Чтение онлайн

— Слушай, это было… просто супер! — радостно прошептал он.

Девушка улыбнулась. Албалийский, особенно в исполнении Мэта, не очень подходил для выражения восторгов по поводу красоты языка Аин.

— Я, конечно, мало что понял, — быстро добавил Мэт, — но всё записал. Можно я к тебе сегодня после занятий загляну?

— Конечно, можно.

— Наверное, это не очень честно, но так не хочется разочаровывать профессора… Ну, и как тебе бейсбол?

— Что? — не поняла Ниа.

— Как тебе баскетбол? — Мэт толкнул её локтем в бок: к ним подходила Рейчел.

— А… это… хорошо, наверное…

— Идиот! — крикнула Рейчел. — Баскетбол был три дня назад!

— Привет… — Мэт виновато улыбнулся.

За столом они почти не разговаривали. Ниа чувствовала, что Рейчел ищет способ вернуть их отношения к тому, какими они были до приезда Олеума Нафта, но никак не может его найти.

Ниа решила поговорить с профессором Сатабиша. Вечером после занятия, собирая ручки, она спросила, глядя в стол:

— Профессор, вы можете предложить Рейчел тоже изучать язык Аин?

— Нет, сейчас не могу, — тихо ответил Хидори.

— Но ведь Мэту вы предложили!

— Мэту — да.

— Но какая разница? Мэт и Рейчел — друзья…

— Дело не в дружбе.

— А в чём? Я думала, язык Аин могут изучать все, кто хочет.

— Конечно, — мягко улыбнулся Хидори.

Ниа вышла от профессора в странном настроении. Если он считает, что Рейчел не может изучать язык Аин, то, наверное, так и есть. И всё же от этого деления на избранных и тех, кто ещё не готов, на душе оставалось неприятное ощущение. Как тогда понимать его слова о том, что язык Аин могут изучать все, кто хочет?

И вдруг она поняла. Да, изучать могут все, кто хочет, но Рейчел никогда не говорила, что хочет этого. Если бы она пришла к профессору и попросила научить её, он бы обязательно согласился. Но она не придёт и не попросит. Гордость и страх не позволят. Поэтому остаётся только надеяться, что когда-нибудь Рейчел сможет примириться с собой.

На лестнице послышался быстрый стук каблуков. Ливора. Бледное лицо, губы — тонкая ниточка, и круги под красиво подведёнными глазами. Проходя мимо Ниа, она чуть замедлила шаг.

— Это ты им сказала? — тихо спросила Ниа.

— А если я, то что? Побежишь жаловаться своему профессору? Не волнуйся, Доминик тоже не дурак. А я надеялась, он подумает, что это Феста… — задумчиво закончила она.

— Зачем?

— Чтобы вы убрались отсюда! Вы все!

— Ливора, пожалуйста, перестань. Он умер. Нам больше нечего делить.

— Нечего делить? Да, нам нечего делить, потому что вы забрали всё! Даже этот урод-президент спрашивает о нём вас, вас! а не меня!

— Ливора, он умер, — повторила Ниа.

— Да, да! Умер! Но и умершего — вы пытаетесь присвоить!

— Ты говоришь о нём, словно о вещи.

— Это был человек, которого я любила, которого я потеряла! И ты не будешь указывать мне, как о нём говорить! — Ливора отвернулась и побежала вниз, громко стуча каблуками. Каждый стук — месть этому месту, находящимся здесь людям, самой себе.

Каково это жить, когда каждый шаг причиняет боль, когда каждое утро просыпаешься во тьме ещё более жуткой, чем та, в которой засыпала?

Он живёт в такой же тьме. Ни на что не надеясь, ни о чём не мечтая. Шестнадцать лет. Тысячи дней. Сотни тысяч часов. Миллионы минут. И каждая минута — яд.

***

Ниа насыпала слишком много кофе и теперь, сколько бы ни размешивала сливки, напиток в стакане по-прежнему оставался густо-чёрного цвета.

— Плохо спала сегодня? — спросила Рейчел.

— Да…

— Всё в порядке?

— А?.. Конечно! Всё в полном порядке. Боюсь только заснуть во время контрольной. Больше всего не люблю контрольные: студенты пишут, а ты сидишь, как неприкаянная.

— А я вот их-то как раз и люблю, — потёр руки Мэт. — Хотя нет, это неправда. Я их боюсь. Ведь если Байри плохо напишет, значит, я плохо объяснил.

— За здоровую самокритику! — Рейчел легонько ударила своей чашкой его стакан.

— Ага… — удивлённо пробормотал он: Рейчел снова с ним разговаривает!

Ниа, смирившись, положила ложку в сторону и сделала глоток. Горько.

Занятия помогали не думать. Сегодня их было много: с Вэле, с Рои, а после ужина нужно было ещё проверить домашнее задание Мэта. Потом выбежала на улицу с Хаски. Выдержала только пятнадцать минут и вернулась домой, спасаясь от ледяного ветра, насквозь продувающего старенькое пальтишко.

Щенок тоже замёрз. Ниа сделала ему на кровати домик из одеяла, и теперь оттуда торчал только влажный нос. Потом разложила низкий столик и села на ковёр, поставив перед собой чашку горячего чая, пахнущего цветами и апельсинами.

В дверь постучали.

— Не заперто! — крикнула она, вставая.

Он прошёл через прихожую и остановился на пороге комнаты.

— Добрый вечер, Ниа.

— Добрый вечер… — растерянно ответила девушка.

— Я вам не помешал?

— Нет, конечно… Я собиралась пить чай, — она беспомощно махнула рукой в сторону стола.

— Просто хотел сказать… Эридан оставил вам свою машину, поэтому…

— Машину? Мне? — удивилась Ниа. — Но я же не умею водить!

— Ну, когда-нибудь научитесь…

— Боюсь, я никогда не смогу этому научиться. Это же физика, логика и физкультура вместе взятые.

— В любом случае, машина ваша.

— А можно, — у Ниа появилась идея, — можно я отдам её Рейчел? Эридан говорил, что подарит Рейчел на день рождения машину. Он, наверное, не был бы против.

— Поступайте, как считаете нужным.

— Да, я так и сделаю! Сейчас для Рейчел очень важно, чтобы в её жизни произошло что-нибудь хорошее! Спасибо большое!

— Мне-то за что? — в его глазах отражался мягкий свет ночника.

— Ну… я…

— Неделю назад вы предлагали мне выпить чаю, я могу воспользоваться вашим предложением сейчас? — вдруг спросил Солус.

— Что?.. А… Конечно… — она продолжала стоять, не веря тому, что слышала.

— Спасибо.

Ниа несколько секунд смотрела на него, потом сделала два неровных шага назад, пропуская его в комнату.