут ещё кто-то был, и существовала опасность быть понятым неверно!

Признаться, я тут же опешила. И смогла только вытаращиться на бывшего отличника магов в онемении и праведном возмущении.

А он вскочил, оказавшись облаченным в какие-то легкие штаны на завязке, аккурат под пупком. Отчего-то именно вид этой завязки вдруг откровенно огрел меня пониманием того, что несостоявшийся выпускник изволит быть почти полностью раздетым.

Эта мысль почему-то стала мешать мне гневаться на возмутительные вопли и тыканья в меня обвиняющим перстом.

Что тут странного, собственно? Он же в постели. Не в мундире же местном ему в постели лежать? Нет, не в мундире, точно.

– Ты! Я тебя удушу!
– продолжил тем временем обладатель всех этих полуобнаженных груди, рук-ног, глаз, губ, плечей....
– Магистр Лиотанский!?!? Ты свихнулась?!?!?! А если б он тебя убил, Монгрен?! Если б он тебя убил, знаешь, что было бы?!

Он наступал на меня медленно, тяжко, а я пятилась неосознанно назад, хотя и ежу понятно, что ну не убьётся же он меня за то, что мэтр Лиотанский мог меня умертвить? Уже ж это несколько запоздало, волнение такое, ибо ж не убил?