Чтение онлайн

— Хорошо… Конечно…

— Спасибо. Извини, у меня сегодня не самый лучший день.

— Тогда отдыхай, а я пойду.

Ниа кивнула.

Рейчел в отчаянии посмотрела на подругу. Разговор получился совсем не таким. Она не смогла сказать того, что собиралась. Хотя, на самом деле, просто не знала, что сказать.

Когда дверь закрылась, Ниа снова вытащила из-под кровати словари. Несколько часов она переводила книгу, а потом пошла к Солусу.

Он сидел на диване, рядом лежали брошенная мантия и папка с бумагами. При виде Ниа на его лице появилось странное выражение — словно он вдруг почувствовал зубную боль.

— Почему ты не на занятии?

— Мы пораньше позанимались, — улыбнулась Ниа.

— А… — нахмурившись, протянул Солус.

— Как прошёл день?

— Нормально. А у тебя?

— Тоже нормально.

— Извини, утром… я вёл себя… Не думал, что буду завидовать ему!

Ниа заглянула ему в глаза и увидела в них зависть и страх.

Он никогда никому не завидовал. Даже когда погибли его родные. Потому что ни у кого не было такой семьи! Не могло существовать второй Рины! Теперь воспоминания о встрече с Вэле вызывали приступы глухой, бессильной зависти. Этот мальчишка мог тратить время на пустую болтовню в коридоре, строить планы на будущий год. Он мог жить, не считая минут!

Ниа тихо опустилась на краешек дивана. Как и Рейчел несколько часов назад, она не знала, что сказать.

— Тебе надо лечь пораньше. Ты плохо выглядишь. Если кто-нибудь посмотрит, решит, что это ты умираешь, а не я, — он резко встал.

— Хорошо, — сглотнув, согласилась она. — Я только хотела сказать… Я завтра вечером уезжаю.

— Уезжаешь? — быстро переспросил Солус, поворачиваясь. — Куда?

— В Джансар. У моей подруги… день рождения.

— А… день рождения, — протянул он. — Хочешь, чтобы я поехал с тобой?

— Да… но… — смутилась она. — Но тебе лучше, наверное, остаться… Я ненадолго, в воскресенье вернусь.

— Четыре дня.

Ниа знала, теперь он по-другому ощущает время.

— Ты права, — перебил он свои мысли, — тебе лучше поехать одной. Я буду только мешать.

— Ты никогда не будешь мне мешать, — всё внутри неё хотело расплакаться.

— Не важно! Ты… тебя отвезти на станцию?

— Я попросила Рейчел. У тебя ведь занятия с Игни.

— Ах, ну да… Игни… — пробормотал Солус.

— Ладно… Я пойду?

Она хотела, чтобы он ответил «нет», она хотела знать, что сделать, чтобы он ответил «нет». Но она не знала. Между ними были теперь не сантиметры воздуха, а километры страха — его и её страха.

— Да, конечно, — у него получилось произнести это почти равнодушно.

Ниа вернулась к себе и достала словари.

***

Она бросила сумку на заднее сиденье и села рядом с Рейчел.

— Да, выглядим мы с тобой не очень, — пробормотала Ниа. Из верхнего зеркальца на неё смотрели две пары усталых серых глаз.

— Ты поспи, пока мы едем, — предложила подруга.

— В поезде отосплюсь. Извини, что всё время прошу тебя.

— Ниа, мне совсем не тяжело! — перебила Рейчел. — И потом, ты забыла, что это твоя машина?

— Забыла. Вообще ничего такого не помню.

Рейчел покачала головой и грустно улыбнулась.

Ниа хотела сказать что-то ещё, но через несколько минут заснула — просто отключилась. Она не слышала ни шума мотора, ни звука мелких камешков, выпрыгивающих из-под колёс.

— Мы приехали, — раздался откуда-то издалека голос Рейчел.

Ниа неохотно открыла глаза.

— Да-да, я не сплю.

Выбравшись из машины, она сходила за билетом и вернулась на скамейку к Рейчел.

— Как занятие с Вэле? — спросила подруга, пытаясь расковырять носком ботинка трещину в асфальте.

— Да никак.

— А Солус?

— Плохо, — Ниа опустила голову на руки. — Он винит себя в том, что находится рядом со мной. Мне удаётся заставить его ненадолго забыть об этом, но потом происходит что-нибудь, какая-то мелочь — и всё начинается сначала. Но самое страшное… Я никогда не скажу ему, но он прав! Я поняла это ещё с папой: не видеть всегда легче! Да, ты будешь переживать, мучаться, не спать, обвинять себя — но это не то, что чувствуешь, когда живёшь вместе!

— Ты просто железная, — прошептала Рейчел.

— Да уж, железная… — горько усмехнулась Ниа. Ей вспомнилось старое бабушкино ведёрко с дырявым дном, изъеденным ржавчиной. Воду в нём носить было уже нельзя, поэтому туда складывали сорняки.

— И он тоже. Я даже представить себе не могу, как…

— Вчера у него было такое лицо, Рейчел! Я никогда такого не видела! И я сидела и не знала, что сказать!

По рельсам загрохотал товарный поезд.

Рейчел молча обняла подругу.

— Девчата, вы чего приуныли? — спросил подошедший к ним начальник станции. — Товарняк пройдёт, и ваш поезд будет. Нельзя отправляться в дорогу с тяжёлым сердцем!

Ниа грустно улыбнулась: сейчас её сердце весило как все эти вагоны с углём, песком и шпалами.

Через несколько минут послышался гудок, и к платформе подкатился старенький состав.

— Ты вернёшься как обычно? — спросила Рейчел.

— Да, в воскресенье днём.

— Тебя встретить?

— Если не сложно.

— Конечно! Счастливой поездки! Постарайся хоть немного отдохнуть!

Ниа кивнула, поцеловала подругу и поднялась по узкой металлической лестнице в вагон. Найдя своё, как обычно пустое, купе, она открыла сумку и достала книги.

***

В Порриме шёл дождь. Сплошные потоки воды, казавшейся серой на фоне свинцовых облаков и асфальта. Зонт она, конечно, не взяла. Немногочисленные пассажиры — кто с удивлением, кто со смирением — спрыгивали с последней ступеньки, раскрывая над собой разноцветные купола, а Ниа рассеянно смотрела на дождь. Вдруг среди встречающих она заметила знакомое лицо. Он тоже увидел её, подошёл и помог спуститься.

— Здравствуй, Ниа.

Может быть, зонт отбрасывал такую тень, но его лицо, как и всё в этом городе, казалось серым.

— Здравствуй, Абель. Спасибо, что встретил.

— Отто предположил, что ты приедешь на этом поезде, — он говорил, не глядя ей в глаза.

— Да, у нас не из чего особенно выбирать, — грустно сказала она.

По дороге в больницу оба долго молчали.

— Давно идёт дождь? — спросила Ниа.

— Несколько дней. Но в пятницу было солнце.

— Это хорошо, она любила солнце.

— Я столько раз это говорил, казалось бы, должен был уже привыкнуть, — пробормотал Абель. — Странно у слов обычно много синонимов, но у этих… на любом языке… Мне очень жаль, Ниа.