Чтение онлайн

— Раньше Она впадала в Море, — произнесла подошедшая к ним женщина. — Теперь Моря нет. Только песок. Он приходит к нам оттуда, из пустой чаши.

Ниа взглянула в лицо женщины. Оно было жёлтое и сухое, перечёркнутое морщинами. Женщина выглядела одинокой. Может быть, у неё ничего не осталось, кроме этого города и его печальной истории.

— Что она говорит? — шёпотом спросил Элафос.

— Она говорит, что раньше там было море, но теперь его нет, а весь этот песок оттуда, — перевела на лабрийский Ниа.

— У нас тоже есть большая река, — тихо произнёс юноша, — но у нас никогда не было моря.

Ниа снова посмотрела на воду, казавшуюся жёлтой. Она считала чаек и думала, что более печально: никогда не иметь, или иметь и потерять.

Солнце начало медленно садиться. Попрощавшись с женщиной, они вернулись на главную улицу, пообедали в маленьком кафе, потом вернулись в магазины. Ниа купила трубку и две упаковки табака — для начальника станции и дедушки Викту, заколки с голубыми камешками для Рои, красивый гребешок для Ливоры. Себе и ребятам она выбрала брелки, на которых была нарисована Река, уходящая в призрачное Море. В последнюю очередь было куплено самое тяжёлое — принтер и бумага.

Обратно они ехали молча. Каждый думал о чём-то своём. Подперев голову рукой, Ниа гадала, был ли в Сайфе профессор Сатабиша. Ей почему-то казалось, что был.

А ночью ей приснился Солус Альгеди, бредущий по песчаным улицам к исчезнувшему морю.

После обеда Ниа захватила тетрадь для протоколов и пошла в зал заседаний. Странно, она даже начала радоваться своей новой обязанности. Конечно, записывать каждое слово выступавших было нелегко, но зато она ощущала себя как бы «в домике». Особенно важно было это сегодня. Ниа боялась, что заместитель ректора ещё не простил ей случай с Рои.

Но если советник Ситис и помнил, что его вынудили сделать то, с чем он был не согласен, он никак не показал этого. Доложив об итогах октября, Доминик произнёс:

— Двадцать первого ноября Университету языков исполняется сто один год, и перед нами стоит задача отметить это событие на должном уровне. Ответственной за подготовку и проведение мероприятия я назначаю профессора Атис. Вам слово.

Ливора медленно поднялась и поправила очки:

— Тех, кто желает принять участие в концерте, убедительно прошу сообщить мне до конца этой недели, иначе я не смогу включить вас в список. Мы все здесь взрослые люди, поэтому, надеюсь, мне не нужно говорить, что выступления должны соответствовать определённым нормам. Если кто-то уже решил, что будет делать, можете сказать мне прямо сейчас, я вас запишу… Профессор Альгеди, может, вы нам что-нибудь покажете, вы ещё ни разу не участвовали в концерте, — Ливора наслаждалась своей властью заставить его говорить.

— И не собираюсь, — ответил Солус Альгеди.

— Понятно, тогда…

— Я могу спеть, — подняла руку Рейчел. С запястья, обвитого татуировкой, покатились металлические браслеты.

— Нет, не можешь, — отрезала Ливора, даже не посмотрев в её сторону. — Хватит с нас твоих выступлений. Кстати, чуть не забыла. По традиции на концерте обязательно должен выступить новый преподаватель.

Ниа резко подняла голову. Что? Выступать?

— В этом году у нас новенькая только Ниа, так что подумай, что ты хочешь показать, — сказала она, повернувшись к подруге. — Хорошо бы твоя группа тоже что-нибудь сделала, если они способны.

— Я не поняла, — перебила Рейчел. — То есть меня на сцену выпускать нельзя, а это серое чучело можно?

Все замерли. Слова заместителя ректора прозвучали в полной тишине.

— Профессор Рубер, выйдите из зала.

Рейчел резко встала, посмотрела на присутствующих своими красивыми злыми глазами и вышла, гордо подняв голову.

Ниа вцепилась пальцами в мягкое сиденье. Больше всего она сейчас хотела исчезнуть.

— Вернёмся к заседанию, — сказала советник Ситис. — Благодарю вас, профессор Атис, можете садиться. До конца недели, то есть вечера пятницы, вы должны представить мне список выступлений. Кроме того, подготовьте список вещей, которые необходимы вам для оформления зала. И ещё…

Он давал какие-то указания, которые рука Ниа машинально записывала, хотя девушка не слышала слов. Уши будто заложило ватой. То, что заседание закончилось, Ниа поняла, когда преподаватели стали подниматься со своих мест. Она посмотрела на руку и поняла, что та уже несколько минут ничего не пишет.

— Ниа, — к ней подбежала Ливора.

— Со мной всё хорошо, — неестественно ровным голосом произнесла Ниа и, поднявшись, побрела к себе.

Вернувшись в комнату, она, не снимая мантии, легла на кровать. Почему она так реагирует? Пора бы уже привыкнуть. Перед глазами, ломая все запреты, возникала старая картинка.

Дети играют в песочнице. К ним подходит девочка.

— Можно я буду играть с вами? — спрашивает девочка.

— Нельзя, — отвечает мальчик.

— Почему?

— Ты некрасивая.

***

На следующее утро Ливора принесла ей поднос с завтраком и сама налила кофе.

— Спасибо большое, — улыбнулась Ниа.

Ливора могла быть вредной и обидчивой, но, когда Ниа было плохо, она всегда приходила на помощь.

— Не обращай внимания на эту истеричку, хорошо?

— Хорошо. А можно мои дети споют? У них очень красивые голоса.

— Можно.

— А ещё они могут сценку какую-нибудь сделать, — задумчиво пробормотала Ниа.

— Пусть делают, что хотят, — сегодня Ливора была на всё согласна. — А ты что будешь делать?

— Я? Я пока не знаю.

То же она ответила своим ребятам. Элафос, Тэрос и Антос решили спеть одну матарскую песню, а Анемос с помощью младшего брата задумал показать весёлую сценку, иллюстрирующую студенческую жизнь. Ниа очень хотела, чтобы и Рои смогла посмотреть концерт, поэтому после занятий она подошла к заместителю ректора.

— Извините, пожалуйста, что отрываю вас. Я бы хотела попросить, — всегда, когда Ниа просила что-то, она по-детски прижимала руки к груди. — Можно Рои тоже придёт на концерт?

Он наклонился к ней и сказал:

— Профессор Вирго, я хочу, чтобы вы поняли. Вчера я приказал профессору Рубер выйти не из сочувствия к вам, а потому что она нарушила правила. Преподаватель не имеет права оскорблять своего коллегу. Рейчел нарушила правила, и я её выгнал. Теперь их нарушаете вы. В университете имеют право находиться преподаватели, студенты и обслуживающий персонал. Ваша девочка ни первое, ни второе, ни третье.

— Просто она была бы так рада…

— Профессор Вирго, — он выразительно посмотрел ей в глаза.

— Я поняла, — она опустила голову.

— И постарайтесь научиться самой решать свои проблемы, — сказал советник Ситис. — В следующий раз профессора Сатабиша может не оказаться рядом.

— Да, — прошептала Ниа.

— Хорошо, — кивнул он.

Ниа побрела по коридору, чувствуя себя ещё хуже, чем вчера на заседании. Какая же она слабая! Беспомощное серое чучело!

— Эй, ты! — раздался высокий резкий голос.